Адмирал Нимиц - Элмер Поттер

Объединенный комитет все-таки решил приказать генералу Макартуру занять Лейте в центре Филиппинского архипелага, так, чтобы можно было использовать этот остров либо как промежуточный пункт в продвижении к Лусону, либо как авиабазу, с которой могла быть нейтрализована вражеская авиация на Лусоне. Вторжение в Лейте они наметили на 20 декабря, на шесть недель позже вторжения на южный Минданао.

Нимиц, зная, что распоряжения, данные ему Кингом, были лишь предварительными указаниями, послал Форреста Шермана в Вашингтон, чтобы убедить Объединенный комитет принять решение. Шерман напомнил им, что вторжение в Палау должно было состояться уже через две недели. Командующие Центрально-Тихоокеанскими силами должны были знать, куда направляться после этого. Плохое решение, сказал он, возможно, было бы лучше, чем вообще никакого решения.

Объединенный комитет передал проблему для рассмотрения планировщикам, которые, несмотря на увещевания Шермана, решили, что с выбором между Лусоном и Формозой лучше повременить. В сотрудничестве с представителями генерала Макартура они разработали график проведения операций для представления на совещании Объединенного комитета начальников штабов с участием Рузвельта и Черчилля, которое должно было открыться в Квебеке 11 сентября:

15 сентября: Юго-западные Тихоокеанские силы занимают остров Моротаи, расположенные между Новой Гвинеей и южным Минданао; Центрально-Тихоокеанские силы занимают острова Пелелу и Ангаур в архипелаге Палау.

5 октября: Центрально-Тихоокеанские силы занимают острова Яп и Улити.

15 октября: Юго-западные Тихоокеанские силы занимают острова Талауд, лежащие между Моротаи и южным Минданао.

15 ноября: Юго-западные Тихоокеанские силы высаживаются на южном Минданао.

20 декабря: Юго-западные Тихоокеанские силы высаживаются на Лейте; Юго-западные Тихоокеанские и Центрально-Тихоокеанские силы объединяются для высадки либо (1) на Лусоне 20 февраля, либо (2) на Формозе и в Амое 1 марта 1945 года.

11 сентября адмирал Хэлси на своем флагмане, линейном корабле «Нью-Джерси», присоединился к группе быстроходных авианосцев в районе Филиппин. Пока он был в пути из Перл-Харбора, Пятый флот стал Третьим флотом, соединение быстроходных авианосцев сменила свое обозначение с 58-го на 38-е, а адмирал Спрюэнс оставил Сайпан и прибыл в Перл-Харбор на «Индианаполисе». Провести церемонию смены командования не было никакой возможности.

Спрюэнса сопровождал его новый начальник штаба, контр-адмирал Артур К. Дэвис. Также на «Индианаполисе» в качестве пассажира находился экс-начальник штаба Спрюэнса, кэптен Карл Мур. Мур держал путь в Вашингтон, где получил должность в штабе, и впервые за долгие месяцы у него была возможность расслабиться.

Когда «Индианаполис» вошел в Перл-Харбор, сигнальная станция послала поздравительное сообщение от главнокомандующего Тихоокеанским флотом. Когда флагман пришвартовался, Спрюэнс пошел на Макалапа и рапортовал своему главнокомандующему. Нимиц тепло поприветствовал его, а затем сказал:

— Следующая операция будет проводиться на Формозе и в Амое. Так что прыгайте в самолет, отправляйтесь в Калифорнию, повидайте вашу семью и возвращайтесь сюда через несколько недель.

— Мне не нравится идея штурма Формозы, — неожиданно среагировал Спрюэнс

— А что бы вы предпочли сделать? — спросил Нимиц.

— Я предпочел бы занять Иводзиму и Окинаву.

— Но это будет Формоза, — сказал Нимиц, вспомнив приказ адмирала Кинга.

Спрюэнс видел в Иводзиме не просто промежуточную станцию, с которой истребители могли сопровождать базирующиеся на Марианских островах В-29 до Токио, но как центр дуги, простирающейся от Окинавы через японские внутренние острова Кюсю, Сикоку и Хонсю к Токио. Бомбардировщики могли бы заправляться в Иводзиме, а оттуда в сопровождении истребителей достигать любой из этих областей. Истребители, базирующиеся на Иво, могли бы осуществлять поддержку флота, находящегося в японских водах, так же, как истребители с Соломоновых островов в конце 1943 года поддержали группы авианосцев, атакующие Рабаул. С Окинавы американцы могли бы перехватывать суда, идущие в Японию с грузом нефти и другого сырья с юга, а также блокировать непосредственные контакты между Японией и Китаем. В качестве базы бомбардировщиков Окинава была великолепно расположена для нападений на южную Японию.

При других обстоятельствах Спрюэнс сразу приказал бы своему штабу составлять планы. Вместо этого он был настолько убежден, что Кинг в конечном счете прозреет и откажется от штурма Формозы, что он порекомендовал всему штабу взять отпуск и не тратить впустую время на операцию, которая никогда не осуществится. После этого он отправился домой.

12 сентября (дата Перл-Харбора) Нимиц получил потрясающее радиосообщение от Хэлси. В нем говорилось, что в результате атак 38-го оперативного соединения в Центральных Филиппинах у японцев в том районе осталось немного пригодных к эксплуатации самолетов, большинство их нефтехранилищ было разрушено, и «топить было уже нечего». «Неагрессивный настрой противника был невероятным, просто фантастическим, — говорилось в сообщении далее, — район абсолютно не охранялся». Одному из его сбитых летчиков, сообщал Хэлси, филиппинцы, которые спасли его, рассказали о том что на Лейте вообще нет японцев. Хэлси настоятельно рекомендовал, чтобы промежуточные операции — по завоеванию островов Талауд, Минданао, Палау и Яп — были отменены и все корабли и наземные войска, освобожденные таким образом, использовались для скорейшего вторжения на Лейте. 38-е оперативное соединение могло бы прикрыть высадку, пока не удастся организовать аэродромы на берегу.

Нимиц не желал отменять операцию на Палау, полагая, что аэродром на Пелелу и гавань в проливе Коссол будут полезны для того, чтобы организовать штурм Лейте. Однако он действительно переправил рекомендацию Хэлси по радио Объединенному комитету начальников штабов, тогда заседавшему в Квебеке, вместе с предложением выделить в распоряжение Макартура десантные силы Третьего флота и XXIV армейский корпус, тогда загружавшиеся на судах в Перл-Харбор для штурма Япа.

Генерал Маршалл отнес проект Хэлси и предложение Нимица генералу Макартуру и спросил его мнение относительно предложенных изменений. Макартур был в море, на пути к Моротаи, соблюдая молчание в эфире, но от его имени ответил генерал Сазерленд, находившийся в Холландиа. Он сказал, что информация о том, что на Лейте нет японцев, была ложной, но с поддержкой дополнительных сил Нимица можно было обойтись без промежуточных операций, и атаку на Лейте можно было бы провести раньше. Генерал Маршалл в своем официальном рапорте описывает эффект, который ответ Сазерлэнда произвел в Квебеке: