Беспощадная истина - Майк Тайсон

– Майк, вы нужны нам, чтобы обеспечить аудиторию на мероприятии на Гавайях.

Бац – и я полетел на юг на Гавайи. В следующем месяце я полетел куда-то еще. Я получил пятьдесят штук за это, сто штук – за то. Я сделал эти деньги, ничего не делая. И вместо того, чтобы экономить и оплачивать свои счета, я купил «Астон Мартин Ванквиш» и кабриолет «Роллс-Ройс». У меня были все эти автомобили, мне их было некуда девать. Каждый гребаный день я совершал покупки на Родео-Драйв. Я прогуливался по магазинам, смотрелся в зеркала, прикидывал, как я буду выглядеть, когда пойду сегодня вечером тусоваться. На мне будут брюки за 3000 долларов, рубашка за 4000 долларов и блейзер за 10 000 долларов. При всем при том я был совершенно нищим. Я был гол как сокол.

В «Беверли Уилшир» меня все знали. В одном из конференц-залов отеля проводились вечеринки для избранных, и я проникал на них без приглашения. Если там, к примеру, организовывались дебаты на палестино-израильскую тему, я на них неизменно присутствовал. Я был знатным халявщиком.

Я устраивал в своем номере вечеринки, заказывал стейки, омаров и икру с шампанским «Кристаль». Я приглашал на них самых известных наркодельцов, сутенеров и жуликов, и мы играли в кости. Вначале я обыгрывал их, а затем срался с ними:

– И это все ваши деньги, ниггеры? Я-то думал, что вы, бл… дь, солидные игроки здесь, в Лос-Анджелесе, что вам нет равных. Вот что происходит, когда вы рискнули связаться с настоящим «Железным Майком». Вы думали, что я просто боксер? А я, оказывается, настоящий ниггер-камнелом, приятели. С таким же успехом вы можете попытаться выиграть в лото – меня вы никогда не обыграете.

Я жил в этом номере люкс два года. Я развлекал свою задницу, торчал от травки и «кокса», приводил девушек. От ночных перекусов я здорово прибавил в весе.

Сразу же после того, как в августе я подписал контракт с K-1, они выпустили пресс-релиз о моем предстоящем поединке с Бобом Саппом, бывшим игроком Национальной футбольной лиги США ростом 6 футов 5 дюймов и весом 390 фунтов[290], который был одной из звезд кикбоксинга по версии K-1. Я, однако, никогда не собирался драться с кикбоксером.

– Вполне возможно, что это было бы совершенно замечательно, – сказал я журналисту New York Times, когда он позвонил мне. – Но только в рамках правил маркиза Квинсберри. Я не имею ни малейшего желания, чтобы меня ударили ногой по голове. Вы меня понимаете?

15 августа я появился на больших поединках K-1 в отеле «Белладжио» в Лас-Вегасе. После того как Боб Сапп выиграл поединок, он вызвал меня на ринг и бросил мне вызов.

– Я готов сделать это прямо здесь, – сказал я собравшимся. – Достаньте мне шорты, и я буду драться с ним сегодня вечером по правилам маркиза Квинсберри. Подпиши договор, здоровяк.

В рестлинге именно так несли всякую чушь. Мне нравились подобные выступления.

Спустя несколько недель после того, как я переехал в «Беверли Уилшир», я посетил «Неверленд»[291], чтобы увидеть Майкла Джексона. Мне было приятно пообщаться с ним. В то время он был весьма сдержан и скромен. Он спросил меня, чем я занимаюсь, и я ответил, что просто отдыхаю.

– Отдых – это хорошо. Отдых – это, в самом деле, очень хорошо, Майк, – сказал он мне. – Отдыхай как можно больше.

Я не знал тогда, что он вообще не мог спать.

В апреле 2004 года я вместе с Али появился на одном из больших мероприятий K-1. Вновь было объявлено о том, что я подписал контракт с представителями К-1 о проведении поединка и что мой дебют состоится этим летом. Одна из их знаменитостей заявила на пресс-конференции, что предвкушает бой со мной.

– Я мог бы согласиться на бой по правилам бокса, – сказал Жером Ле Банне[292]. – Но как только я окажусь на ринге, я ведь все равно буду делать все, бл…дь, что захочу… Западный стиль бокса или нет, я буду бить его ногой… Тайсон однажды уже откусил ухо, пусть теперь попробует на вкус ногу двенадцатого размера.

Я был бы сумасшедшим, если бы согласился драться с этими чудовищами. Я предпочел бы вернуться в свой гостиничный номер и просто расслабиться.

Процедура моего банкротства шла своим чередом. В июне Дон окончательно урегулировал претензии по иску. Судья по делам о банкротстве разрешил ему оплатить лишь 14 миллионов долларов. Он опять всех переиграл. Я не получил ни прав на коллекцию записей поединков, ничего другого. Моника была первой, кто получил выплаты за счет урегулирования. Юристы по делам о банкротстве в конечном итоге обошлись в 14 миллионов долларов. Им было заплачено еще до налогового управления.

Я оставался в крайне незавидном положении, поэтому мне пришлось поручить Шелли организовать для меня поединок. Он остановил выбор на английском боксере Дэнни Уильямсе. Согласно подписанным документам я должен был драться в Луисвилле 13 июля. Ранее Уильямс был чемпионом Великобритании в тяжелом весе и пытался завоевать титул чемпиона мира. Последних двух соперников он победил нокаутом, но в свое время проиграл Джулиусу Фрэнсису, так что я не слишком беспокоился в связи с предстоящим с ним поединком.

Я должен был опять общаться с прессой. Когда за пару недель до боя я встретился с журналистами, я, как обычно, был оптимистичен и уверен в себе.

– Майк, более всего интересует следующий вопрос: где вы обретете душевное спокойствие в своей жизни? – спросили меня.

– Я не знаю. Согласен, я не единственный человек, который оказался в такой ситуации. Вы должны понять, что я потерял все. Я имею в виду: вообще все. Всех, о ком я когда-либо заботился, кого я когда-либо любил, романтические чувства – я потерял все это. Деньги, дом – я все потерял. Если быть таким воинственным и ненормальным, как я, то немудрено отпугнуть всех тех, кто любит тебя. Вы так или иначе потеряете все это. И в какой-то момент своей жизни вам захочется вернуть их обратно, но, подозреваю, это уже станет частью нашей усиливающейся боли. Мы теряем людей, которых мы больше всего любим и о которых заботимся, чтобы начать свою жизнь с нуля, с чистого листа.

Я принимал наркотики до самого поединка. Перед боем я весил 232 фунта[293], но я был в довольно хорошей форме. Когда я вышел на ринг, у меня не было сопровождающих. Я сделал одним из своих секундантов своего охранника Рика. В первом раунде я потряс Уильямса и почти сделал его. Но он был умным боксером: он повис на мне и смог продержаться до конца раунда. За тридцать секунд до окончания раунда, выбросив удар, я почувствовал, как в моем левом колене что-то порвалось. Позже я узнал, что у меня произошел разрыв мениска, поэтому, начиная со второго раунда, я дрался на одной ноге. Тем не менее, я все-таки сумел потрясти его во втором раунде. Затем уже я не мог перемещаться и уходить от ударов, и он начал весьма основательно молотить меня по корпусу. В третьем раунде рефери снял с него два очка за удары ниже пояса и удар после остановки боя.