Целитель - Gezenshaft

выбирали одежду, но нет, выбирали, и даже неплохо совместили концепции моды обычных людей и волшебников.

Вот такой компанией мы и влились в общий поток волшебников, направившихся к стадиону. Солнце только-только зашло, и закатное небо отливало рыжиной, но по большей части — потемнело. По мере продвижения по лагерю, количество волшебников увеличивалось, становилось очень шумно: тут и там слышались весёлые разговоры, песни, выкрики о том, кто тут чемпион, а кто «не очень». Вся эта бесконечная толпа медленно влилась в пролесок, за которым виднелись огни какого-то явно огромного сооружения. И вот что я могу сказать — общее настроение захватывает тебя, поднимает, словно волна серфингиста, несёт куда-то вперёд. Главное, я считаю, оставаться в толпе самим собой.

Всего минутка движения в этом нескончаемом потоке народа, и мы вышли к действительно огромному, широченному и высоченному стадиону, стены которого словно бы светились мягким золотым сиянием. На входе, который был широк, да и далеко не единственный, нас встретила строгая и не особо счастливая дама в мантии и с какой-то повязкой на рукаве. Она проверила наши билеты, похвалила за отличные места, и мы прошли дальше. Теперь нам предстоял подъём наверх, через неисчислимое множество лестничных пролётов, но стоит отдать должное, были тут и покатые пандусы, по которым подниматься значительно легче — это заметил не только я.

Изнутри, но ещё не на местах для зрителей, стадион выглядел как монструозная конструкция из множества вертикальных, горизонтальных, поперечных балок. Конечно же мой взгляд цеплялся за некоторые моменты в конструкции, от которых добрый гном плевался бы и ругался матом очень долго, а возможно даже вечно, но всё меняло одно слово — «Магия». Она способна нивелировать любые конструктивные недочёты, и пожалуй, именно осознание подобного помогло не отвлекаться на осколок гнома — никто и никогда не заставил бы бородатого коротышку забраться на вершину подобной конструкции.

Мы поднимались всё выше и выше, болельщики уже заполняли стадион, всё вокруг гудело от множества голосов, смешавшихся в одну какофонию звуков.

— А что за места у нас такие, что нас аж похвалили? — спросил я шедшего рядом Седрика.

— В министерской ложе.

— Ого. А такого ли мы полёта птицы?

— Я бы не сказал. Ложа проектировалась под большое количество важных приезжих гостей, — Седрику приходилось говорить достаточно громко, чтобы его слова были слышны в гуле стадиона. — Но, по тем или иным причинам, очень много гостей не явилось.

— Ясненько.

— Не, это ещё не всё.

Мы поднимались всё выше и выше. Если на первых уровнях, чтобы добраться от лестниц до посадочных мест нужно было пройти приличное расстояние вглубь стадиона, то сейчас эти места становились всё ближе и ближе к нам — похоже, структура стадиона здесь в форме этакого Колизея, чаши.

— Места для приглашённых гостей являются бесплатными, — продолжил мысль Седрик, улыбаясь. — Смекаешь?

— Принадлежат, по сути, министерству. Можно распродать, отдать в качестве благодарности за что-то, или вернуть долги.

— Последнее особенно популярно, и лишь потом — второе.

— Долги? У министерства?

— Нет, Гектор. У его работников. Людо Бэгмен — заядлый азартный игрок. Непросто найти того, у кого он не пытался бы хотя бы раз занять или как-то сподвигнуть к авантюре.

— А не он ли случаем глава департамента спорта и чего-то там ещё, — покрутил я рукой в воздухе, охватывая всё это «ещё».

— Чего-то ещё? — ухмыльнулся Седрик, повернувшись на миг ко мне, когда мы проходили очередной лестничный пролёт.

— Да в нашем министерстве различных отделов столько, что полный комплект пособий для зельевара «От азов к мастерству» покажется жалкой статейкой, по сравнению со списком этих отделов. Будет у нас отдел по контролю и надзором за толщиной котлов?

— А такой есть.

— Что, правда? Я же просто, что говорится, пальцем в небо.

— Ага.

— М-да…

— Вот и продавал мистер Бэгмен билеты. Или отдавал просто так в уплату долгов.

— И часто занимает?

— Частенько. Но отдаёт, порой, пусть и не деньгами, но чем-то куда более ценным. Намного. Это как беспроигрышная лотерея — ты не знаешь, что получишь, когда получишь, но получишь точно, и оно будет много дороже и важнее тех немногих галлеонов.

— Вот как. Типа, интересное вложение?

— Именно.

Очередной лестничный пролёт, поток волшебников, с которым мы шли, стал ощутимо меньше, пропала теснота.

— Но знаешь, Седрик…

— Да?

— Не думаю, что хоть один билет ушёл без ведома министра магии. Ты представь себя на его месте — заходишь в ложу, представляешь важных гостей друг другу, знакомишь с ними нужных людей, и тут, бац, сидит кучка каких-нибудь забулдыг, политических оппонентов, каких-нибудь нетерпимых к другим странам, и прочее-прочее-прочее.

— Всё правильно говоришь. Мне вот тоже интересно, почему министр одобрил твою кандидатуру. Хотя, ты сейчас становишься довольно знаменитым.

— Да? Я и не заметил.

— Просто нужно читать соответствующую периодику.

Вот мы уже поднялись на приличную высоту. Несколько раз нам приходилось ждать мистера Диггори с товарищами — они немолоды, да и не атлеты. Через пару минут мы остановились у входа в отделённую от прочих мест, крытую ложу. Несколько рядов пурпурно-золочёных кресел могли с большим комфортом вместить около трёх десятков посетителей, и некоторые из них уже были здесь. Например, мистер Уизли, близнецы, Рон, Гарри и Гермиона. Пара гостей, человек шесть, одеты явно во что-то национальное, вычурное, но видно, что не с бухты-барахты они это на себя надели. У моих знакомых, очевидно, состоялась не самая приятная встреча с Малфоями, а министр, толстоватый седой мужчина в дорогущем костюме, мантии и с шляпой-котелком на голове, радостно что-то вещает вообще всем.

— Ну, ребята, — отец Седрика обернулся к нам и похлопал нас по плечам. — Вперёд. Ваши места здесь.

— А ты? — тут же спросил Седрик.

— О, не беспокойся, — отмахнулся мистер Диггори. — Мы с друзьями сидим рядом, вот здесь.

Мистер Диггори указал рукой на места у министерской ложи.

— Но… Я думал, что мы будем на матче вместе.

— Мы и так все каникулы проводили вместе, сынок. Одна рыбалка чего стоит! Ха-ха, — бодро посмеялся отец Седрика и глянул в ложе. — А там, кого я не видел? А вот тебе стоит уже начать обзаводиться знакомыми взрослыми не только с нашего факультета. Да и я ведь и сам знаю, как порой важно отвязаться от назойливого папаши, верно?

— Ну что ты такое говоришь?

Однако оба явно были довольны сложившейся ситуацией, что немало мне помогло морально, ведь я не хотел чувствовать себя причиной того, что отец с сыном не смогут вместе посмотреть матч.

Мы с Седриком вошли в министерскую ложу, что не осталось незамеченным. Министр тут же улыбнулся и жестом попросил нас подойти.

— О, молодые люди! — Громко заговорил он, обращая на нас внимание остальных, хотя к этим «остальным» он и обращался. — Позвольте всем представить нашего самого перспективного игрока в квиддич, Гектора Грейнджера и его не менее талантливого товарища, Седрика Диггори. Мистер Диггори, кстати, проявляет очень и очень значительные успехи в трансфигурации,