Целитель - Gezenshaft

— Ну не настолько же…

— Поверь, — улыбнулся Седрик. — Вот именно настолько. Многие не то что города или деревни — обычных людей-то никогда не видели. Вот и думают, что магглы одеваются не как все. А сними мантию, и разницы останется по минимуму.

— А если включить мозг, то и в стилях одежды увидишь логику.

— Вот именно, — кивнул Седрик.

Мы как раз вышли к торговым рядам и первым делом направились к павильону с кучей готовящейся прямо здесь еды. К нашему удивлению, именно здесь мы и нашли Герберта, нашего вратаря. Он ел что-то похожее на кебаб и выглядел абсолютно счастливым, а на голове у него была довольно нелепая высокая шляпа в цветах сборной Ирландии.

— Здоро́во, — Седрик хлопнул Герберта по плечу и тот буквально подпрыгнул на месте, роняя на землю остатки еды.

— Ну ты чего! — возмутился Герберт, узнав нас и поправив шляпу. — Я же ем!

— Ел, — поправил его Седрик.

— А благодаря кому это прекрасное действие теперь лишь в прошлом?

Закупившись провиантом, решили тут же его и употребить, попутно общаясь.

— А ты видел кого-нибудь из наших? — спросил я Герберта, но тот лишь отмахнулся.

— Не. Тут искать можно до старости, и никого не найти. Хотя, видел лагерь ирландцев.

— Команды? — тут же спросил Седрик.

— Да не, болельщиков, которые сами по себе ирландцы. Ну их там, конечно, пруд пруди. Всучили шляпу, даже спрашивать не стали.

— А ты?

— А че «Я»? Мне вообще без разницы, за кого болеть, лишь бы игра была интересная. Буду за ирландцев, — Герберт поправил зелёную шляпу. — Кого-то из восточной Европы видел. То ли русские, то ли ещё кто…

Герберт внезапно рассмеялся.

— Что такое? — спросили мы с Седриком одновременно.

— Ой, не могу, — лишь отсмеявшись, заговорил Герберт, а мимо проходящие волшебники даже покосились на него, хотя сами шумели не меньше. — Точно русские. Ну, вы же знаете, о каждой стране свои стереотипы.

— А то, — ухмыльнулся Седрик. — Мы, англичане, все как на подбор чопорные чаелюбы с не очень красивыми лицами, ходим сплошь во фраках и цилиндрах, попутно размахивая тростью.

— Ну да, как-то так, — покивал Герберт, отчего его шляпа чуть свалилась с головы. — Там, короче, мужики в рубахах, с балалайками и медведем, трансфигурированным, походу, распивают водку и пугают народ. Ну, смеха ради, если присмотреться.

— М-да, — покачал я головой. — Вот же нечего людям делать.

— Ну, а что? Японцы, вон, рассекают в этих своих цветастых кимоно, вызывая непонимание остальных.

— Юката.

Моя поправка лишь вызвала непонимание.

— Без разницы.

После крайне сытного перекуса, мы уже втроём продолжили путешествие по лагерю. Как выяснилось, разделение на три поля вовсе не означает, что существуют три палаточных лагеря — он один. Подобное получилось из-за того, что три местных жителя таким образом делят деньги — каждый собирает плату за место на определённом участке. Один ближе к травянистым холмам, второй к скалистым холмам, а третий — к лесу.

Встретили ли мы знакомых? Ой, да куда там! То, что мы встретились с Гербертом — большая удача.

— Здесь больше ста тысяч волшебников, — говорил Седрик, когда мы проходили рядом с лагерем индийских волшебников, показывавших там какие-то свои представления. — Не сверни шею, Герберт.

— А? Что? Да нет, ты видел? — Герберт указал рукой в сторону танцовщиц. — Я никогда в жизни не видел одновременно полностью одетых, но и почти полностью раздетых девушек. Чертовы полупрозрачные ткани…

Понимающе усмехнувшись, мы продолжили идти дальше, высматривая что-нибудь интересное.

— Так о чём я.

— О куче волшебников, Седрик.

— А, точно. Так вот. Я сам как-то не учёл это вот всё. Нужно было раньше договариваться о месте встречи. Хотя, билеты на места рядом друг с другом мы бы всё равно вряд ли смогли бы достать.

— И то верно.

В послеобеденное время люди немного угомонились, стали поспокойнее, но совсем незначительно. Рядом с палатками засели за столами, кострами, национальными вариациями шашлыков те, кто постарше. Дамы зачаровывали тазы и моющие принадлежности, чтобы те сами всё мыли. Детишки бегали к ребятам постарше, чтобы те намалевали на их лицах расцветку той или иной сборной. Кто-то пил, кто-то ел, кто-то даже успел подраться, но без магии.

К вечеру мы прилично утомились от нескончаемой активности волшебников вокруг, от постоянного карнавала, что в разных участках лагеря был столь же разным, как и присутствовавшие здесь представители разных стран. Хорошо, что Седрик додумался снять копию с карты лагеря, иначе мы бы прилично заплутали. Лагеря сборных Болгарии и Ирландии мы не нашли, зато узнали причину их отсутствия — их разместили в особом месте, чтобы болельщики не осаждали их. Болельщики, и недоброжелатели — у обеих сборных хватало как тех, так и других.

Вокруг уже не бегали люди, постепенно готовясь к началу матча. Мы тоже решили расходиться к своим палаткам, переодеваться и готовиться. Погода вечером и ночью обещала стать прохладной, если даже не холодной, а матч может затянуться — были в истории прецеденты, когда игра длилась ну очень долго из-за того, что ловцы никак не могли поймать снитч. Да, глуповатый момент. Введение ограничения по времени могло бы придать играм куда больше остроты.

В палатке, когда мы вернулись, мистер Диггори весело общался за столом с двумя своими товарищами, как я понимаю. Забавно — все чуть полноватые, немного бородатые, что-то выпивают и громко смеются.

— А вот и мой сын, Седрик, — указал в сторону нашего старосты мистер Диггори. — Талантливый, как есть талантливый юноша.

— Да, Амос, — покивал один из его собеседников. — Наслышан… А второй?

— Его товарищ по команде, Гектор Грейнджер.

— Хм… — третий мужик задумался. — Мне лицо его кажется подозрительно знакомым.

— О, дружище, — мистер Диггори улыбнулся. — Ты мог его видеть на рекламных колдографиях Слейпнира. Сын у меня талантливый юноша, и друзья его тоже.

Разговор тут же свернул в сторону мётел, и мы с Седриком легко покинули общество подвыпивших волшебников.

— Отец тобой гордится, — не смог я не заметить очевидное, перед тем как мы разошлись по своим закуткам чтобы переодеться.

— Даже слишком.

Хоть на мне и был согревающий амулет, до сих пор, кстати, исправно работающий, я предпочёл одеться по погоде, максимально скромно и просто, чтобы вообще не привлекать внимание, но оставаться волшебником. Адекватным волшебником. В итоге, пересмотрев свои вещи, выбранные как родителями, так и лично мной, с удивлением обнаружил, что не выделяться в этой толпе разномастных волшебников я смогу лишь одевшись, как идиот. К сожалению, или же к счастью, у меня дрогнула рука и такой эпатаж оказался мне недоступен. В итоге я оказался в тёмно-синих брюках, тёпленькой мягкой водолазке в цвет брюкам и с высоким воротником, в туфлях и мантии, но не банальном мешке, а непонятной поначалу смеси пальто, мантии, накидки, в общем, всего со всем.

Выбравшись из закутка, обратил внимание на уже собравшихся выдвигаться к стадиону волшебников. Вот, казалось бы, и не скажешь с виду, что они тщательно