В глазах бесконечности - Яна Янина

демон схватил катану за лезвие и переломил напополам. Если меч Амай Сукуна сломал с трудом, в этот раз получилось всё намного легче. Красноволосая чертыхнулась.

Двуликий отбросил Итадори в сторону с такой силой, что тот скрылся за оседавшей пылью. Теперь всё внимание демона переключилось на мечницу. Она увидела его искажённое гримасой злости лицо и ужаснулась. Он напоминал сумасшедшее исчадие ада, которому был неведом страх смерти.

— Кажется, ты та девка, что встречалась с Годжо? — усмехался демон, отбрасывая переломанное лезвие. — Посмотрим, что он в тебе нашёл.

Амай не разговаривала, она перестала скрывать проклятую энергию внутри и увидела, как Сукуна раскрыл глаза от удивления. С их последней встречи прошло чуть больше месяца, но за это время силы девушки возросли. Это не пугало Двуликого, но удивляло.

Он решил, что не стоит тратить время впустую и атаковал Амай рукопашными атаками, вкладывая в них усиленные удары. Девушка активировала свой щит, который часто применяла при рукопашных атаках. Благодаря ему удары, которые красноволосая могла пропускать, не беспокоили. Но она понимала, что рано или поздно щит лопнет и защиты не останется. Нужно было что-то придумать.

Отскочив от Сукуны на приличное расстояние, Амай достала катану.

— Что ты мне сделаешь этим обрубком? — усмехнулся противник.

— Новый теневой стиль: туманная луна, — произнесла мечница и провела от сломанного лезвия двумя пальцами, как бы продолжая его.

Проклятая энергия вспыхнула с новой силой, обрубок катаны внезапно озарился синим светом и приобрёл очертания целого лезвия. Амай научил этому трюку Кусакабэ. Благодаря очередному пакту, заключённому между шаманами, обещание держать технику в секрете осталось тайной. Красноволосая унесёт это знание с собой в могилу, а если кому-то расскажет — её ждёт смерть.

— Такой трюк я уже видел, — противник закатил глаза, он сложил верхние руки на груди.

Амай было всё равно, она выступила вперёд, чтобы атаковать Сукуну. К тому времени к ней подключился Итадори, он пришёл вместе с Тодо. Названные братья ловко менялись местами с помощью техники старшего, от чего заставали Сукуну врасплох. Шаманы без перерыва атаковали того, от чего Двуликому пришлось защищаться. Его разрезы летали по полю боя, раня каждого из атакующих, но никто не обращал внимания на жалкие попытки запугать.

Получив очередной разрез, щит Амай лопнул и она осталась без дополнительной защиты. Но девушке плевать. В слепой ярости мечница продолжала атаковать противника. Она активировала технику почившей подруги － её тело покрылось татуировками и несколько десятков шикигами полетели на Сукуну. Это был отвлекающий манёвр, так как Итадори и Тодо атаковали противника с другой стороны. У них получилось нанести по нему удар, но недостаточно сильный, чтобы проклятый мог ощутить боль.

— Вы жалкие! — он без труда изрешетил всех шикигами Амай.

Когти Итадори впились в живот Двуликого, он кромсал его, словно сумасшедший. В глазах юноши не было ничего, кроме ярости и злости. Он хотел одного － вернуть Мегуми и, наконец, закончить эту битву. А Сукуна, будто ничего не ощущал, он лишь насмехался над парнем. Схватив его за шею огромной ладонью, в очередной раз отбросил Итадори в сторону и успел заблокировать новые удары Тодо и Амай.

Сукуна оказался за спинами шаманов, он стоял на разрушенном здании и возвышался, словно король. Противник сложил пальцы в новой печати, от чего у всех трёх в жилах застыла кровь. Это была печать Годжо.

— Я уничтожу вас, — Сукуна кровожадно улыбался. Но что-то внезапно заставило его повернуть голову в сторону. — Нет… Не может этого быть!

Пыль медленно оседала и вдалеке показался чей-то знакомый силуэт. Амай замерла, она узнала любимого. Сатору широко улыбался, он сжимал кулаки и смотрел только на Сукуну. В глазах Итадори появилась новая надежда, а вот красноволосая была не рада видеть здесь мужчину.

— Какого чёрта!? — выругалась девушка.

Сатору был слишком слаб, чтобы сражаться. К тому же отдал половину своей энергии Амай. Она не понимала зачем он снова рискует жизнью. Упрямства и самоуверенности ему не занимать. Красноволосая сама захотела прибить его на этом месте.

— Итадори, Тодо! Прикрывайте Годжо, — скомандовала девушка.

Но прикрытия не потребовалось. Влетев в битву, Сатору, не обращая внимания на остальных, начал сражаться с Сукуной. Он видел только его. Будто одержимый. Его глаза казались ещё ярче, чем прежде. А безумная улыбка выражала только боевой азарт.

— Как насчёт второго раунда? — со смехом спросил он у Сукуны.

— Какой живучий ты засранец, — усмехнулся Сукуна.

Казалось, что эти двое просто созданы друг для друга. Обменявшись короткими ударами, они оказались на расстоянии двух вытянутых рук.

— Кого на этот раз позовёшь? Я ведь уничтожил всех твоих помощников.

«О чём он только думает? Здесь же не только они вдвоём, но ещё и мы. Если они вновь начнут битву, пострадать могут и союзники». Амай обеспокоенно посмотрела на студентов. Она не успела больше ничего сделать, ведь Сатору и Сукуна раскрыли свои территории одновременно.

— Я его убью, — процедила сквозь зубы красноволосая.

Воронов Мэй Мэй теперь не было и шаманы понятия не имели, что происходит внутри территорий. Амай увидела парящую наверху Ханну, которая должна была ударить Сукуну техникой и ослабить его. По растерянному взгляду мечница поняла, что Хана не уверена в плане, ведь Сатору в нём не было.

Территории разрушились через пять минут. Оба противника выглядели потрёпано － Сатору с новыми разрезами, а Сукуна без двух рук. Ханна тут же ударила по Двуликому. С неба резко спустился луч света, поразивший врага. Но тот не собирался останавливаться. Он продолжал атаковать Сатору и видел только его одного.

Амай беспокоило состояние последнего, так как порезы на своём теле он не лечил и выглядел так, будто вот-вот упадёт в обморок. Сердце уходило в пятки каждый раз, когда беловолосый пропускал удары. Мечница не могла смотреть на это. Она кинулась в бой. Настигнув Сукуну со спины, девушка резанула по его пояснице. Не поверив, что демон пропустил от неё такой подлый удар, она остановилась. А тот, отвлёкшись на красноволосую, был поражён новой вспышкой света. Амай еле успела отскочить, ведь тоже могла быть задета.

Шаманы продолжали атаковать противника, не давая тому передышки. Теперь он отвлёкся на студентов. Мечнице удалось ближе подобраться к Сатору, который, казалось, пытался отдышаться.

— Какого чёрта, Сатору!? — она прикоснулась к его изорванной футболке и мгновенно залечила раны. — Ты сказал, что не будешь вмешиваться.

— Я не мог просто смотреть на то, как вы проигрываете, — от ослепительной улыбки на его лице появились ямочки. Но это не сработало, девушка всё ещё злилась.

— Отправляйся обратно, — она сдвинула брови