Авторская энциклопедия фильмов. Том I - Жак Лурселль

Может показаться, что этот фильм никак не связан с жестким и мрачным миром Сиодмака. Тем не менее, тут существует связь по принципу «от противного», поскольку у Сиодмака, образцового режиссера нуаров, веселье и радость жизни могут быть лишь порождением искусственной уловки, добровольного договора с самим собой; именно это и происходит в картине.

Criss Cross

Крест-накрест

1948 — США (87 мин)

· Произв. UI (Майкл Крэйк)

· Реж. РОБЕРТ СИОДМАК

· Сцен. Дэниэл Фьюкс по одноименному роману Дона Трэйси

· Опер. Фрэнк Планер

· Муз. Миклош Рожа

· В ролях Бёрт Ланкастер (Стив Томпсон), Ивонн де Карло (Анна), Дэн Дуриа (Худой Данди), Стив Макнэлли (Пит Рамирес), Ричард Лонг (Слейд Томпсон), Том Педи (Винсент), Пёрси Хелтон (Фрэнк), Азан Нэйпиер (Финчли).

В квартале Банкер-Хилл Стив Томпсон вместе с бандой Худого Данди готовится к нападению на собственный бронированный фургон. 8 лет назад Стив вернулся в Лос-Анджелес с тайной надеждой — не смея признаться в ней даже себе — вновь встретить Анну, женщину, с которой развелся 2 годами ранее и которую он по-прежнему любит. Они начали видеться снова, но неожиданно Стив узнал, что Анна замужем за печально знаменитым гангстером Худым Данди. Анна убедила Стива, что ее отвадили от него семья и друзья, в особенности — лучший друг Стива, полицейский Пит Рамирес, который угрожал ей тюрьмой, если она продолжит с ним видеться. Тогда Стиву и пришла в голову идея о вооруженном налете, который позволит ему сбежать с деньгами, а главное — забрать с собой Анну, ждущую его в домике на берету моря.

Но ограбление проходит не так, как предполагал Стив. В клубах слезоточивого газа, заволакивающих мост, на котором застыл фургон, Стив понимает, что Данди хочет его убить. Он отбивается изо всех сил и спасает половину денег, благодаря чему пресса называет его героем. Он ранен, Данди — тоже. Сообщник Данди силой уводит Стива из больницы. Рука и грудь у Стива в гипсе. Он дает сообщнику 10 000 долларов, чтобы тот отвел его к Анне (которой Данди доверил ту часть добычи, что смог унести с собой). Видя, что Стив ранен, и не желая таскаться с такой обузой, Анна готовится его бросить. В этот момент приходит Данди и хладнокровно убивает обоих, а вдалеке слышны полицейские сирены.

♦ Этот «этюд о падении слабого и страстного человека» (по формулировке Корда и Шомстона), снятый при полной творческой свободе после смерти продюсера Марка Хеллинджера и с участием многих талантливых людей, лично отобранных Сиодмаком, — один из наиболее связных по стилю и философии образцов нуара. В 1-го очередь, по своей тематике: фанатичная любовь, холодная и расчетливая жестокость, последовательные и взаимосвязанные предательства (что отражается и в названии фильма), страх перед смертью, которая всегда где-то рядом. Но в особенности из-за флэшбека, который играет большую роль в присущем жанру фатализме. Примерно через 10 мин после начала фильма начинается флэшбек, усиленный закадровым комментарием, и этот флэшбек занимает больше половины общего метража картины.

В связи этого разросшегося флэшбека с остальной частью повествования содержатся ключи к тайне фильма, большей части творчества Сиодмака и нуара в целом. Настоящее в нем не имеет самоценного существования. Оно не дарит героям никаких перспектив на будущее, никакой свободы маневра, никакой свободы в принципе. Оно — лишь тупик, в который неумолимо заводит прошлое; чахлый и почти посмертный отросток этого прошлого. Минуты, прожитые героем при налете, страх последующих часов (великолепная сцена в больнице), становятся неизбежным следствием его фанатичной любви к Анне: любви, также оживленной, воплощенной в нескольких судьбоносных встречах, размещенных режиссером во флэшбеке и плотно насыщенных деталями.

Персонаж Ивонн де Карло достаточно оригинален для жанра. Хотя она и выполняет функции «роковой женщины», в ней нет ни особой ауры, ни магии, ни очарования (разве что, возможно, в сцене новой встречи со Стивом). Анна — это прежде всего олицетворение мелочного и дикого эгоизма, ведущего безжалостную борьбу за выживание в городских джунглях. Это мелкобуржуазная версия той роковой женщины, которую мы заметили мимоходом в Двойной страховке, Double Indemnity*. В том, что касается декораций и количества выбранных объектов для съемки, это самый чистый фильм Сиодмака. Ему подходит даже самая банальная обстановка. Ему достаточно узкого коридора в баре, выходящего на танцплощадку, или анонимной больничной палаты, чтобы спроецировать своих героев в этот удушливый, давящий, лишенный плодотворного будущего мир, к которому нас приучил нуар.

Les croix de bois

Деревянные кресты

1931 — Франция (110 мин)

· Произв. Pathé, Natan

· Реж. РЕЙМОН БЕРНАР

· Сцен. Реймон Бернар, Ролан Доржелес по одноименному роману Ролана Доржелеса

· Опер. Жюль Крюжер, Рибо

· В ролях Пьер Бланшар (Жильбер Демаши), Шарль Ванель (капрал Бреваль), Габриель Габрио (Сульфар), Жан Галлан (капитан Крюше), Эмос (Фуйар), Антонен Арто (Вьёбле), Поль Азанс (Брук), Рене Бержерон (Рамель), Реймон Корди (Вальрон), Марсель Делэтр (сержант Бертье), Пьер Лабри (Буфью).

1916 г., «окопная война». Одиссея Жильбера Демаши, студента юрфака, ушедшего добровольцем на фронт; Сульфара, заводского рабочего, взявшего над ним шефство сразу после его прибытия на передовую; капрала Бреваля, который был кондитером «на гражданке», а теперь безуспешно ждет письма от жены; и их товарищей. Однажды ночью они слышат удары заступа под окопом: немцы закладывают мину. Солдатам нельзя покидать пост. 2 суток спустя приходит смена. Через 15 мин после того, как рота покидает окоп, мина взрывается, унеся жизни 15 человек из новой смены.

Чуть позже рота получает приказ взять приступом некую деревню. Штурм длится 10 дней. Часть людей блокирована врагами на кладбище. Бреваль идет за водой и получает пулю у самого колодца. Демаши приносит его на спине. Умирая, Бреваль проклинает, а затем прощает свою жену. Все думают, что умрут на этом кладбище, но кое-кому суждено выжить. После победы, которая дается им титаническим усилием, им еще предстоит пройти строем через деревню.

1-я увольнительная, и Сульфар попадает в нее. Вернувшись на фронт, он рассказывает Демаши, как навестил его родителей. Увольнения отменяют. Рота обустраивается в новом окопе покрепче. Новый штурм. Сульфар ранен в руку. Ему ампутируют 2 пальца. «Ничего, я же не пианист». Демаши ранен вдалеке от остальных. Он пытается продержаться до ночи. Санитары проходят мимо и не замечают его. Он умирает в темноте и одиночестве.

♦ Эта экранизация романа Ролана Доржелеса выполнена Реймоном Бернаром в стиле, который можно назвать эпическим реализмом: может показаться, что эти термины исключают друг друга, но это внешнее противоречие выражает суть фильма, который одновременно и прославляет, и обличает. Эпос в этом фильме стремится показать солидарность, смелость солдат, веселый героический кураж, с которым они шли на самопожертвование и на убой. (Всему этому имеются исторические подтверждения.) Реализм в данном случае — отказ от романтизации (мы не знаем практически ничего о жизни героев), напыщенности, излияния лирических чувств, пафоса и многословного возмущения. В этом отношении Деревянные кресты представляют собой антипод Я обвиняю, J'accuse*. Реймон Бернар стремится прежде всего создать документальное видение того необычайного кошмара, который представляла собой война, чтобы внушить зрителю ужас перед ней. Факты должны говорить сами за себя: то, что в наши дни кажется банальным, вовсе не было таковым во французском кино тех лет.

Чтобы добиться цели, Бернар придавал звуковым эффектам не меньшее значение, чем изображению. Жак Саль в своей монографии о режиссере в «Литологии кинематографа» (Anthologie du cinéma, 1983. т. IX) справедливо подчеркивает качество и оригинальность фонограммы фильма, где впервые в истории французского кино смешиваются звуковые дорожки. Без этого звуки битвы (свист пуль, взрывы и т. д.) заглушали бы диалоги. Кроме того, на съемках пришлось изобретать на ходу и расставлять на площадке целую батарею микрофонов, более или менее удаленных от источника звука, чтобы даже при самых громких посторонних шумах звук был записан правильно.

Натурные съемки проводились в тех же местах, где происходит действие фильма, главным образом — в окрестностях Реймса, причем статистами выступали ветераны войны. Каждый день начинался с того, что военные техники тщательно проверяли и разминировали местность. «Случалось, они находили изуродованные трупы; некоторые можно было опознать. Каждый раз такое открытие еще больше погружало актеров и членов съемочной группы в этот глубокий ужас, который многие испытали на себе в реальной жизни» (Ж. Саль, см. выше).