Таймыр. Трилогия - Вадим Денисов

НЛО тоже ждали.

И периодически получали ожидаемое.

Достав из нарукавного кармана конфету, Игорь протянул ее Фариде, другую кинул Сержанту, и спросил его же сверху:

— Сам-то что думаешь? Что за раздолбайство повальное, на стенках караульной вышки такие вещи вырезать…

Сержант легонько стукнул ногой по облезлой стойке-опоре из седой лиственницы и уверенно сказал, чувствовалось, что он уже все обдумал:

— Думаю, что офицеры у них ленивые были. Или занятые плотно другими делами. Впрочем, на то и был расчет. Никто не проверял и на вышку не поднимался. А рядовой состав, присягу и подписку давший, запах перемен по телеку уже унюхал и перспективы видел. Вот и хотели ребята для себя информацию сохранить! Типа «независимого расследования» снизу. Будет что вспомнить после дембеля, — он помолчал, загнал окурок в мох и добавил. — Может, и фотографировали что-то втихую. Только, поди, найди их сейчас…

Лапин согласно кивнул. Скорее всего, так все и было.

Стоять и ждать, пока Фарида закончит съемку, ему уже надоело, но и вниз ведь не спустишься раньше нее. Он еще раз сверился с ксерокопией фрагмента подробной карты местности. Далеко же они забрались! Вот гора Шмидтиха, отсюда видно только вершину. Так, а это гора Сидельникова. А это — гора Южный мыс, к юго-западу от них.

Добирались они долго.

Сначала поднялись на «Медвежку», миновали бесконечный ряд технических строений и заброшенных объектов комбината, потом проехали мимо развалин былого поселка и ушли в горы, оставив карьер открытого рудника с левой стороны. Скоро дорога стала похуже. Но не настолько, что бы у проверенной в подобных путешествия «Нивы» и ее экипажа возникли проблемы. И не в таких местах проходили! Первый раз они остановились в самом начале расположения этой воинской части. Внизу громоздилась гора Шмидта — необычный вид с обратной стороны. Бывший «Склад ВВ» под ней. Сфотографировались возле насыпного ДОТ-а — долговременного огневого сооружения.

Потом «Нива» остановилась возле вертолетной площадки с разобранным и вывезенным основанием из крепких бетонных блоков, которые наиболее хозяйственные норильчане растащили на гаражи… Здесь стоило оглядеться. Лапин разглядывал плато в свой непростой бинокль со встроенной цифровой камерой. Дикая вещь. Увидел, нажал, — «щелк!» и готово. Потом скинул кадры через USB-порт на компьютер и пользуйся, изучай. Вражья техника, зависть дядьки «Просто Бонда». Один раз они увидели в паре километров черный джип, и тогда Майер переложил карабин поближе. Черт его знает, места тут глухие… Потом они поехали дальше, оставив за собой центр управления и казармы. Поднялись на срез вершины. Немного поглядели на капониры и пусковые установки ракет. Их было много. Когда эти ракеты нацеливали в небо по тревоге, их силуэты было хорошо видно всем проезжающим по автодороге Норильск — Кайеркан. Здесь Лапин уже бывал и даже утащил домой кусок красного обтекателя боевой части. Так и валяется в кладовке.

Сержант упрямо загонял «Ниву» все глубже в горы, сюда, на границу воинской части. Потом они потеряли дорогу и ехали по мелкому острому курумнику. А еще через десять минут приехали в конечную точку планового маршрута. К колоссальному обрыву, не отвесному, но достаточно крутому. Потому гора «Обрывом» и называлась.

— Ну, теперь все, здесь мой план выполнен, — Фарида тронула Игоря за плечо и показала на сложенный кофр.

Сержант обрадовано вскинул карабин на плечо и пошел заводить «Ниву», перед этим крикнув им уже издалека:

— Идите пешком! Если уж свалюсь, так хоть один…

Свалиться тут можно было. От края обрыва тянулись две узкие полоски-насыпи. Это были дороги. Они вели к двум острым конусным холмам, торчавшим из глубины пропасти словно рожки огромного каменного животного из древних мифов. На самой горе между этими насыпями чернели остатки строения, где, судя по удаленности, и располагался для постоянного жития служивый люд. Крошечный отдельный гарнизон. Тут же грозно топорщилась единственная уцелевшая вышка местного караула. А на вершинах этих холмов когда-то стояли передвижные радиолокационные станции. Сейчас их не было. Ребят же интересовал именно правый объект.

Дотошный Серёга еще в прошлый раз побывал на левой вершинке, выяснив, что дорога туда перепахана тяжелой техникой. С большим трудом, видать, вояки утаскивали станцию назад, к материнской горе. И утащили ведь таки куда-то.

А вот справа… Справа дорога была целехонька. И стальные колья фиксации целой системы противоветровых растяжек остались, и талрепы. А сам станция валялась внизу, под склоном. Ее и поднимать не стали, ибо не стоила игра свеч. Хотя, из соображений секретности надо бы было это сделать. Видать, слишком торопились зенитные начальники свернуть точку и успеть добыть себе удачное место службы на материке. Вот и хорошо. В смысле, есть теперь на что посмотреть, если поверить Сержанту. А как ему не верить?

Заглушив вполне благополучно забравшуюся на вершинку машину, Майер уже доставал из багажника смаркированные мотки основных веревок — вниз спускаться. Закрепил вокруг сразу двух кольев, да и за «Ниву», на всякий случай.

— Сейчас всё увидите! — загадочно пообещал он напарникам и тут же быстро полез вниз, как в прорубь прыгнул.

Суть они увидели сразу.

Станцию не свалило свирепыми северными ветрами, постепенно стаскивая её к кромке склона. Ее потеряли не по халатности персонала, и не вследствие пожара. Передвижную РЛС буквально снесло, смело каким-то мощнейшим энергетическим зарядом! Импульсом! Сам корпус и раструб локатора были оплавлены с левой стороны так, будто были сделаны из пластика или прикоснулись к плазменному облаку дикой температуры…

Часть локатора просто испарилась, ибо никаких расплавных струй и обломков на склоне и внизу не было. О том, что стало с дежурным персоналом, думать не хотелось…

Внеземной летучий объект ударил по РЛС всей силой своей технологии.

Пекло. Плазма.

— Вот и доследились, ядренть, секретчики… — мрачно произнес Лапин.

— Скорее всего, военные влепили парой ракет по этим «тарелочкам», а те ответили, уж как умели… — высказала свое предположение Фарида, не прекращая фотографировать страшные последствия такого «ответа».

Молчал только Майер. Он и до этого много чего передумал-переварил. Всего он друзьям не сообщал, две недели настырно уговаривая их бросить все свои дела и приехать сюда, к объекту. Они и приехали, с надеждой и эйфорией… и вот теперь подавленно молчали. Неприемлемая для души смесь прикосновения к какой-то великой тайне и к страшной трагедии современного противостояния цивилизаций.

Общее молчание прервал далекий жужжащий звук, несерьезный какой-то, игрушечный. Это и была почти игрушка — мотодельтоплан, медленно приближающийся к ним со стороны поселка Кайеркан. Оранжево-синий треугольник на фоне низких облаков. Идет не слишком высоко, ровно, курс строгий и вполне ясный. Сюда летит.

— Раз в неделю прилетает, — уверенно сообщил Сержант, разглядывая пришельца в свой чудо-бинокль. — Я и в прошлый раз его тут видел. Тоже снимает, похоже — исследователь-конкурент. Но пока мы здесь, низко не спустится… Хорошо бы его найти и познакомиться. В засаду, что ли, нарядиться, по старой памяти?

— Думаешь, он отслеживает? — неуверенно спросила Фарида.

— Уверен. Мало того! Он и садиться тут, иногда кофейку попьет, иногда перекусит, заправится… Я стаканчики пластиковые находил. Чего ему еще здесь делать?

— А не комитетчики ли это? — спросил Лапин и сам себя опроверг. — Да не… причем тут дельтоплан… А познакомится стоит.

Друзья ничего не ответили, из чего он сделал вывод, что предложение принимается с известной осторожностью. Подумав, Лапин решил, что пора, и спросил о главном:

— Фарида, Сержант, что делать-то будем? Секретим, или как?

Секунду подумав, журналистка медленно предположила, взвешивая как хрупкий вопрос, так и свои слова:

— Заманчиво, конечно, сходу сенсацию вбросить… Жаль вот только, если пропадет она без отдачи. Надо сначала покопаться хорошо, во всех смыслах. А пока можно и фантазийную зарисовку поместить в пару газет. Место там изменить, детали… проверить интерес читателя. Вдруг что-то всплывет, вдруг, кто-то что-то знает? Позвонят обязательно, уж поверьте… Как смотрите на это?

— Это хорошая мысль! — нехотя одобрил ревнивый Сержант.

А Лапин убрал бинокль, показывая остальным, что пора возвращаться.

Большую часть обратного пути они ехали молча. Пустота в голове и пустота вокруг.

А потом начались «своеобразно-обжитые» места — парочка бичей срезала бензорезом двутавры бывших военных конструкций, добывая халявный материал для строительства новых уличных павильонов. Рядом стояла грузовая «Газель» хозяина рабсилы, спрятавшись от нескромного взгляда за стену куполообразного капонира.