Тень Одержимого - Феликс Эйли

разговаривали, торговали, заключали сделки, проповедовали… От этой разнообразной суеты у Птитса разбегались глаза.

— Ну же, вперёд, — Пиксель ощутил замешательство друга.

Тот волевым усилием шагнул в плотный поток людей и нелюдей. И вместе с Пикселем вышел на главную площадь города. В динамиках на стенах гремели энергичные басы. Под сводами биокупола туда-сюда летали редкие флаеры.

Карл обратил внимание на статую. Она изображала полного, пухлощёкого мужчину с длинными, зализанными назад волосами. Он был одет в роскошный камзол с рюшами и опирался на богато украшенную трость. У ног скульптуры красовалась надпись на высоком имперском: «Quod ista deliramentum quod iste est».

— Девиз платформы, — на ходу пояснил Пиксель. — Переводится как «всё хрень» или что-то в этом роде. И означает, что ни Империю, ни Разрушение здесь не жалуют.

— «Чума на оба ваши дома…» — в голове Карла всплыла цитата.

— Это что такое? — не понял капитан.

— Девиз тех фриков в птичьих масках.

— Но, по мне, они недалеко ушли от братии Философа, — высказался Пиксель. — Тоже хотят власти над всей Галактикой, а здесь — оглянись! — всё иначе! Люди не парятся и не лезут со своим дерьмом в чужие мозги. Ну, кроме сектантов, но кто этих придурков вообще слушает? Никто никому ничего не должен — и ты так живи!

Они медленно пробирались сквозь толпу, и Карл не знал, куда.

— А ты так жил? — спросил он.

— Угу, после того, как ушёл с Флота, но до того, как стал корсаром на службе одного божка с Земли, — в голосе Пикселя послышались ностальгические нотки. — Ну, а сейчас вернулся к тому, с чего начал. И Босс с Антимоном и Михаилом тоже. Мы уже не корсары, а благородные пираты. Жизнь изменилась, надо привыкать.

Карл призадумался. Неужели и ему светит путь в космические разбойники, без цели летающие посреди холодной пустоты между мирами?

И услышал низкие хлюпающие звуки. Он поднял голову и увидел огромного чужака, на многоглазом лице которого извивались щупальца. Под длинным меховым пальто вместо ног тоже копошились какие-то отростки.

— Извините, — Птитс уступил дорогу.

Пиксель вёл Карла по людной улице, над которой расцветали вспышки салюта. Вдалеке стояла сцена, где человек играл на электронном фортепиано. Когда он нажимал на клавиши, установленные сзади корабельные пушки выпускали в небо буйство искр и красок, озаряя город пёстрыми огнями. После залпа оголённые заряжающие механизмы вставили новые снаряды, которые вскоре тоже разорвались под сводами биокупола.

— Пиксель! Пиксель! — Карл услышал пронзительный голос.

Кто-то замахал над головами прохожих, и Пиксель привёл Птитса к одному из домов. У ярко-зелёной пластиковой стены с большими окнами стоял мужчина примерно того же возраста. Рослый, на голову выше Карла и на полторы — Пикселя, и очень худой, он был одет в длинную серую тунику чуть ли не до колен и синие джинсы. Чёрные волосы были подстрижены очень коротко. Умные глаза за толстыми линзами очков впились в обоих друзей.

— Привет, Ленни, — без особого энтузиазма поздоровался Пиксель.

— Как ты? — спросил человек, уставившись на капитана.

— Да ничего, вот жив. Пришлось прервать карьеру в Империи. Но это мелочи — сориентируюсь.

— А кто это с тобой? — полюбопытствовал Ленни.

— Да так, мой давний знакомый, — усмехнулся Пиксель.

— Понятно. Если тебе нужен старший помощник, обращайся.

— Ещё подумаю!

И пират в красной куртке проследовал дальше, вернувшись в поток людей и чужаков. Карл пожал плечами, глядя на Ленни, и постарался не отставать от друга.

— Не нравится мне он, — пробурчал Пиксель, когда они отдалились от того дома. — Какой-то странный.

— Почему? — не понял Птитс. — Парень как парень.

— Он летал на пиратском корабле и недавно потерял в бою капитана. Нормальный старпом после такого стал бы капитаном сам, а этот ищет себе нового. Никаких амбиций нет у человека, живёт как амёба. Не хочу с ним иметь ничего общего.

— Ясно.

Они уже добрались до сцены. Синтетические звуки стихли, пианист поднялся и широко расправил руки. Он был светловолосым и носил рубашку с нарисованными планетами и звёздами. Зрители громко ему зааплодировали.

— Бэзил, я люблю вас! — выкрикнула зеленоволосая поклонница.

— Встречайте новую систему «В. Д. Б. Саундшот»! — объявил музыкант в микрофон. — Мгновенная синхронизация инструмента с орудийными батареями! Полностью автоматизированное заряжание пушек! Отличный выбор для тех, кто ценит эстетику и не хочет платить лишние деньги матросам! Супервыгодное предложение — только сегодня вы можете купить «Саундшот» всего за три миллиона эскобарских реалов! Торопитесь — система делается под заказ, и количество заказов ограничено!

Прохожие зарукоплескали ему с удвоенной силой. Пират протиснулся через ряды зевак, а Карл остался там, где был. И увидел, как Пиксель жестикулирует, чтобы его заметили. Пианист устало покачал головой, немного поразмыслил и сказал:

— Гомес, твой выход!

На сцене появился зелёный андроид. Заиграла весёлая электронная музыка, и автоматон начал под неё танцевать. Движения этих конечностей из металла, напичканных проводами и шлангами, показались Карлу чересчур человеческими.

Музыкант куда-то исчез на пару с Пикселем. Птитс, утомлённый ликованием толпы, нашёл их двоих за круглым окном соседнего здания. Пройдя мимо зрителей, Карл оказался у толстой автоматической двери, рядом с которой дежурил вышибала в моторизованном доспехе. Спущенное блестящее забрало напомнило Птитсу маску Одержимого.

— Вход запрещён, — охранник поднял механическую ручищу.

Наружу вышел пианист.

— Всё нормально, пусть проходит, — бросил он.

Люди неподалёку заметили шоумена и побежали к нему. Но не успели догнать — вместе с Карлом музыкант спрятался за дверью.

— Спасибо, — застеснялся Птитс.

— Да не за что, — ответил блондин. — Прошу к столу!

В здании было темно, и только синие лампы освещали мрак. Пиксель сидел у окна и пил оранжевый коктейль, а дальше от его стола в яме множество людей играло на трёхмерном бильярде. Из невидимых динамиков звучала ненавязчивая синтетическая мелодия.

— Здрав-ствуй-те, что вам у-год-но? — подъехал робот-официант с колесом вместо ног.

— Ещё один помаранч — моему приятелю, — музыкант поднял палец.

— Бу-дет сде-ла-но.

— Кто вы? — спросил Карл.

— А Пиксель вам не сказал? — его собеседник расхохотался. — Меня зовут Бэзил ван дер Бюрен, артист, музыкант, бизнесмен, изобретатель, владелец клуба «Транстехнополис» на Кровавом Пределе и галактический антрепренёр!

— Приятно познакомиться.

— Вы обо мне ни разу не