Тень Одержимого - Феликс Эйли

сменилось ледяным холодом храма. Гнев Пестиленса был неумолим — и мог в любую минуту обрушиться на Н. С.

— Не обнаружили? — повысил голос Лорд, похожий на мертвеца.

Он занёс руку будто бы для удара, и трубки задёргались вместе с его телом.

— В-владыка, похоже, там этих данных… просто не было! — с беспокойством ответил дешифровщик в маске.

— Не было? — проревел Пестиленс, изрыгая чёрную желчь. — Н. С., как вы это объясните?

Все повернули к ней птичьи клювы. То ли она просчиталась, то ли Одержимый её перехитрил, но если нужные сведения в архиве отсутствовали, то Н. С. была виновна в крупнейшем провале за всю историю «Чумы».

— Мой Владыка, видимо, произошла ошибка, — заговорщица старалась держаться с достоинством. — Согласно информации с Рейвенхольда, те данные хранятся на Великородине, но, возможно, Бюро опередило нас…

— Эта ошибка будет стоить тебе жизни, — пробулькал Пестиленс. — Ты примешь Чуму. Помни, все мы идём к смерти, да. И все найдём в ней спасение.

Н. С. поникла. Она была вынуждена ответить так, но понимала, что подобное просто не могло произойти. Кинжал Пастырей явно побывал на Великородине, прежде чем отправиться на следующую планету, а записи в имперских центрах просто так не удалялись. Выходит, Одержимый всё подстроил…

Зажимы на стуле Н. С. сомкнулись, не давая ей уйти. Трон Лорда Пестиленса подъехал к ней. Стоило лидеру «Чумы» снять маску длинными костлявыми пальцами и выдохнуть на её лицо…

— Что? — внезапно выдавил Пестиленс. — Не может быть…

Сердце Н. С. до сих пор учащённо билось от страха, но беда, похоже, миновала. Всё внимание, казалось бы, незрячего Чумного Владыки было приковано к одинокой фигуре, стоявшей у входа в зал. Высокий человек с посохом в левой руке на удивление быстро пересёк мост над бездонной пропастью и оказался у стола.

— Здесь весело, но вижу, меня вы не пригласили, — его ухмылка утонула в длинной седой бороде, а зелёные глаза игриво сверкнули.

Н. С. сразу узнала Философа, Верховного Владыку Разрушения. Она знала, что пора бежать, и её сосед — тоже. Он быстро освободил её руки из зажимов и бросился к платформе телепортатора, скрытой в боковом алькове.

* * *

Пиксель покинул карцер и поднялся на верхнюю палубу — она единственная не была перекрыта из-за декомпрессии. Минуя ряды пушек, капитан вернулся на мостик. Людей стало меньше — многие разошлись по каютам. Михаил и Беггер сидели в своих креслах, а Антимон скучающе прислонился к стене.

— Ну что, кэп? — поинтересовался судовой врач. — Как оно прошло?

Пираты с любопытством посмотрели на него и Пикселя. Капитан в красной куртке почесал подбородок, не зная сначала, что ответить.

— Экзистенциально, — наконец он нашёл подходящее слово.

— А на чьей стороне Карл? — это больше волновало Антимона.

— На нашей, — признал Пиксель. — Он творил всякое не по своей воле, а потому что задолжал некой отколовшейся ячейке разрушителей, а взрыв на Великородине — вообще не его рук дело. Но это позади — мы спасли его от космической мафии.

— Ты уверен? — поднял бровь лекарь.

— Да, — ответил капитан. — А ещё я понял кое-что. Когда мы служили Империи, то поневоле поддерживали всё то плохое, что она творит. Помнишь, как мы стреляли по заключённым?

Антимон кивнул.

— И я видел казнь охранителя Эпплуорта, который сотрудничал с Одержимым, — продолжил Пиксель. — Его заперли в камере с горючей смесью и подожгли заживо, а другие охранители в это время смеялись. Не представляю, как можно такое сделать с любым человеком.

— Что-то тебя потянуло рассуждать о морали.

— Я просто почувствовал, что на X-5 поступил справедливо, и мне сейчас гораздо лучше, чем на Рейвенхольде. Словно я стал ближе к себе. У вас нет такого ощущения, друзья?

Даже офицеры связи, которые не отрывались от мониторов в ожидании Босса, теперь подняли головы.

— А змей его знает, — покачал головой Михаил Искандер. — По твоей милости мы уже не корсары на службе Императора, а грязные пираты. Никто. И я не понимаю, как дальше жить без денег от губернатора.

— Если кто-то хочет уйти, я вас не держу, — капитан обратился ко всем.

— Но я с тобой, — сказал Михаил.

— И я, — добавил Беггер.

— Я тоже, — ухмыльнулся Антимон.

— Спасибо вам, — благодарно ответил Пиксель. — Вы моя команда.

— Мы уверены, что ты что-нибудь придумаешь, — подмигнул врач. — Ты же наш капитан.

— Ну да, — он засмеялся.

— Вхо-ходящее сообще-щение, — оповестил искусственный интеллект.

Пиксель подошёл к командной консоли и включил трансляцию. На экране снова появился ослеплённый Босс в сопровождении Свинтуса.

— Мы уже подлетаем, — низким голосом протянул старпом.

— Да! — Пиксель довольно захлопал в ладоши, и команда разделила его энтузиазм.

Впереди за окном он увидел блестящую точку. Сначала она мало отличалась от звёзд вокруг, но вскоре начала расти. К пиратам в космосе приближался золотой нос имперского военного фрегата. Корабль плыл прямо, словно шёл на таран. Но, оказавшись на небольшом расстоянии от брига — всего в километре, развернулся на сто восемьдесят градусов, сверкая реактивными двигателями.

— Мы на позиции, — сообщил Свинтус.

— Отлично, готовьте магнитные тросы! — велел капитан.

— Тросы давай! — приказал Босс кому-то за кадром.

Из бортов фрегата прямо за орудиями выдвинулись пусковые установки. Оттуда в космос устремились несколько захватов, оснащённых небольшими реактивными двигателями. Эти радиоуправляемые модули летели к бригу, протягивая длинные стальные тросы.

— Есть уровень! — крикнул Михаил, внимательно глядя на монитор.

— Контакт! — скомандовал Свинтус.

Зажимы, которые зависли рядом с бортами чуть дальше носа, направили сопла вовне и присосались к стальной обшивке. Следом двигатели модулей потухли.

— Есть контакт! — доложил Искандер.

— А теперь вперёд, но не очень быстро, — распорядился Пиксель. — Нам надо прибыть на Эскобарию в целости и сохранности.

— Угу, — промычал старпом. — Рулевой, полный вперёд на субсветовых, малая скорость! Курс на платформу Эскобария!

— А ты молодец, Босс — держишься, — похвалил его капитан. — Довези нас.

Огонь в соплах фрегата разгорелся с новой силой, и прежний корабль Одержимого начал движение, таща за собой полуразрушенный «Аркан».

* * *

— Я давно не видел тебя, убийца, — Пестиленс брызгал желчью в