Если бы я знал - Рейн Уайт

назад был готов сделать тебе минет на улице! Как ты можешь

спать?» О да, и получил бы по носу за то, что Джой, наверное, был готов на это год назад. На крыше. На рассвете.

Тяжело вздохнув, Никита прикрыл его пледом и бухнулся

на пол рядом. О-хре-неть, он был готов сделать минет. Он!

Серьёзно! Прошлым летом об этом даже подумать не мог, а

сейчас не просто «был готов», но и хотел. Впрочем, наверное, и

прошлым летом хотел, просто не мог признать. Поцеловал же он

почему-то тогда Джоя. Сам. И от этого поцелуя было

офигительно тепло, пока не пришло осознание.

Никита посмотрел на уютно спящего на кресле Джоя и

упал на диван. Ладно, поговорят чуть позже, пока можно

поспать пару часов.

***

Разбудила Джоя затёкшая рука. Нет, сначала, конечно, был

громкий стук в дверь, но потом руку, к которой вновь начала

приливать кровь, закололо так, что весь оставшийся сон выбило.

Потом осозналась настоящая причина пробуждения: не писк

домофона, не попытка кого-то извне пробиться в квартиру

Никиты, а именно упорный и нервный стук.

Растирая с трудом шевелящуюся кисть, Джой покосился на

спящего на диване Никиту, поднялся и пошаркал к двери.

Кресло с валяющимся рядом пледом осталось Джою немым

укором. Он отрубился. Вот просто докурил на балконе ту самую

трофейную сигарету, пачку которых удалось добыть, устроился

в кресле и заснул. А ведь планировал серьёзно поговорить… или

продолжить начатое, если Ники рискнул бы не одеться по-человечески, вываливаясь из ванной. Вида его в полотенце

Джой бы не выдержал.

Судя по тому, что спал Ники в одном белье, продолжение

было бы, но… Джой его не застал. Увы и ах. Хотя, возможно, даже к лучшему. Он сам вёл себя вчера неадекватно после того, как подглядел чужую ссору, у Ники тоже всё вскипело. Сон

немного отрезвил.

Но, кажется, только его. Когда Джой распахнул дверь, на

пороге оказалась Лада. Она хлопала такими же небесно-голубыми, как и у Ники, глазами, кусала губы и смотрела на

Джоя… словно с подтекстом. Он неловко помялся, но

пробурчал, оправдываясь:

― Нет, ничего лишнего, честно! Я просто вчера сообразил, что, когда ехал за тобой, забыл сумку с ключом у предков. Вот и

напросился переночевать, чтоб их не беспокоить.

И ведь не соврал ни капельки. И оправдываться было не

нужно, но почему-то перед Ладой было стыдно. Будто он

совратил её брата, хотя совращаться Ники не хотел и отбивался

целый год. Впрочем, гостье явно было плевать на все эти детали.

Она ещё пару секунд пялилась на Джоя, а затем просто шагнула

в квартиру и разрыдалась у него на плече. Благо, они были

почти одного роста.

Кажется, их с Тимом вчерашняя ссора с почти

признаниями в любви так и не получила нормального

продолжения.

Рёв услышал Ники: подорвался с дивана, проснулся, начал

суетиться и ни капли не помогал сестре в истерике. Джой вроде

бы тоже не умел успокаивать, но что такое истерика за

последний год узнать успел. На собственном примере. В груди

болезненно щемило при виде рыдающей «няньки», причина

расстройства которой тоже была младше. Не столь феерично, как у Джоя, но всё же…

Лада была очень похожа на Ники, а потому для Джоя

становилась по умолчанию красивой: те же голубые глаза, те же

тёмные волосы, прямой нос, улыбка одним уголком губ. Разве

что маленькая и хрупкая, настоящая фея. Каким мудаком нужно

быть, чтобы такую обижать? Пусть и из дурацкой ревности.

Джой замечал, что Ники откровенно теряется. Успокоился

ненадолго, пока готовил завтрак и впихивал яичницу в сестрицу, но потом снова впал в состояние «от агрессии до

замешательства». То готов был прибить Тима, то начинал кивать

в ответ на откровенную чушь.

― Ты его любишь? ― в один из таких моментов

напряжённо поинтересовался Ники. ― Я же догадывался ещё

тогда, когда привозил подарок для него. Надо было сразу

схватить тебя в охапку и забрать от этого идиота. От

неправильной любви нужно держаться подальше.

Так и сказал. Ещё бы по столу кулаком стукнул, было бы

вообще офигенно. Суровый старший братец, блин! Но слова про

«неправильную любовь» неприятно кольнули в самое сердце.

Значит, вот что он делал целый год? Держался подальше от

неправильной любви? Это же Джой признался ему тогда ― и

всё, Ники исчез.

― Любовь ― слишком громкое слово, ― пробормотала

Лада.

Вот