Бакарди и долгая битва за Кубу. Биография идеи - Том Джелтен

Семья «Бакарди» и руководство корпорации за долгие годы выдающихся успехов в бизнесе и прогрессивной социально-политической деятельности завоевали уважение в обществе. Теперь настало время опереться на это уважение. Чтобы добиться на Кубе своих теперешних целей, компания примкнула к тем фирмам, которые стремились добиться влияния и положения на Капитолийском холме — хотя подобные интриги всегда грязны и недостойны.

Закон Хелмса-Бартона вступил в силу в марте 1996 года, однако оказалось, что он едва ли поможет фирме «Бакарди» в ее попытках оспорить инвестиции «Перно Рикар» в кубинскую ромовую индустрию. И Билл Клинтон, и Джордж Буш откладывали принятие подзаконных актов, обеспечивавших применение Раздела III на практике, а следовательно, «Бакарди» и другие американцы кубинского происхождения не получили права отстаивать свои интересы в суде, подавая иски против иностранных фирм, решивших получить их прежнее имущество через «посредников». В любом случае «Бакарди» занимала в этих битвах невыгодную тактическую позицию. «Перно Рикар» вела операции на Кубе уже год-два и в целом тщательно избегала контактов с любым бывшим имуществом «Бакарди». Самыми обоснованные претензии к «Перно Рикар» могла бы выдвинуть семья Аречабала, которая наблюдала, как ее марка рома оказалась в распоряжении французско-кубинского совместного предприятия и используется во всем мире. Однако большинство членов семьи Аречабала жили в Испании, а не в США. Они отказались от ромового бизнеса и не располагали ресурсами, чтобы выступить против «Перно Рикар» и кубинского правительства. Битва за «Гавана-Клуб» могла состояться только в том случае, если бы «Бакарди» взялась вести ее от имени семьи Аречабала.

Так началась «ромовая война» девяностых. Это было весьма хитроумное и временами тайное противостояние с опорой на законодательство по поводу торговых марок и собственности, международные договоренности и американское эмбарго. Однако при всей юридической сложности подоплека у спора была очень простая: кто и под какой маркой будет продавать кубинский ром в США, когда это станет можно? Хотя в то время Фидель Кастро был еще совершенно здоров и полон сил, пожалуй, это было самое серьезное столкновение по поводу того, что будет с Кубой после Кастро. В нем участвовало несколько сторон, в том числе и те, кому предстояло определять будущее Кубы — эмигрантские интересы, иностранный капитал, правительства США и Кубы, — и оно высветило юридические и политические вопросы, которые невозможно было пустить на самотек — они все равно вставали бы еще и еще раз.

Юридическая тактика «Бакарди» сводилась к тому, чтобы выкупить у семьи Аречабала претензии на торговую марку «Гавана-Клуб» и затем отстаивать ее в американском суде как бренд «Бакарди». Патентное ведомство США передало права на марку «Гавана-Клуб» кубинскому правительству в 1976 году, однако адвокаты «Бакарди» собирались основывать свой протест на том, что такая передача права не имеет законной силы, поскольку торговая марка была нелегально конфискована. Следовательно, бренд «Гавана-Клуб» оставался собственностью семьи Аречабала, а значит, «Бакарди» имела право купить бренд и использовать его. В случае победы «Бакарди» «Перно Рикар» и ее кубинский партнер не могли бы экспортировать ром в США под этикеткой «Гавана-Клуб» даже после отмены эмбарго, которое пока что препятствовало соглашению об экспорте.

В этой тактике было одно слабое место: кубинцы в общем и целом старались всеми силами избегать столкновений с американской юриспруденцией. Поскольку торговое эмбарго было в силе, в США не продавали ром «Гавана-Клуб», так что опротестовывать было нечего. Значит, юристы «Бакарди» должны были так или иначе спровоцировать столкновение. К осени 1995 года компания переправила шестнадцать ящиков рома со сделанной наспех этикеткой «Гавана-Клуб» с винокурни в Нассау на склад компании в Джексонвилле в штате Флорида. Это был рискованный поступок. Семья Аречабала еще не дала официального согласия передать «Бакарди» свои права на торговую марку, хотя переговоры уже шли. Символический груз был предназначен только для того, чтобы продемонстрировать, что компания «намерена использовать» торговую марку «Гавана-Клуб», а главное — вызвать на бой своего французско-кубинского соперника. Цель была достигнута. В декабре 1996 года «Перно Рикар» и ее кубинский партнер подали на «Бакарди» иск в федеральный суд первой инстанции, обвинив «Бакарди» в том, что версия рома «Гавана-Клуб» производства «Бакарди» — это нарушение прав на торговую марку. Были расставлены декорации для юридического конфликта эпического размаха.

В апреле 1997 года «Бакарди» официально выкупила претензии семьи Аречабала на торговую марку «Гавана-Клуб» и на бывшую собственность семейства на Кубе всего за 1 250 000 долларов. Для сравнения, всего пять лет назад «Бакарди» заплатила два с лишним миллиарда долларов за бренд «Мартини энд Росси». Тем не менее выплаченная «Бакарди» сумма более чем в десять раз превышала то, что предлагала семейству Аречабала «Перно Рикар». На самом деле у семьи Аречабала не было никаких оснований завышать цену, ведь было, мягко говоря, неочевидно, чтобы какой бы то ни было суд признал их заявление — особенно если учесть, что они не производили ром уже более тридцати лет, — что они якобы упустили момент для регистрации своей торговой марки в США (и в других странах) и что кубинское правительственное агентство успело за это время зарегистрировать марку «Гавана-Клуб» с соблюдением всех юридических требований.

Два года стороны обменивались претензиями и контрпретензиями.

Председательствующий федеральный судья Шира Шейндлин отклонила некоторые из исков, однако сочла, что отдельные вопросы так трудны, что требуют суда без участия присяжных. Обе стороны немедленно принялись искать новые доказательства для подкрепления своих претензий, давать показания под присягой и собирать документы.

Некоторые члены семьи Бакарди недоумевали, зачем компания во все это ввязалась.

Фирма «Бакарди» долгие годы росла за счет строительства новых заводов по всему миру, проведения успешных маркетинговых кампаний, а в последнее время — и создания более разностороннего портфолио. Теперь же руководство предлагало компании потратить миллионы долларов на судебные издержки, чтобы получить контроль над торговой маркой, которую уже использовал ее главный конкурент. Для некоторых членов совета директоров это было чистой воды «инвестициями в судебную тяжбу».

Эта инициатива совпала с переменами в высшем эшелоне власти в «Бакарди». В марте 1997 года председатель «Бакарди» Мануэль Хорхе Кутильяс отказался от позиции исполнительного директора и передал свои руководящие обязанности исполнительному вице-президенту Джорджу Рейду, юристу, который помогал разрешить внутрисемейные юридические распри пять лет назад, а затем координировал реорганизацию компании.