Бакарди и долгая битва за Кубу. Биография идеи - Том Джелтен

Позиция «Бакарди», подкрепленная данными юридической экспертизы, состоит в том, что конфискованные активы по-прежнему остаются ее законным имуществом и всякий, кто примет предложение приобрести подобное имущество у режима Кастро, не получит законного титула собственности на него ни по кубинскому, ни по международному законодательству. Как только на Кубе будут восстановлены власть закона и репрезентативное правительство, «Бакарди» намерена приложить все усилия, чтобы вернуть свою собственность, а также потребовать подобающей компенсации от тех, кто получил эту собственность от ныне действующего режима и пользовался ею по назначению или не по назначению в период, когда «Бакарди» была лишена возможности обладать ею.

Тьерри Жакилла из «Перно Рикар» получил письмо «Бакарди» в числе прочих, однако решил, что к нему предупреждение не относится. Компания «Перно Рикар» не рассматривала возможность приобрести на Кубе физическое имущество и не претендовала на бывшие активы «Бакарди».

Контракт, который «Перно Рикар» подписала с кубинским правительством, предполагал создание совместного предприятия «Гавана-Клуб Интернешнл» во владении «Перно Рикар» и новообразованной кубинской компании «Corporación CubaRon, S.A.» («КубаРон»). С юридической точки зрения «КубаРон» была независимой частной кубинской корпорацией с индивидуальными акционерами, но на самом деле она представляла собой всего лишь побочное подразделение «Предприятия по производству алкогольных и безалкогольных напитков» под эгидой министерства продовольствия.

Капитал был получен от кубинского государства, прибыли тоже получало государство, а «акционерами» были кубинские правительственные чиновники. По условиям соглашения о совместном предприятии «КубаРон» должна была производить и разливать ром «Гавана-Клуб», а затем продавать их совместному предприятию. «Перно Рикар» как французский партнер должен был обеспечивать маркетинговые исследования и торговораспределительную сеть. Тьерри Жакилла прилетел в Гавану на церемонию подписания договора в сопровождении Патрика Рикара, председателя совета директоров «Перно Рикар». Благословив создание предприятия, Фидель Кастро устроил для гостей званый обед.

Соглашение о совместном предприятии, занимавшее тридцать шесть страниц, поручало кубинским властям «следовать использованию рыночной экономики» в управлении производством рома — между тем у них не было по этой части никакого опыта. Пункт об отсутствии конкуренции обязывал кубинское правительство не продвигать в тех секторах рынка, где продается «Гавана-Клуб», никакие другие марки рома. Соглашение было составлено под бдительным наблюдением юристов «Перно Рикар», которые понимали, что их компания может столкнуться с судебным иском по поводу этой сделки. В частности, они предусмотрели, чтобы кубинская сторона гарантировала «отсутствие каких бы то ни было, и судебных, и внесудебных притязаний на торговую марку [ «Гавана-Клуб»]… и ей не известны никакие причины и обстоятельства, которые могли бы вызвать подобные притязания». В последний раз семья Аречабала зарегистрировала свою торговую марку в 1953 году сроком на двадцать лет.

Поскольку срок регистрации давно истек, «Перно Рикар» удовлетворился тем, что семья отказалась от притязаний на торговую марку.

Стороны не разглашали цену, которую заплатила компания «Перно Рикар» за свою половину предприятия «Гавана-Клуб», однако по данным журнала «Форбс» она составила 50 миллионов долларов.

Хуан Прадо, ветеран-маркетолог «Бакарди», ощутил укол зависти, когда услышал, что «Перно Рикар» заключил сделку по поводу «Гавана-Клуб». Тот факт, что «Перно Рикар» была готова приложить максимум стараний и потратить много денег, чтобы заполучить половину «прав» на торговую марку рома, подтвердило его прежние соображения о том, что бренд «Гавана-Клуб» был бы ценным приобретением. С другой стороны, Прадо рассердило, что «Перно Рикар» согласилась вести дела с Фиделем Кастро — диктатором, по чьей вине миллион кубинцев отправились в эмиграцию, а тысячи оказались в тюрьмах или были казнены. Прадо выбрал компанию «Перно Рикар» в качестве дистрибутора рома «Бакарди» во Франции[24] и при этом подружился с Тьерри Жакилла, главой фирмы. Когда новости о сделке с кубинским правительством появились в прессе, Прадо написал Жакилла резкое письмо: 3 декабря 1993 года Дорогой Тьерри!

Поскольку в конце года я ухожу на покой, но буду продолжать консультировать «Бакарди» по кубинским вопросам, новости о том, что вы согласились стать дистрибутором рома «Гавана-Клуб» на мировом рынке, затрагивают меня лично и оказались довольно болезненными. Признаться, для меня это неожиданность.

Вероятно, вас не поставили в известность, что Аречабала — это весьма достойная семья, которую я знаю с детства; вся их собственность на Кубе была нелегально экспроприирована [sic], поэтому они, очевидно, уверены, что торговая марка принадлежит им.

Прошу вас, примите мои извинения в том, что я комментирую ваши деловые решения, но мне кажется, что благодаря нашей многолетней дружбе я имею право выражать свое мнение.

С наилучшими пожеланиями, Хуан Прадо Копии письма Прадо направил своему начальнику в «Бакарди» Мануэлю Хорхе Кутильясу, Патрику Рикару и Рамону Аречабале в Майами — тому самому менеджеру по продажам рома «Гавана-Клуб», с которым Бакарди за двадцать лет до этого вели переговоры в Нассау. Встреча, состоявшаяся в 1973 году, не привела ни к чему, однако известие о соглашении по поводу рома «Гавана-Клуб» снова вывела семью Аречабала на сцену кубинской драмы.

Через одиннадцать дней после того, как Рамон Аречабала получил письмо от Хуана Прадо, он сам написал Патрику Рикару и сообщил, что и он сам, и другие члены семьи «озабочены» согласием компании «Перно Рикар» торговать «официальным» кубинским ромом под старой маркой семьи Аречабала. Прошло более тридцати лет с тех пор, как семья Аречабала отказалась от своего ромового бизнеса, однако Рамон заявил, что и сам он, и его родственники по-прежнему готовы предпринять шаги, чтобы «вернуть свою собственность, а также потребовать подобающей компенсации от тех, кто получил эту собственность от ныне действующего режима и пользовался ею по назначению или не по назначению в период, когда мы были лишены возможности обладать ею» — здесь он практически дословно процитировал письмо, которое разослал за полтора месяца до этого Мануэль Хорхе Кутильяс. Сотрудники «Перно Рикар» интерпретировали письмо Аречабалы, в котором слышны были отголоски предупреждения Кутильяса, как намек на то, что «Бакарди» готова объединить усилия с бывшими акционерами семьи Аречабала и подать на «Перно Рикар» в суд. Тьерри Жакилла впоследствии говорил, что воспринял этот поступок «Бакарди» как предупреждение: «Куба наша, не прикасайтесь к ней».