Необходимые вещи - Стивен Кинг

"Вот так, - думал он, - завтра днем все ученики будут в курсе, а к вечеру - весь город".

- Идите, девочки, - сказала миссис Тэннер. - Кто-то мерзко подшутил над мистером Джуэттом, отвратительно, подло, и вы не должны об этом никому рассказывать. Ни слова. Поняли?

- Да, миссис Тэннер, - послушно произнесла Эрин Мак-Авой; но совершенно очевидно, что не пройдет и трех минут, как она будет докладывать своей лучшей подруге Донне Бьюли, что кабинет мистера Джуэтта украшен фотографиями мальчиков, на которых кроме тяжелых металлических браслетов нет ничего.

- Да, миссис Тэннер, - также немедленно согласилась Дарлин Викери, но нет сомнений, что через пять минут она будет рассказывать своей лучшей подруге, Натали Прист, то же самое.

- Теперь идите, - сказал Брион Мак-Гинли. Он старался, чтобы голос звучал строго, но от страха охрип. - Идите же.

Девочки убежали, взмахнув подолами красных юбочек над костлявыми коленками.

Брион медленно повернулся к Фрэнку.

- Я думаю... - начал он, но Джуэтт, не обратив на него ни малейшего внимания, словно во сне прошел в свой кабинет. Закрыв за собой дверь с табличкой ДИРЕКТОР, он принялся медленно подбирать журналы.

"Почему бы тебе не объясниться с ними?" - взывал разум. Но он игнорировал этот разумный призыв, так как гораздо яснее звучал голос из самой глубины души, не голос, а инстинкт самосохранения, который подсказывал, что в этот самый момент он, Фрэнк, наиболее уязвим. Если он заговорит с ними, попробует только объяснить, то сам подпишет себе приговЬр, сам себя повесит, и так высоко, как повесили когда-то Хамэна [Хамэн (библ) -врач еврейского народа (прим. пер.).].

Элис стучала в дверь. Фрэнк не слышал ее стука, продолжая, как истукан, бродить по кабинету и подбирать журналы, журналы, которые он собирал в течение девяти лет, выписывал их из разных отдаленных уголков штата и получал на почтовом отделении в Гейтс Фоллз, всякий раз опасаясь, что его застукает полиция штата или почтовая инспекция и свалится на его несчастную голову как целая тонна кирпичей. Никто ни разу не обнаружил его. И вот теперь...

"Да они не поверят, что это твои журналы, не позволят себе в это поверить, - успокаивал голос разума, - такое открытие было бы слишком вразрез с укладом их провинциальной тихой и размеренной жизни. Вот возьмешь себя в руки и разберешься с этим вопросом". Но... кто мог такое натворить? Кто?! (Фрэнк ни разу не задал себе вопрос: зачем, во имя всего святого, он приносил эти журналы сюда, почему из всех возможных потайных мест выбрал именно свой рабочий кабинет?).

Был только один человек, которого мог подозревать в содеянном Фрэнк Джуэтт, - единственный человек в Касл Рок, с которым он делился тайнами своей личной жизни, Джордж Нельсон, учитель столярного дела в колледже. Джордж Нельсон, весельчак из весельчаков, скрывавшийся под маской консерватора и ханжи. Фрэнк познакомился с ним на вечеринке в Бостоне, где большая компания мужчин средних лет развлекалась с очень небольшой группой голых мальчиков. Это была одна из тех вечеринок, после которой ты остаток жизни можешь запросто скоротать за тюремной решеткой. Одна из тех вечеринок... На столе, прислонившись к письменному прибору, стоял белый конверт. На нем было написано его имя. Фрэнк Джуэтт ощутил неприятный привкус горечи во рту, головокружение и слабость - как будто летишь вниз с верхнего этажа в сорвавшемся лифте. Он поднял голову и увидел Элис и Бриона, стоявших на пороге плечом к плечу, открыв рот и не сводя с него глаз. "Теперь я могу понять, как чувствуют себя рыбы в аквариуме", - подумал Фрэнк.

Он махнул им рукой, уходите, мол, но они не тронулись с места, и это его не удивило. Это ведь все страшный сон, а в ночных кошмарах никогда ничего не происходит так, как тебе бы хотелось. Оттого они и кошмары. Фрэнк растерялся и не мог сориентироваться, но где-то в глубине души чувствовал, как зарождается маленькое голубоватое пламя гнева - словно живая теплая искра под охапкой размокшей щепы.

Положив стопку журналов на пол, он сел за стол. Как и предполагалось, ящик, в котором лежали журналы, взломан. Он вскрыл конверт и вытряхнул из него содержимое. По большей части гнусные фотографии: он сам с Джорджем Нельсоном на вечеринке в Бостоне развлекаются с симпатичными молодыми людьми (старшему из этих молодых людей едва ли минуло двенадцать). На всех фотографиях лица Джорджа не видно, зато его собственное - в полной красе. Это тоже не слишком удивило Фрэнка. В конверте была и записка. Он достал ее, развернул и прочел:

"Фрэнк, старина!

Прости, если можешь, но у меня нет другого выхода. Надо немедленно выезжать из города и не до церемоний. Мне необходимо две тысячи долларов. Принеси их сегодня же вечером не позднее семи. Ты, конечно, можешь попытаться выйти из воды сухим - трудно любому другому, но не такой змее, как ты, но задай себе вопрос: что случится, если каждая из этих фотографий появится на всех телефонных автоматах города прямо под плакатом про Казино Найт. Думаю, ты вылетишь из города на метле, старина. Помни: 2000 долларов и не позднее, чем к 7.15, иначе пожалеешь, что вообще родился.

Твой друг Джордж".

Твой друг! Твой друг!!!

Он не в силах был отвести объятого ужасом взгляда от этой заключительной строчки. Ну и друг! Иуда, мать твою так.

Брион все еще постукивал по открытой двери, пытаясь привлечь внимание директора, но когда тот поднял на него глаза, оторвавшись от того, что лежало перед ним на столе, рука Бриона застыла. Лицо директора приобрело цвет воска, и только два лихорадочно-красных клоунских пятна горели на скулах. Зубы обнажились в улыбке, превратившей губы в две натянутые ниточки. Он больше не был похож на мистера Уэзерби.

"Мой друг, - думал Фрэнк. Скомкав одной рукой записку, он запихивал другой фотографии в конверт. Голубое пламя разгоралось и превращалось в оранжевый пожар. Сырая щепа занялась. - Я приду, не беспокойся, Я непременно приду, чтобы обсудить некоторые вопросы с тобой, моим другом, Джорджем Нельсоном".

- Непременно, - произнес Фрэнк Джуэтт вслух. - Непременно. - И улыбнулся еще шире.

10

Часы показывали четверть четвертого, и Алан решил, что Брайан Раск отправился домой другой дорогой; поток возвращавшихся из школы детей редел. Но в тот момент, когда он уже доставал из кармана брюк ключи от машины, в конце Школьной улицы показалась фигура на велосипеде. Велосипедист ехал медленно, навалившись на руль и опустив голову так низко, что Алан не мог разглядеть лица.

Зато он видел то, что лежало на багажнике велосипеда. Сумкахолодильник.

11

- Вы понимаете? - спрашивал мистер Гонт Полли, которая теперь держала в руках конверт.