Необходимые вещи - Стивен Кинг

И чем больше он разглядывал ее, тем больше она ему не нравилась. Ну совсем не нравилась. Ни в какую. Он подавлял в себе неистребимое желание сорвать ее с шеи Полли и выбросить через открытое окно.

Ничего себе желание! Только попробуй и можешь проститься с хорошей жизнью на веки вечные.

- Иногда кажется, что там внутри что-то шевелится, - с улыбкой говорила Полли. - Что-нибудь вроде мексиканского прыгающего горошка. Смешно, правда?

- Не знаю.

Он смотрел, как она прячет амулет обратно за вырез блузки, и чувство неприятия росло, но стоило вещице исчезнуть, и от одного вида, как Полли легко и свободно, этого отрицать никак нельзя, застегивает пуговицы, оно стало уходить. Не пропадало только подозрение, что мистер Лилэнд Гонт водит за нос его любимую женщину, а если так, то наверняка не только ее одну.

- А тебе не кажется, что тут может быть что-то другое? - Он вел себя теперь с осторожностью человека, переходящего ручей по скользким валунам. - У тебя и раньше случались ремиссии.

- Конечно, - согласилась Полли с некоторой настороженностью. - Я сама все про свои руки знаю.

- Полли, я просто пытаюсь...

- Я понимаю, ты реагируешь так, как только ты можешь реагировать, Алан. Все на самом деле очень просто: мне совершенно точно известно, что значит ремиссия артрита, и тут совсем все не так. Были времена в течение последних пяти-шести лет, когда наступало облегчение, но оно несравнимо с тем, что происходит теперь. Я никогда не чувствовала себя так хорошо, даже в дни самых серьезных улучшений. Это совсем другое. Это вроде... - Она замолчала, подумала и сделала неопределенный жест руками и плечами. - Это как окончательно выздороветь. Знаю, тебе меня не понять, но я не в состоянии объяснить лучше.

Алан кивнул, нахмурившись. Он понимал, что она имеет в виду, и понимал, что она относится к этому абсолютно серьезно. Может быть, азка воздействовала на какой-нибудь участок ее мозга. Возможно ли это, если болезнь не психосоматического характера? Розенкройцисты [Кристиан Розенкройц, XV век, основатель движения за пропаганду изотерического разума, популярного в XVI-XVII вв. (прим. пер.).] считают, что такое вполне возможно и случалось сплошь и рядом. Так же считали и миллионы людей, зачитывавшиеся книгой Л. Рона Хаббарда о дианетике. Алан ничего по этому поводу сказать не мог, но знал только, что никогда не встречал слепца, который бы счел себя прозревшим, или раненого, приостановившего кровотечение путем самоубеждения.

И еще он был уверен: все это плохо пахнет. Воняет так, как от дохлой рыбы, пролежавшей дня три на берегу в солнечный день.

- Ладно, давай бросим этот разговор. Я устала от попыток не разозлиться на тебя. Пошли в магазин вместе со мной. Поговори с мистером Гонтом сам. Тебе давно уже пора с ним познакомиться. Может быть, он тебе лучше объяснит, что тут волшебного, а что нет.

Алан снова взглянул на часы. Без четырнадцати три. В какую-то долю секунды он решил последовать совету Полли и оставить Брайана Раска на потом. Но застать мальчишку вдали от дома, врасплох, как только он выйдет из школы, было очень заманчиво. Он будет куда более разговорчив, когда рядом не станет суетиться мама, бегать вокруг, словно львица, оберегающая своего детеныша, перебивать, а может быть даже советовать не отвечать на некоторые вопросы. Да, это главное: если выяснится, что сыну есть что скрывать, или если миссис Раск так считает, Алану будет очень трудно, а может быть и вовсе невозможно получить информацию.

Таким удобным случаем пренебрегать нельзя: Брайан Раск может оказаться ключом к разгадке двойного убийства.

- Не могу, родная, - сказал он Полли. - Зайду попозже. Мне необходимо поехать в школу и переговорить кое с кем. Немедленно.

- Это касается Нетти?

- Скорее, Вильмы Ержик, но если чутье меня не обманывает, в случае с Нетти это тоже может помочь. Как только что-нибудь узнаю существенное, сразу тебе сообщу. А пока ты можешь мне обещать?

- Алан, я покупаю ее! Это мои руки, не твои!

- Ты меня не поняла. Покупай, конечно. Просто хочу, чтобы ты расплатилась с ним чеком, вот и все. Нет причин, по которым он отказался бы принять его, - если он настоящий бизнесмен. Ты живешь в городе и хранишь деньги в банке напротив. Но если возникнет какое-нибудь недоразумение, ты всегда можешь приостановить выплату.

- Понятно. - Полли произнесла это слово спокойно, но Алан с упавшим сердцем понял, что все-таки, переходя ручей, соскользнул с одного из валунов и шлепнулся в воду.

- Считаешь его мошенником, так, Алан? Думаешь, он заграбастает денежки несчастной дамочки, свернет манатки и укатит в неизвестном направлении?

- Не знаю, - откровенно признался Алан. - Мне известно лишь то, что работает он в нашем городе только одну неделю. Поэтому чек - это всего- навсего предосторожность.

Ну что ж, слова Алана не лишены здравого смысла. Полли это понимала. Именно здравомыслие и выводило ее из равновесия, когда речь шла о чудесном, волшебном снадобье. Она подавила желание защелкать пальцами перед лицом Алана и закричать при этом: "Ты видишь? Видишь? Или ты ослеп?". Тот факт, что Алан абсолютно прав насчет чека, с которым у мистера Гонта не должно быть никаких затруднений, если он честно ведет игру, злил ее еще больше.

Поостерегись, подсказывал внутренний голос. Помни, язык мой - враг мой. Подумай, прежде чем сказать. Не забывай, что ты любишь этого человека.

Но тут же вмешался другой, гораздо более холодный и рассудочный. А так ли это? И вправду любишь?

- Ладно, - сквозь зубы сказала Полли и отодвинулась от него. Спасибо, что блюдешь мои интересы, Алан. Иногда я забываю, что мне необходим такой заботливый человек. Я, безусловно, выпишу ему чек.

- Полли...

- Нет, Алан, хватит разговоров. Я не в силах больше спускать на тебя собак.

Она открыла дверь и решительно вышла из машины. Юбка взметнулась, представив восхищенному взору желающего ослепительно стройное бедро. Алан тоже открыл дверь, намереваясь выйти и уговорить, успокоить, объяснить, что он сомневается только оттого, что любит ее, боится за нее. Но тут он снова взглянул на часы. Без девяти три. Надо лететь сломя голову, не то прощай, Брайан Раск.

- Я позвоню тебе вечером, - крикнул он из окна.

- Милости просим. - Полли направилась к зеленому навесу, не оборачиваясь. Дав задний ход и выезжая на дорогу, Алан услышал звон колокольчика.

5

- Мисс Чалмерс! - радостно воскликнул мистер Гонт и сделал пометку в списке, лежавшем рядом с кассовым аппаратом. Он уже подошел почти к самому концу списка: имя Полли стояло предпоследним.

- Прошу вас... Полли, - напомнила она.

- Прошу прощения, - мистер Гонт просиял. - Конечно, Полли.