Нам не узнать друг друга сразу - Алёна Медведева

Но мы с Гайяром давно решили, что иногда побаловать можно, а бабушка с дедушкой с этим справлялись на все двести процентов. Хотя и там накладки были. Так, еще не способные полностью контролировать свое сознание, малыши в прошлое посещение родных выплеснули огромную волну восторга, заставив окружающих неймарцев сходить с ума от счастья. Ведь в отличие от нашего прибрежного уединения родители Гайяра жили в поселении с большой численностью населения. Но тут какой уж с малышей спрос, если и их папа, во второй раз став отцом, создал своим сознанием восторженную панику в рядах соплеменников. Мне напрямую, конечно, ничего не говорили, но доходили слухи о том, что на следующий день был совершен научный прорыв и открыта новая форма материи, а также, что ровно через семь месяцев после той ночи, с опять же преждевременным вылупливанием нашего второго сыночка, как-то подозрительно много неймарских малышей появилось на свет.

Бабушка с внуком, предварительно перекусив, упорхнули на прогулку. Быстро накормив и нарядив малыша, приступили к сборам багажа. Тут невероятно помог рациональный подход кактуса. Он, понаблюдав за нашими дружными метаниями между полками и шкафами, принялся, тыкая розовым отростком в нужные вещи, направлять процесс сборов. Апофеозом сей процедуры стал момент, когда питомец подвел меня к горшку со старшим из имеющихся потомков кактуса и решительно указал на него.

– Тоже к бабушке погостить? – неуверенно спросила я.

Воспитательный гений недвусмысленно кивнул.

– И тебе их не жалко? – попыталась усовестить питомца.

– Дейрана, – хмыкнул заглянувший мне через плечо муж, – идея отличная. И детям будет с кем побеситься, и моим расслабиться и забыть все наказы не дадут. Опять же привыкнут за неделю, потом с ними и оставим. Тогда и скучать родителям будет некогда. Мы же на Неймаре только треть года проводим.

В общем, и в этом вопросе пронырливый розовый обжора умудрился оставить за собой последнее слово. Представляю себе «восторг» бабушки!

Как только дети и свекровь отбыли, а утомленный обороной своих интересов кактус удалился поспать в горшок, мы немедленно рванули в спальню. Вот он, счастливый миг семейной жизни – возможность побыть наедине! Рухнув на кровать, оба синхронно накрылись одеялом с головой и прислушались.

– Тишина… – блаженно протянул муж.

– Не-а, – радостно возразила я, – слышишь? Ветер играет иголками.

И действительно, я впервые поймала себя на том, что на каком-то подсознательном уровне улавливаю этот невероятно гармоничный перезвон. Чарующий. Завораживающий. Возбуждающий.

– А может быть, права твоя мама? И нам стоит подумать о пополнении? – прижимаясь к мужу всем телом, улыбаясь в темноте, прошептала я.

– Нет, – уже почти целуя меня, отказался муж, – мне двух раз испытания жутким страхом вполне хватило.

– Ну, посмотрим… – в перерывах между поцелуями пробормотала я, мысленно усмехаясь.

– Мама! Отец! – Голос Леакрэ для невозмутимого непробужденного неймарца звучал излишне взволнованно. – Получен сигнал со странными позывными. Система их распознает, но при этом не идентифицирует. Как такое возможно?

Наш старший стал уже настоящим зрелым сорокалетним мужчиной. И пусть по-неймарским меркам это еще самый расцвет молодости, для меня это был уже очень самостоятельный возраст. Период обучения позади, уверенная, состоявшаяся карьера в ведомстве отца, венцом которой были планы Гайяра передать ему собственный пост. Муж планировал через два года уйти на покой и возглавить Совет. Вот только дейрану свою сын пока не встретил… Но не сомневался, что найдет. Я научила своих детей руководствоваться не только доводами сознания, но и доверять внутреннему чутью, интуиции. И мы с мужем в этом личном вопросе его не торопили, основываясь на собственном опыте. Вся длинная неймарская жизнь впереди. Да и сын, глядя на нас, всегда говорил, что будет искать пару для гармоничного союза. Ждать предназначенную ему дейрану.

Сейчас, устроившись на диване рядом с мужем, я любовалась решительным и сосредоточенным лицом сына на визуальном табло. Просто вылитый отец в молодости! Сын связался с нами и просил прояснить ситуацию с необъяснимым сигналом.

– Какой сигнал? – Гайяр пусть и стал значительно старше, но хватку не потерял.

– Сейчас…

И тут же комнату наполнили непонятные для меня звуковые комбинации. Однако для моего неймарца они вовсе не были загадкой, хотя явно поразили. Муж вскочил с дивана с резвостью мальчишки и резко, как-то напряженно воскликнул:

– Когда получен сигнал? Откуда?

Мы с сыном обменялись недоуменными взглядами, после чего Леакрэ отчитался:

– Сигнал получен сегодня. Идет из сектора темных галактик, откуда-то издалека, потому что система, зафиксировав его, сработала на максимальном пределе. Но не совсем понятно, как его расшифровывать.

– Перекинь полный объем полученного сообщения ко мне сюда, – четко заявил отец, – я смогу его расшифровать. Я сам его создал.

Теперь уже мы смотрели на Гайяра с откровенным любопытством.

– Выполняю, – сообщил сын.

А муж, развернувшись, поразил меня своими словами:

– Оленька, эти позывные я передал Измененным, когда они улетали сорок лет назад.

Тут вскочила (хотя и более осторожно) и я. Ой! Неужели? Неужели мне дано будет в жизни счастье узнать о них что-то… Чувствуя, что вот-вот расплачусь от невыразимой радости, кинулась в объятия мужа.

– Отец! – В комнату, резко распахнув дверь, вбежали наши младшие – двойняшки Стерган и Аалина. – Что с тобой? Нас так шарахнуло!

Вбежали и застыли, увидев нас, обнимающихся и заливающихся слезами в центре комнаты. Последнее, конечно, относилось ко мне, но и Гайяр был невероятно взбудоражен.

– В чем дело? – Это Аалина, развернувшись к изображению старшего брата, попыталась выяснить причину явного сумасшествия.

– Появилась информация по проекту «Измененные». Пришел сигнал, – веско пояснил Леакрэ.

Младшие потрясенно замолкли. Еще бы! Об этом проекте в нашей семье знали все. Столько разговоров было в детстве, столько самых фантастических предположений! Но о том, что мы все когда-нибудь снова о них услышим, не мечтал никто.

– Так. – Гайяр решительно отстранился. – Я пойду займусь расшифровкой. Стерган, позаботься о маме, она сейчас очень взволнована. Аалина, а ты чаю завари, маминого любимого, и сама не тревожься лишний раз.

С этими наказами муж спешно вышел, направляясь к средоточию собственной системы.

– Мам, ты не переживай! Я же всегда говорил, что они всех победят и откроют самый прекрасный и волшебный мир, – попытался немного рассмешить меня сын, принимая в объятия, не менее уверенные, чем у отца.