Нам не узнать друг друга сразу - Алёна Медведева

– Ага, – сонно зевая, согласилась я. – Подозрительно, что малыши молчат.

– Так, наверное, мама в качестве отвлекающего маневра, чтобы шум не поднимали, им вкусных сладостей дала, вот рты и заняты, – предположил мой неймарец. – Ты спи дальше. Я всех завтраком накормлю и заберу на прогулку на леталетах.

Какое облегчение! Я послала мужу благодарный взгляд и рухнула обратно на подушку, натягивая одеяло. Развлекутся, и Оболтус передохнет. А так только его подрастающее поколение за ум начало браться, как Ланаира решила взять бразды воспитательного правления в свои руки, наступив тем самым Оболтусу на самую больную мозоль. Он тайно и совсем для всех незаметно мнил себя непревзойденным педагогом и воспитателем, помимо своих отпрысков взяв «под крыло» и наших маленьких первородных.

– Надо будет, пока мы на Неймаре, к твоим родителям на недельку наведаться. Пусть с внуками повозятся. Что Ланаира, что Диал им всегда так рады, – почти засыпая, пробормотала я.

– Ага, нас тогда возьмут в плен и уже не выпустят! Давай им просто очередного поумневшего потомка Оболтуса подарим? Вот Тинарагу с Нирандой обещали – и с тех пор как отрезало: они к нам в гости не ходят и к себе не зовут. Заняты чем-то постоянно, бедняги. Я уже волнуюсь, – мало ли, вдруг мне на «Эндорре» врачебная помощь понадобится…

Но выспаться не получилось. Только сон начал возвращаться, погружая в мир чудесных сказок, как резко хлопнула дверь, и неимоверно расстроенный голос свекрови простонал уже рядом:

– Оля, ну хоть ты мне помоги! Он совсем и окончательно страх потерял! Как вообще так можно? – В голосе свекрови была откровенная обида.

Я села, сонно протирая глаза. Свекровь энергично размахивала передо мной пластиковым листком-распечаткой. Сфокусировавшись, перехватила лист и вчиталась в каракули. А надо заметить, что с недавних пор Оболтус начал писать, забавно, на манер стилуса, водя отросточком по сенсорной панели. Алфавит он освоил как-то сам и однажды с утра потряс наше воображение, заявившись с плакатом: «Голодающий». С тех пор так и повелось: он при необходимости писал нам строгие записки, выдавая в том числе и воспитательные цэу. Мы с этим тоже смирились, особенно потому, что нянем и педагогом он был строгим, взыскательным и обязательным. Слава о нем и его потомках шагнула далеко за пределы нашего гнезда, и все знакомые под страхом смерти отказывались принимать от нас презенты.

Так и сейчас: вглядевшись в лист, я обнаружила знакомый корявый почерк, но вот то, что там было написано, поразило и меня.

«Перечень условий посещения бабушкой внуков» – значилось в оглавлении. Я нервно икнула, резко пробудившись и начиная понимать, почему у нашей обожаемой и прекрасной бабули разве что пар из ушей не валит.

– Он же шутит, – попыталась я вывернуться из ситуации, но увы…

– Шутит?! – Свекровь передернуло. – Вот это, пункт первый: «Запрещено плохо говорить об Оболтусе детям». Это как понимать? Он что, думает, мне больше заняться нечем? И вообще, я всегда говорила и сейчас лишний раз в этом убеждаюсь: у вашего кактуса завышенная самооценка!

– А-а-а… А мы всей семьей к вам на недельку собирались, – нашла я спасительную тему, поняв, что выступать третейским судьей в этих спорах дело неблагодарное.

Эти их препирательства и постоянное перетягивание одеяла на себя было делом привычным. Хотя сегодня розовый многодетный родитель посягнул на святое, судя по пункту три, который гласил, что о своем появлении Ланаира должна известить заранее, дня за два, причем… Оболтуса. Понятно, отчего бабушку переклинило.

– А зачем всей семьей? – тут же ухватилась за идею неймарка, присев на кровать. – Вы – это значит и кактус. Нет! Давайте вы отдохнете, друг с другом побудете, может, и еще кого организу…

– Мама, – перебил, оказывается, уже подошедший Гайяр, – ну что, тебе двоих внучат мало?

Сыновья удобно расположились на папиных руках и грызли по сладкому неймарскому фрукту. Но, увидев, что мама проснулась, оба завозились с желанием перебраться поближе ко мне. Шестилетний Леакрэ и вовсе расправил крылышки и уверенно порхнул ближе. А за ним и младший братик, потянувшись ручками вслед, вынудил папу поднести его к кровати. В итоге обе деточки довольно пристроились по бокам от меня.

– Мало! – категорично возразила родительница мужа, с восторженной любовью наблюдая за внучатами. – Вон как хорошо у вас получается!

И тут же, не дав нам вставить и слова, заявила:

– В общем, забираю их на неделю! И без возражений. Мы соскучились ужасно. А вы все время со своей работой, и дети с вами. Хоть самой за вами лети, чтобы на внуков посмотреть! А Диал как? Все! Забираю. Вы можете в гости набегами залетать, но не часто. Считайте, что у вас отпуск. Леакрэ, малыш, пойдешь с бабушкой? Над океаном полетаем. Волчки половим.

Тактика была выбрана верно, что подтверждало и недовольное притопывание Оболтуса. Он тоже вслед за всеми просочился в спальню. Но Ланаира ловко легким, но рассчитанным движением ноги плавно задвинула ощерившийся иглами в знак протеста кактус под кровать. Вот хорошо этим неймарцам, им никакой яд не страшен! Старший сынок задумчиво застыл, перестав грызть вкусняшку и неуверенно переводя взгляд с меня на хитрющую бабушку. Ловля волчков была обожаемой забавой. Всегда, когда мы семьей возвращались в свое гнездо, они с папой много времени уделяли этой поучительной игре, в процессе совершенствуя навыки полета и оттачивая координацию и скорость реакции Леакрэ. А мы с малышом веселились, наблюдая за их маневрами из гамака между ветвями нашего дерева.

Переглянувшись с Гайяром, решили, что под таким напором остается только полностью капитулировать. Да и побыть деткам с бабушкой и дедушкой действительно было нужно. Поэтому, ласково погладив старшего по красноволосой головке, поцеловала в висок и прошептала:

– Ладно уж, иди с бабушкой! И к дедушке отправиться можно. Главное, как в прошлый раз, всех в округе с ума не сводите.

– Не переживай, Оля, – тут же встрепенулась свекровь. – Мы в тот раз все уяснили, больше ошибки не повторим. Давайте, пока мы полетаем, мелкого собирайте и вещи ребячьи. Но не много, у нас и свой запас имеется.

Кто бы сомневался! Бабушка с дедушкой у нас маньяки в вопросе снабжения деток подарками. Когда сыновья немного подросли и приятность получения презентов осознали, началось… безумие. И ведь не только свекор со свекровью одаривали, но и просто многие посторонние неймарцы – все были так рады первородным малышам! Пришлось мне волевым усилием пресечь эту полноводную реку подношений, публично пригрозив перебраться на Землю до совершеннолетия детей. Стало страшно, что разбалуют сверх меры, а в концепции воспитательной доктрины я во многом была согласна с Оболтусом. Излишнее попустительство и вседозволенность воспитательному процессу только вредят. И не зря кактус пытался воспрепятствовать отбытию мальчиков к дедушке. Знал, что вернутся бесенятами!