В тени Рюджина - Халег Чудинов

то придется обе стороны примирить. Без заблаговременных договоренностей с Ишигакуре влезать в войну на чьей-то стороне не очень разумно, мне через Страну Камня еще торговать и сообщение с Роураном налаживать нужно будет.

Может, и вправду проще было дождаться, пока Нагато убьется об этого Роена, а потом присвоить себе риннеган? Но тогда, скорее всего, пришлось бы лично иметь дело с Зецу. Да и в целом слишком неопределенно все начинает выглядеть. Я не слишком великий комбинатор и стратег, чтобы быть уверенным, что в тех условиях получится добиться своих целей.

Может, я и излишне осторожен, но от осторожности люди погибают реже, чем от опрометчивости. А с Рококу как-нибудь уж договорюсь.

3 января 46 года от начала Эпохи Какурезато

— Конфликт в Стране Камня может быть выгоден многим сторонам, — устало откинувшись на спинку кресла и позволив своему секретарю, старику Самиру, унести канцелярские принадлежности со стола, сказала Сальма. — У Страны Ветра давний интерес к водяным запасам Страны Дождя — план ирригационного канала через пограничные горы имеется давно, территория севернее Деревни Керамики могла бы быть озеленена и пригодна для сельского хозяйства. Вопрос только в цене. Когда-то ради нескольких гектаров плодородных земель Суна отказалась от биджу, Ханзо надеется на сопоставимую сделку, но нынешние власти Страны Ветра не готовы к такому. Сама вероятность появления возможной зависимости от воды Страны Дождя — уже большая цена. Небольшая встряска режима Саламандры со стороны Анбу деревни Песка выглядит логичным шагом для увеличения договороспособности Ханзо.

— Вряд ли такой мелкий укол сподвиг бы Ханзо снизить цену за водяные ресурсы своей страны, — заметил я, разглядывая панораму Роурана за окном королевского кабинета. — Из разговора с ним я понял, что его гражданская администрация планирует построить у себя объекты водородной генерации. Так что на водные ресурсы у них свои виды.

— Сомневаюсь, что об этих планах знала Сунагакуре, — отмахнулась Сальма. — Тем более конфликт мог быть только подготовкой к другим операциям. Нынешний Казекаге готов на решительные шаги. У него часто расходятся интересы с дайме Страны Ветра, появление отдаленного от побережья источника продовольствия усилило бы позицию Сунагакуре в переговорах с гражданскими властями.

— Может быть, — не стал отрицать я.

Королева Роурана всяко лучше меня разбирается в тонкостях внутренней политики Страны Ветра. Здесь есть свои особенности, основанные на климате и географии. Большая часть населения обитает в прибрежной плодородной зоне, в то время как большую часть территории государства занимает Великая Пустыня, где издревле обитали роды и кланы шиноби. По сути, это две разные цивилизации, объединившиеся под одним знаменем из-за внешнего давления.

Побережью с их немногочисленными самурайскими родами нужна была защита и покровительство шиноби пустыни, которым, в свою очередь, нужны были золото и товары, производимые гражданским населением. В начале эпохи, когда шиноби массово объединялись в какурезато, союз пустыни и побережья был взаимовыгодным: Сунагакуре защищала Страну Ветра от угрозы других государств и получала всевозможную поддержку с плодородного запада. Первый Казекаге, Рета, имел авторитет в своей деревне и мог продвигать ее интересы при дворе дайме, но с его смертью система утратила баланс. Кланы пустыни утратили хрупкое единство, на чем мог играть правитель Страны Ветра. Используя интересы разных родов, новый дайме фактически держал Сунагакуре на коротком поводке. При этом ему было во многом безразлично, что там творится в пустыне и за ее пределами, чем в свое время сама Сальма и воспользовалась, добившись суверенитета своего королевства.

К счастью ли, к сожалению ли, но это не особо образумило нынешнего дайме. Он продолжил политику поддержания определенного уровня разрозненности кланов Сунагакуре, благодаря чему мог снизить нагрузку на свой бюджет, уменьшить финансирование скрытой деревни. Естественно, Казекаге с таким положением дел был не согласен и пытался положение своей деревни улучшить. Еще Рета сделал первые шаги, выбив себе плодородные земли у Страны Огня. По странному стечению обстоятельств, после этого поступка он прожил очень недолго. И когда Второй Казекаге, Шамон, добился значительного увеличения боевой мощи и успехов на фронтах Второй мировой за счет марионеток, что укрепило его власть и значительно уменьшило зависимость от поставок продовольствия, то и он внезапно скончался.

Теперь вот уже Третий Казекаге, Тенрай, наступает на те же грабли, пытается укрепить единство кланов и расширить сельскохозяйственные угодья под своим непосредственным контролем, чтобы приобрести больше независимости от столицы. И, о чудо, жить ему осталось не так уж и долго.

Может, это просто мое видение, и я ударяюсь в конспирологию. А, может, дайме Страны Ветра реально умный и хитрый мужик, что нужно учесть в будущем уже мне лично.

— Говоришь, Страна Дождя мечтает о водородной энергетике? — вмешалась в ход моих мыслей Сальма. — И Ханзо тебе об этом проговорился. Не находишь это странным? На мой взгляд, он не из тех, кто, не имея уже готовых мощностей по генерации водорода, признался бы конкуренту о своих планах.

— Он мне в них и не признавался. Выводы я сделал сам, основываясь на оговорках и косвенных данных. На Рококу Амегакуре напала, как мне кажется, еще и чтобы захватить технологию производства аобико, точнее, один из элементов его производства, который не удалось ранее выкупить, — пояснил я. — Специальный абсорбент, с помощью которого предполагается хранить и водород. Ты сама понимаешь, что хранение горючего газа — та еще проблема, которую я сам решаю с помощью печатей Узумаки и твоего Рюмьяку. У Амегакуре ничего из этого нет, так что они ищут свои способы.

— Гм… И ты спокойно к этому отнесся? — с любопытством посмотрела на меня Сальма. — Может, не стоило тогда помогать своим конкурентам?

— Узнал я об этом позже — когда уже успел помочь. Да и если бы узнал, то помог бы, наверное, даже с большей охотой. У Ханзо прекрасно выстроена система безопасности, так что технологии Страны Дождя вряд ли распространятся вне ее. А промышленное развитие Амегакуре мне выгодно в будущем.

— Проект трансконтинентальной магистрали? — догадалась Сальма.

— Он самый.

Планы на развитие инфраструктуры логично вписываются в мои мечты об империи, но конкретно дорога от восточного побережья к западному необходима, пожалуй, даже без наличия империи. Гипотетическая железная дорога здорово упростила бы логистику и товарооборот. Морские пути все-таки не вполне удобны, навигация в местных морях сложная: на севере льды, на юге шторма. Да еще всякие аномалии