МИД. Министры иностранных дел. Внешняя политика России: от Ленина и Троцкого – до Путина и Медведева - Леонид Млечин

Брежнев был любителем домино и застолий с обильной выпивкой, свой в компании коллег-партсекретарей. Профессор Шепилов, экономист по профессии, прекрасно разбирался в музыке, театре, литературе. При любом удобном случае Шепилов все бросал и бежал в Большой театр на премьеру. Бывший глава Союза композиторов Тихон Хренников, который дружил с Шепиловым, вспоминает о его высокой музыкальной культуре, о том, что он ценил и уважал людей искусства и сам прекрасно пел…

Шепилов был обаятельным и красивым человеком. Он располагал к себе с первого взгляда. Шепилов был и оратором — тоже большая редкость для советских лидеров послереволюционного периода. Однако Леонид Брежнев оказался более умелым политиком. В решающую минуту в борьбе за власть он безошибочно встал на сторону победителя. А Шепилов поступил так, как считал справедливым и честным, то есть остался, в сущности, наивным человеком, хотя уже не раз был бит жизнью.

В ОЖИДАНИИ АРЕСТА

Дмитрий Трофимович Шепилов родился в Ашхабаде, где его отец работал токарем в железнодорожном депо. С детства любил петь, потом у него сформировался красивый баритон. Его отец был верующим человеком, и Дмитрий пел в церковном хоре. Когда семья переехала в Ташкент, он играл в школьно-театральном коллективе при городском отделе народного образования.

Утром будущий секретарь ЦК подрабатывал в табачной мастерской, где делали гильзы для папирос, днем учился в школе, вечером бежал в театр, где ставились музыкальные пьесы. Страсть к театру была настолько велика, что он даже поступил на работу помощником гримера в оперный театр. Он поклонялся Чайковскому и Рахманинову. Шепилов мог пропеть десяток опер и помнил наизусть около сотни романсов, с удовольствием исполнял их до конца жизни.

В 1922 году Дмитрий Шепилов приехал в Москву учиться и через четыре года окончил факультет общественных наук Московского университета. Курс уголовного процесса читал Андрей Януарьевич Вышинский. Он же вел и семинар, в котором занимался Дмитрий Трофимович. Пока учился, Шепилов подрабатывал разгрузкой дров на железной дороге или сортировкой сырья на кожевенных заводах. Он получил назначение в Сибирь и работал прокурором суда Якутской АССР. Через два года переехал в Смоленск, где стал старшим помощником прокурора Западной области.

В 1929 году он вернулся в Москву, и его взяли старшим научным сотрудником в Институт техники управления при Наркомате рабоче-крестьянской инспекции. Он стал писать статьи о сельском хозяйстве и в 1931 году поступил в Аграрный институт красной профессуры. Одновременно стал работать научным редактором сельскохозяйственного отдела Большой советской энциклопедии, ответственным секретарем журнала «На аграрном фронте», а еще преподавал политическую экономию в Агрономическом институте Московской сельскохозяйственной академии имени Тимирязева. Он с удовольствием тащил на себе этот огромный воз, все успевал, а преподавал просто с удовольствием. Ему нравилось читать лекции, и слушали его со вниманием.

В 1933 году Шепилова направили начальником политотдела животноводческого совхоза в Чулымский район Западно-Сибирского края. Но такими кадрами не разбрасывались и надолго на периферию не отпускали. Уже через два года его вернули в столицу и сразу взяли в аппарат ЦК партии заместителем заведующего сектором науки сельскохозяйственного отдела ЦК. Вскоре сектор передали в состав отдела науки ЦК. Одновременно Шепилов стал преподавать в Аграрном институте красной профессуры, который сам недавно окончил.

Однако в ЦК он проработал не долго. Заведующего отделом науки Карла Яновича Баумана, бывшего кандидата в члены политбюро и секретаря ЦК, посадили (он умрет в тюрьме). Аппарат отдела разогнали. Шепилова назначили ученым секретарем и заведующим сектором в Институте экономики Академии наук, где уже работал другой будущий министр иностранных дел СССР — Андрей Андреевич Громыко, тоже специалист по политэкономии. Громыко вскоре взяли в Наркомат иностранных дел, а Шепилов остался заниматься наукой. Почти на два десятилетия их судьбы разошлись.

Шепилов женился на Марьяне Унксовой. Ее мать, Анна Николаевна Унксова, работала в женотделе ЦК. Отчим — Гаральд Иванович Крумин редактировал газету «Экономическая жизнь».

«Дмитрий Шепилов, — вспоминала Муза Васильевна Раскольникова, — был очень серьезный и трудолюбивый человек, настоящий рабочий парень. Высокого роста, с темными глазами на неулыбчивом лице, он сразу привлек Марьяну, когда я их познакомила… Марьяна сразу увлеклась им, и года через два они поженились…»

В годы репрессий у Шепилова взяли сестру жены с мужем (они оба работали в Госплане), потом родителей жены. Его тесть, Гаральд Крумин, перед арестом был главным редактором «Известий», теща, Анна Унксова, — секретарем Воскресенского райкома партии в Московской области. Самого Дмитрия Трофимовича тоже привезли на Лубянку, допросили, грозили посадить, но отпустили. Ему выпал счастливый билет.

Шепилов стал доктором экономических наук и профессором, секретарем журнала «Проблемы экономики» и еще научным редактором в Большой советской энциклопедии. Одновременно он преподавал в Высшей партийной школе при ЦК партии и в Московском институте советской кооперативной торговли.

Война изменила все в его жизни. В 1941 году он ушел рядовым в ополчение — в дивизию, сформированную Киевским райкомом столицы. В кровавых боях под Ельней наспех собранное ополчение было почти полностью уничтожено. Шепилов с трудом вышел из окружения. После этого его взяли в кадровую армию, дали офицерское звание, назначили инструктором в политотдел дивизии. Там, на фронте, Шепилов был на месте. Писатель Борис Горбатов сказал о Шепилове: «Это был солдат из профессоров и генерал из солдат».

Дмитрий Трофимович стал начальником политотдела дивизии после уникального для армии собрания работников политотдела, которые единодушно заявили, что их начальником должен стать Шепилов. И прежний начальник политотдела согласился с общим мнением, перешел к Шепилову заместителем, а ГлавПУР утвердил эту кадровую рокировку.

В боях под Сталинградом Шепилов был уже начальником политотдела 24-й армии, переименованной позже в 4-ю гвардейскую. После Сталинграда армию включили в состав Воронежского фронта. Там Шепилов познакомился с членом военного совета фронта Никитой Сергеевичем Хрущевым.

А в конце 1944 года Шепилов стал членом военного совета армии, с которой дошел до Вены. В марте сорок пятого ему присвоили звание генерал-майора. Тогда ему просто было приятно почувствовать на плечах вес генеральских погон, а в конце жизни это высокое воинское звание окажется для него спасительным. Впрочем, своей судьбы никому не дано предвидеть…