Бастард - Тимур Вычужанин

— На то есть множество разных причин, часть из которых довольно мелочны, но есть и такие, что имеют под собой основания, лежащие на процессах, затрагивающих саму суть мироздания и современной картины мира, к которой мы привыкли. В частности, тут хочется затронуть истощение потоков эфирной энергии, которая пропитывает всё вокруг нас и даёт жизнь всему тому, что имеет, хм, скажем так, не совсем обычную природу.

— А если говорить проще? — сморщил я забавную рожицу. — Видишь ли, тут не все обладают такой степенью эрудиции, какая досталась тебе путём долгого и упорного труда. Не все понимают, о чём ты тут сейчас разглагольствуешь, поэтому, прошу тебя, говори общедоступным языком с самым маленьким примешиванием к нему различных заумных словечек, которые ты так любишь.

— Хорошо, буду говорить проще, — ответил эльф с таким же каменным лицом, но при этом опасно прищурив свои зелёные зенки, — магия умирает. Она постепенно выветривается из нашего мира, магические существа становятся всё слабее, вскоре они и вовсе перестанут существовать.

— Что? — вскочил со своего места маг в красном. — Этого не может быть! Дедушкины сказки!

— Я бы не отзывался о словах господина эльфа так быстро и однозначно. Думаю, он знает, что говорит и предоставляет нам только проверенные факты, — мягко попытался отсудить разгорячённого учёного Син, но тот даже не дал ему закончить, а о желании слушать даргостца тут, как все правильно поняли, и вовсе речи не шло.

— Какие ещё факты? Об этих "фактах" вот уже третью сотню лет вопят различные полоумные, и что мы видим? Ни одного подтверждения этим непонятно откуда взявшимся гипотезам! Все те, кто раньше могли колдовать, до сих пор остаются волшебниками и ничуть не растеряли своих навыков или же природной силы! Даже наоборот, они приобретают всё большее могущество, а потому я вынужден вернуться к теме о разных мифических…

— Это не магическая сила, а обыкновенное политическое влияние, — сухо и холодно прервал уже слишком разошедшегося мага Адриан, и его слова и взгляд подействовали на волшебника в красном, как ведро холодной воды, в самый неподходящий момент вылитое ему на голову, от чего тот с какими-то странно ошалевшими глазами опустился на своё место и пока замолчал.

— Согласен с принцем, — решил снова вклиниться в разговор я, — действительно в последнее время маги заняли очень крепкие и высокие позиции при всех дворах, а в некоторых странах, как например в упомянутом уже здесь Хариоте, гильдии волшебников и вовсе заправляют всеми делами королевства из тени, а иногда пренебрегают даже ей и открыто заявляют о том, что то или иное решение принимается именно с их подачки и только по тому, что этого хотят они, великие колдуны. Однако вряд ли это как-то укладывается в одну целую картину с тем, что сказал нам Нартаниэль. С чего бы королям приближать к себе волшебников, если они становятся слабее, а, королевство, следовательно, всё более беззащитным? Зачем им наделять властью тех, кто, по сути, уже не может нормально выполнять даже свои обязанности, не говоря уж о том, что бы вмешиваться в высокую политику и мировые игры, что ведутся на шахматной доске наших карт. Что-то мне не верится в то, что абсолютно все маги являются гениями в таком нелёгком деле, как эти дипломатические дебаты и политические дрязги, а потому я отчасти согласен с нашим вспыльчивым другом, но выскажусь немного более корректно, что ли. Мне нужны доказательства. Думаю, именно это он и хотел сказать, только слишком уж резко он это сделал, надо признать. Без неопровержимых доказательств вашей правоты, господа, я не поверю больше ни единому вашему слову. Кто из вас двоих начнёт? Может вы, Адриан?

— С радостью, сэр, — без всякого сарказма, в отличие от меня, ответил принц-бастард, — постараюсь быть по возможности краток, надеюсь, что у меня это выйдет, потому что мне не хочется отбирать время у господина эльфа. Думаю, у него есть сказать гораздо больше, чем у меня. У меня был доступ к историческим записям, которые являются достоверным источником информации о том, что магия действительно медленно угасает, — кажется, никто не заметил, как я скривился при одном только упоминании этих "достоверных источников", однако Ланд считался довольно-таки молодым королевством (ну, по крайней мере, как единая самостоятельная страна, а до того там были лишь маленькие и очень плохо организованные государства), а потому его летописцы ещё не должны были успеть слишком сильно переврать его историю, и, исходя из таких соображений, я не стал прерывать Адриана, подвергая сомнению истинную достоверность тех самых источников, и просто продолжил слушать, — в этих текстах ясно указывается на то, что ранее короли Ланда были куда могущественнее именно в плане магии, и на троне наш род оказался именно по той причине, что в нём магический потенциал был наиболее высок. Однако постепенно мы начали терять его, при том, что для королей супруги всегда избирались очень тщательно. Круг этот ограничивался, однако, семьями аристократов, но на престоле всегда оказывались лишь те женщины, которые не разбавляли бы магию в крови. Чаще они даже наоборот обогащали её. Но это всё равно не спасло королевский род от того, что он постепенно растерял силу своей магии, а потому ему пришлось утверждаться на троне по-другому, в результате чего Ланд и пришёл в упадок, но сейчас это не относится к теме. Я сказал всё, что у меня было. Надеюсь, этот факт станет весомым камнем на чаше весов с той стороны, с которой стою я и господин эльф.

— Что же, "господин эльф", вам слово, — саркастично заметил я, но и на этот укол Нартаниэль не отреагировал совершенно никак.

— Я бы не стал разводить здесь эти, на мой взгляд, совершенно бессмысленные дебаты, но раз этого требует ситуация и мои товарищи, то я не могу просто отмалчиваться.

— Это очень хорошая новость, конечно, но, может, ты всё-таки уже начнёшь? Мне уже, лично, успели слегка поднадоесть эти долгие ненужные вступления, несмотря на то, что мы здесь не так уж долго и пока не узнали ничего дельного, либо если и узнали, то не услышали доказательств этому, а потому с нетерпением ждём их, — протараторил я, чтобы больше не задерживаться на этом месте дольше, чем было необходимо. Во мне всё ещё теплилась надежда на то, что я смогу проветрить голову, немного погуляв ночью по болотам, а для этого нужно было закончить до вечера обсуждать хоть какую-то часть вопросов, а у нас пока даже выкладывание новостей эльфом затянулось слишком надолго. Оставалось только уповать на то, что их, в общем, не так уж и много, но мне почему-то, даже при огромном желании, ну никак не верилось в это.