Канцлер Мальтийского ордена: Вежливые люди императора. Северный Сфинкс. К морю марш вперед! - Александр Петрович Харников

обсудить внешнюю политику. В ней многое изменилось после разгрома английской эскадры. Вроде не прошло и недели после знатной виктории, а уже в Европе началось шевеление.

Первыми отозвались соседи – шведы. От короля Швеции Густава IV Адольфа примчался гонец, который поздравил Павла с победой. Ведь в прошлом году в Петербурге была подписана русско-шведская конвенция. Секретная статья этого соглашения обязывала Швецию вместе с Россией препятствовать проникновению английского флота в Балтийское море. Но, как оказалось, шведы и пальцем не пошевелили, чтобы вместе с союзником сразиться с эскадрой Нельсона. Флот короля Густава, словно мышь под веник, забился в гавань Карлскруны и, укрывшись за мощными фортами, с интересом наблюдал, кто кого победит – русские англичан или англичане русских. А теперь, когда выявились победители, шведы поспешили с поздравлениями и безусловными подтверждениями секретных статей конвенции.

Впрочем, Павел благосклонно принял поздравления короля, наградил гонца табакеркой с бриллиантами и отпустил с ответным посланием, в котором вкратце рассказал о некоторых подробностях сражения при Ревеле. Теперь следовало ждать аналогичных гонцов с поздравлениями и уверениями в готовности участия в «Вооруженном нейтралитете» из Берлина и многострадального Копенгагена.

Ну и от господина Первого консула мы тоже ожидали гонца. Ведь Бонапарт пренепременно должен был его прислать, причем не только с поздравлениями, но и с весьма серьезными предложениями, реализовав которые Россия и Франция могли бы стать хозяевами на континенте. Вот когда только прибудет в Петербург этот самый гонец…

* * *

1 (13) мая 1801 года. Франция. Мальмезонский дворец.

Наполеон Бонапарт, Первый консул, пока еще не император

– Господин Первый консул, – в мой кабинет без доклада вошел Дюрок, занимавшийся тайными делами, связанными с тем, что происходит за пределами Франции, – срочные вести из России. Адмирал Нельсон все же решился напасть на Ревель…

– Ему удалось разбить русских? – с замиранием сердца спросил я.

От ответа Дюрока зависело многое. В случае победы Нельсона мои планы по походу в Индию могли быть отложены на неопределенное время. В случае же победы русских Англия будет серьезно ослаблена, и можно начать собирать войска, которые уже через несколько месяцев двинутся в путь, проложенный еще Александром Великим. Я всегда восхищался этим гением античности, который со своим сравнительно небольшим войском смог разгромить несметные полчища персов и завоевать половину мира.

Нам, собравшимся вырвать Индию из рук этих мерзавцев англичан, будет даже легче, чем Александру. Персия сейчас не представляет реальной военной силы, и она вряд ли сможет оказать объединенной франко-российской армии серьезное сопротивление. Что же касается Британии… В самой Индии английских войск практически нет. А сформированные из индусов полки не станут яростно сражаться за своих угнетателей.

К тому же в самой Индии у нас осталось множество друзей. Ведь всего сорок лет назад англичане взяли штурмом Пондишерри – столицу Французской Индии. Еще живы те, кто помнит флаги с золотой лилией, развевавшиеся над городами, в которых стояли наши гарнизоны.

– Дюрок, что вы молчите! – от нетерпения я даже топнул ногой. – Говорите быстрее – кто победил под Ревелем – русские или англичане?!

– Русские разгромили английскую эскадру, потопив или захватив большую часть ее кораблей, – с улыбкой произнес Дюрок. – Адмирал Нельсон был убит в самом начале сражения. Русские егеря взяли в плен несколько сотен британских морских пехотинцев, высадившихся на окраине Ревеля. Их под конвоем ведут в Санкт-Петербург. Потери русских незначительны.

Сообщение Дюрока ошеломило меня. Я рассчитывал на тяжелое для русских сражение, в котором они понесут немалые потери в людях и кораблях. Этот наглец Нельсон с позором бы вернулся в Англию, после чего на его карьере можно смело бы поставить крест. А тут вот такое…

– Скажите, Дюрок, ваши сведения точны? – осторожно спросил я. – Может быть, это просто слухи, которые распускают русские агенты?

– Нет, господин Первый консул, – Дюрок, похоже, даже немного обиделся. – Известия получены мною от верного человека, который находился в Ревеле и видел все собственными глазами, после чего спешно отбыл во Францию, чтобы сообщить мне эту весть. Сейчас он отдыхает после нескольких дней непрерывной скачки. Если у вас будет желание лично переговорить с ним, я сегодня вечером представлю его вам.

– Дюрок, не обижайтесь на меня. Мне нужно твердо знать все о случившемся. Помните, я уже говорил о том, что, возможно, именно вам придется отправиться на встречу с личным представителем императора Павла, чтобы заключить военный союз и договориться о совместном походе в Индию.

– Я помню, господин Первый консул, – кивнул Дюрок, – и я готов выполнить ваше поручение. Русские могут стать нашими надежными союзниками. Но, если я не ошибаюсь, в Париже уже находится представитель императора Павла – граф Георг Спренгтпортен.

– Ах бросьте, Дюрок, – я пренебрежительно махнул рукой. – Этот шведский граф был приговорен в Швеции к смертной казни за государственную измену. Он перебежал к русским, рассчитывая на то, что они, отвоевав у шведов Финляндию, дадут ей автономию, а самого графа сделают главой этой автономии. Русский император вряд ли поручит ему такое деликатное дело, как подписание тайной военной конвенции. Скорее всего, этот престарелый ловелас должен стать золоченой ширмой, за которой незаметные, но очень серьезные люди будут вести переговоры. Поэтому мне очень хотелось бы знать, кого именно император Павел пришлет для переговоров.

– Господин Первый консул, – Дюрок пристально посмотрел мне в глаза, – если вы помните, я уже говорил вам о том, что в окружении русского царя появились новые люди, о которых раньше никто ничего не слышал. Но за сравнительно короткое время эти люди стали приближенными императору Павлу. И сейчас он не принимает ни одно важное решение, не посоветовавшись с ними.

– Я помню это, Дюрок. Неужели вы до сих пор не смогли выяснить, кто они и откуда появились?

– Нет, не смогли, – Дюрок сокрушенно развел руками. – Точных сведений нет, только слухи. Если же верить им, то эти люди – пришельцы из некой страны, обитатели которой обладают тайными знаниями и умеют пользоваться неизвестными и удивительными устройствами и предметами. Мой человек, который привез известие о победе русских в Ревеле, помимо всего прочего, оказался неплохим художником. Он сделал несколько очень интересных рисунков. Вы не желали бы их посмотреть?

Дюрок достал из папки, которую он держал под мышкой, пачку листов. Я жадно схватил их. То, что было на них изображено, удивило меня. На одном из рисунков я увидел воина в невиданной мне ранее экипировке. На голове у него красовалась каска, похожая на каску кирасира, но без волосяного гребня. Одежда этого человека меньше всего напоминала военный мундир. Она