Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

— Причем обрати внимание на, так сказать, казус белли -

… повод к войне — тут же отреагировал внутренний переводчик…

два барана не разошлись на горной тропе, — но это ладно, у них хоть есть повод для ссоры, а остальные будут драться из-за того, что не поделили места на галерке! — им, блин, плохо видно! Идиоты, — повторил Шэф, — так что я тебя еще раз прошу, — будь поаккуратнее.

— Без вопросов, командор!

— Кстати, Дэн, небольшой тест на логическое мышление — у тебя есть все данные, чтобы сказать как называется этот тракт… сразу небольшая подсказка — это не «желтая дорога».

«Как называется тракт?.. как называется тракт?.. — а хрен его знает как он называется! У меня есть все данные… какие нахрен данные… нет у меня никаких данных… нафиг! — не буду всякой хренью мучиться!..»

«Может, — волшебный?» — высказал робкое предположение внутренний голос.

«Волшебный» — это хорошо, согласился немного подумав Денис и тут же озвучил эту гипотезу Шэфу. Ответ был короткий и лаконичный: — Нет.

«Фиг тебе, а не волшебный! — высказал Денис обоснованную претензию внутреннему голосу. — Не знаешь, так нефиг подсказывать!» — внутренний голос получив справедливую нахлобучку замолк, а раздраженный Денис твердо решил не заниматься ерундой и попытался бездумно рассматривать окружающий пейзаж, но… не тут-то было! — повторялась притча о белой обезьяне.

«Итак… что я знаю? Дорога старая… вернее не так: Старая Дорога! Но это вряд ли ее название… скорее всего она не одна такая и все они старые дороги… Хотя… почему бы нет?..»

— Старая Дорога?

— Нет.

И тут опять влез неугомонный внутренний голос:

«Откуда мы родом помнишь?»

«Из каких-то северных провинций… и чо?»

«Чо… чо — хвост через плечо! Мы северяне — это раз! А два то — что Шэф водил нас козьими тропами, как Моисей евреев, пока не вывел на этот тракт!»

«И что из этого!?» — разозлился Денис.

«Не догоняешь?» — ехидно поинтересовался внутренний мерзавец.

«Нет!!»

«Шэф замотивировал что мы идем с севера!»

«Точно! — мысленно хлопнул себя по лбу Денис. — Молодец! — Северный тракт!»

«Не совсем…»

«В смысле!?»

«Тут вроде говорят не «северный», а «полуночный»…»

«Похоже ты прав…»

— Полуночный тракт?

— Маладэц Прошка! Пилят нерусский! — похвалил его за сообразительность верховный главнокомандующий, но тут Денис осознал, что кое-что не стыкуется…

— Шэф… тогда скажи пожалуйста, почему тракт: «полуночный», а обитель: «Северная»? Ведь, по идее, они или оба полуночные, или оба северные. Так?

— Так… да не так!.. Для местных, и тракт, и обитель, — «полуночные». Я же, русский язык коверкать не привык! Я не говорю например… — главком ненадолго задумался: — «в Украину», — как придумали незалежные, а говорю, как правильно по — русски: — «на Украину». Поэтому и тракт и обитель, — «северные»!.. для меня.

— А почему ты засчитал «полуночный»?

— Потому что тоже правильно.

Тут сзади послышалось какое-то гудение… или жужжание… — короче говоря, по мощи звука, Денису показалось что сзади их догоняет гигантский шмель, размером так с Land Rover! Буквально через минуту его предположения получили блестящее подтверждение, — кавалькаду нагнал всадник в зеленом плаще с вытканной золотой Пчелой. К луке его седла была приделана какая-то хитрая дудка с трещоткой, которая и имитировала гигантскую пчелу: Ж — Ж-Ж — Ж-Ж — З-З — З-З — Ж-Ж — Ж! В руках Пчелы была плетка, которой он ничтоже сумняшеся охаживал простолюдинов, не успевших убраться с его дороги. На аристократов он только замахивался, но те и сами были рады освободить лыжню, — связываться с Пчелой никто не хотел! Теперь Денису стал понятен смысл перестроения их походного ордера, когда они с Шэфом переместились в арьергард, — мудрый руководитель спасал спины Иржа и Мартана! Вслед промчавшейся Пчеле еще долго неслись негодующие крики и разнообразные проклятья, ненадолго сплотившие разнородную толпу из аристократов, крестьян, торговцев и прочей публики в НАРОД! Единение это длилось недолго и вскоре НАРОД стал обратно толпой.

— Вот такие придурки создают проблемы, которые рано или поздно выйдут из-под контроля… — задумчиво произнес Шэф.

— И что будет?

— Черт его знает… тут дело в другом, — обычные люди одинаково ненавидят что нас… — Пчел в смысле, что аристократов, что колдунов… а все могло бы быть наоборот, но… — любимый руководитель только махнул рукой.

— Пчелы — друзья народа! — ухмыльнулся Денис. — Эт-то вряд ли…

— Да все понятно… в Ордене выживают только оторвы… но попробовать как-то воспитывать… что ли, чтобы простой народ не обижали… ведь сами оттуда же вылезли…

— Может именно поэтому?

— Может быть, может быть… тут вот какой расклад получается, в обществе четыре реальные силы: аристократы, маги, Пчелы и жрецы…

— Церковь?

— Нет… тут политеизм и они между собой конкурируют, но… у меня стойкое ощущение, что скоро все изменится и будет большая заваруха… и в этой большой заварухе выиграет тот за кем пойдет народ… и похоже, жрецы это поняли раньше всех.

«Больно хорошо Шэф в местных реалиях разбирается, — подумал Денис, — похоже часто здесь бывает. Зачем?.. — фиг знает… но что-то на Маргеланде его привлекает… Ностальгия?.. — может быть и так… но не уверен… не уверен… Ладно, пока просто примем, как факт — у Шэфа гипертрофированный интерес к Маргеланду… как мне кажется…»

За такими высокоинтеллектуальными разговорами время текло незаметно и сумерки подкрались совершенно неожиданно, как зима в России, — в связи с этим возникла необходимость устраиваться на ночлег. Окрестности «Желтой Дороги», как продолжил про себя называть «Полуночный Тракт» Денис, — так ему больше нравилось, были густо заселены, — примерно как ближайшие окрестности крупного мегаполиса: опрятные деревеньки, небольшие городки, хутора и многочисленные постоялые дворы. С наступлением темноты открылось еще одно свойство волшебной дороги — она хоть и не особо ярко, но… светилась! — поэтому зрелище перед компаньонами предстало восхитительное: светящееся таинственным желтым светом дорожное полотно, уходящее к горизонту; уютный свет, пробивающийся из многочисленных окон придорожных домов через разноцветные занавески; входные двери, и сами здания харчевен и постоялых дворов, освещенные многочисленными факелами и волшебными, — в прямом смысле этого слова, фонарями, — кромешной тьмы не было и в помине, и вообще присутствовала какая-то атмосфера праздника… — но это на взгляд Дениса… не исключено, что для Шэфа романтическая составляющая окружающего пейзажа отсутствовала как класс… причем в обоих смыслах — как он понимается в ООП, так и в терминах классовой теории Маркса — Энгельса — Ленина (чума на оба эти дома…)