Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

Место для дуэли представляло собой ровную площадку длиной сто шагов и шириной десять. Чтобы, в случае промаха, арбалетный болт не ранил случайного зеваку, за короткими сторонами площадки установили на попа несколько столов, вытащенных из таверны. По периметру были установлены факелы: по длинным сторонам прямоугольника не густо, а по коротким значительно более плотно. Это было сделано для того, чтобы как можно лучше подсветить живые мишени.

«Типа биатлон! — подумал Денис, выдвигаясь на позицию, — правда с одним маленьким отличием: не только ты, но и в тебя!»

Незаметно пролетали секунды, складывались в минуты и боевая ярость стала постепенно рассеиваться и наступило время более трезвой оценки ситуации.

«Ведь через минуту — другую мне в живот может попасть иззубренный кусок металла, который разорвет кишки, дерьмо разольется по брюшной полости, как Волга весной, и… кирдык — перитонит и аста ла виста!» — пришла в голову неприятная мысль.

«А если в грудь, — взял слово внутренний голос, — то если пробьет легкие, то тоже…»

«Да там ваще много чего есть, — еще больше погрустнел Денис, — печень, селезенка, желудок…»

«Ну — у… желудок — не очень страшно…» — попытался приободрить его внутренний голос.

«Ага! Не страшно… как же, как же — он сейчас полный — значит опять перитонит!»

Этот, почти профессиональный, с медицинской точки зрения, внутренний диалог прервал незаметно подобравшийся Шэф:

— Не убивай его.

— В смысле?

— В прямом — надо его только ранить, чтобы он не мог махать мечом, а убивать не надо.

— А в глаз не надо!? — разозлился Денис, — чтобы шкурку не попортить! Блин… будет чудо, если я просто не промахнусь! Да и вообще, с какой это радости!?

— Это приказ.

— Чей?

— Мой.

— Понятно… а если у меня не получится?

— Получится, получится… — С этими словами любимый руководитель растворился в темноте.

Денис зло сплюнул и направился к центру ристалища, куда его с а'Ртанзаком громким голосом вызвал распорядитель — тот мужик, который был знатоком «Дуэльного кодекса». Сначала он проверил длину мечей дуэлянтов, — ведь в случае промаха им предстоял обычный бой на мечах, и нашел, что различие в длине, а меч а'Ртанзака был на ладонь длиннее, все же позволяет проводить поединок без ущерба для чести последнего.

«Политика двойных стандартов, — зло подумал Денис, — куда же без нее, родимой… а что было бы, если бы мой меч был длиннее?..»

Затем распорядитель, или как его окрестил про себя Денис: «массовик — затейник», выдал им по одинаковому на вид арбалету и одному болту.

— Выходите на позиции, заряжаете, а потом по такому вот сигналу: он ударил в небольшой гонг, — стреляете. Ни до, ни после сигнала стрелять нельзя. Нарушитель предстанет перед судом губернатора! — Распорядитель пристально посмотрел в глаза Дениса, как бы говоря ему: «Я тебя предупредил!», а затем продолжил: — В случае, если после выстрела, вы сохраните возможность сражаться, дуэль будет продолжена не мечах. Все понятно? — Затейник дождался кивков от обоих и скомандовал: — На позицию!

«Бли — и-и — и-н… — думал Денис, неторопливо шагая к рубежу стрельбы, — факелы больше мешают, чем освещают… тут вообще бы попасть в этого перца, а еще чтобы не убить… куда, мать его!.. стрелять-то, а!? Шэф тоже — умник… приказ, бля! Да срать я хотел на такие приказы! Пусть выходит сам и стреляет, начальник хренов! Мать его!»

«Лучше в ногу» — подсказал внутренний голос.

«А почему не руку, блин!» — сварливо отозвался Денис.

«А вдруг он одинаково фехтует обеими руками?.. Аристократов учат боевым искусствам, как только они учатся ходить…»

«Точно знаешь!?»

«Предполагаю…»

«Самое худшее!»

«Надейся на лучшее, но готовься к худшему!» — твердо парировал внутренний голос, и возразить ему было нечего.

— В ногу, так в ногу, — пробормотал себе под нос Денис, добравшись наконец до поставленных на попа столов, служивших болтоулавливателями. Он развернулся лицом к сопернику, на удивление хорошо подсвеченному мерцающим светом факелов, и принялся ждать.

«А ведь и я так же хорошо виден…» — промелькнула тревожная мысль, в животе стало немножко подмораживать, но тут раздалась зычная команда распорядителя:

— За — а-а — а-ряжай! — тут же все мысли из головы исчезли, сознание привычно скользнуло в кадат, эмоции исчезли, Денис стал спокоен, как гипсовая статуя, а тело все сделало автоматически — не даром ш'Тартак столько его (тело) дрессировал: левая нога уперлась в стремя, правая рука захватила крюком тетиву, две руки, при участии спины, взвели тетиву, правая рука уложила болт в желоб — все.

— БАМ — М-М — М-М — М! — раздался звук гонга, и Денис все так же автоматически, без всякого участия сознания, не целясь, вскинул арбалет и нажал на спусковой крючок, одновременно резко сдвигаясь влево.

Тут же, за его спиной прозвучал, какой-то непонятный, вибрирующий звук. Оглянувшись, Денис увидел арбалетный болт, торчащий из столешницы. По всему выходило, что если бы он после выстрела остался на месте, то болт торчал бы не в древесине, а в его груди… однако для рефлексии время и место были не самыми подходящими, и Денис, опустив сознание, чтобы не тратить драгоценное время кадата, быстрым шагом двинулся в направлении младшего а'Ртанзака, одновременно вытаскивая меч из ножен.

К счастью, меч не понадобился. Когда Денис добрался до своего соперника, тот валялся на земле, истекая кровью — арбалетный болт навылет пробил бедро его правой ноги. Вокруг раненного хлопотали многочисленные добровольные помощники, среди которых, стоило надеяться, были и местные медики.

— Согласно «Дуэльного кодекса», вы можете требовать продолжения поединка, после того, как вашего противника перевяжут! — громким, разносящимся далеко вокруг голосом объявил распорядитель. — Каково будет ваше решение?

Денис посмотрел на бледное, искаженное болью, покрытое мутными каплями холодного пота лицо своего врага… хотя какого там врага… — так, соперника по спаррингу, в условиях приближенных к боевым. Никакой ненависти к лежащему на земле а'Ртанзаку он не испытывал.

— Только, если господин барон будет настаивать на продолжении…

— Я — не буду, — тихо проговорил барон и потерял сознание.

Хэлли оказалась у ристалища одной из первых, — да и как она могла там не оказаться, ведь из-за нее, представьте себе, — из-за нее! — хотя и дочки владельца постоялого двора, но простолюдинки! — чего уж тут скрывать, — простолюдинки… один благородный вызвал на дуэль другого благородного! Из-за нее аристократы устроили дуэль! И что особенно приятно, это видели все: и эта толстая корова Элга; и вечно задирающая нос, Лариса, ха! — было бы из-за чего задирать, видите ли ее папаша купил себе титул, тоже мне аристократка, а от самой вечно капустой воняет; и «красавица» Марта… хотя Марта действительно смазливенькая, но! — дуэль-то устроили из-за нее, из-за Хэлли, а не из-за кого-то из этих завистливых дур!