Опасные игры - Сьюзен Кросленд

Рыбаки, которые зарабатывали на жизнь ловлей моллюсков, закидывали свои сети на дно впадин, и на поверхности плавали поплавки из цветных стеклянных шаров. Хьюго любил блеск этих поплавков, когда они покачивались над попавшими в сеть моллюсками. Домик дяди Хьюго был на другой стороне от Райкрофт Лодж, чуть выше по течению извилистой протоки. Чтобы добраться туда по воде, требовались считанные минуты, на машине же это занимало целый час. Чтобы проделать тот же путь в экипаже в колониальные времена, потребовалось бы не меньше суток. Не случайно в те времена аристократы пользовались лодками ничуть не реже, чем местные рыбаки.

Когда «вольво» подъехал к платному въезду на мост, Сара открыла свое окошко, чтобы заплатить.

— А ты заплатишь в следующий раз, Джеми, — сказала она.

Через пять минут фургон доехал до низкой арки моста, и перед глазами пассажиров открылась панорама побережья.

— Ну что ж, въезжаем на землю обетованную, — пошутил Хьюго.

Глядя на равнинный пейзаж, Джорджи подумала, что отдых на Восточном побережье явно стоит рекомендовать людям с неустойчивой нервной системой: пейзаж был настолько монотонным, что просто нечему было вызывать раздражение, возбудить эмоции. На горизонтальной поверхности глаз всегда отдыхает. Хотя полоса прилива при полном штиле выглядела скучновато. Джорджи поделилась своими мыслями с мужем.

— Местным жителям прилив не кажется скучным, — ворчливо ответил Хьюго.

Джорджи опустила окно со своей стороны, чтобы вдохнуть соленого морского воздуха. Было жарко, одежда Джорджи тут же прилипла к телу.

— Смешное место, — ворчала она себе под нос. — Стоит на секунду приоткрыть эту чертову форточку, и считай, что тебя уже сварили заживо.

Когда плавный спуск с моста кончился, Джорджи закрыла окно, чтобы мог нормально работать кондиционер. Через пыльные стекла Джорджи глядела на обшарпанные, обшитые досками домишки, на негров, сидящих на крылечках в креслах-качалках или просто на ступеньках. Джорджи подумала, что палящее солнце делало здешних негров еще темнее.

— Мистер Пирс приведет собачек? — спросила Сара.

— Он обещал, — ответил Хьюго.

Мартин Пирс был их соседом по Райкрофт Лодж. Его дом стоял за поворотом реки вплотную к Райкрофт Лодж. Пирс присматривал за участком Хьюго. Когда Джорджи и Хьюго пришла в голову мысль завести собак, они договорились с Пирсом, что он будет дрессировать псов и присматривать за ними. Джорджи и Хьюго купили в местном собачьем питомнике двух щенков доберманов. Джорджи очень удивила содержателя питомника, потребовав абсолютно черных псов, без характерных для этой породы коричневых подпалин. Однако в очередном помете как раз оказалось два подходящих пса, и хозяин порадовался про себя причуде новых покупателей: если бы не они, ему бы вряд ли удалось сбыть щенят. Для собак построили два больших проволочных вольера — один у дома Пирса, другой — в Райкрофт Лодж.

Было около одиннадцати часов, когда Хьюго проехал между двумя выкрашенными белой краской столбами, за которыми начиналась узкая грязная дорожка, которая шла мимо кукурузного поля, пары сараев и, миновав большой проволочный вольер, заканчивалась на посыпанном галькой дворе дома. Фанерные стены сияли белизной в лучах предполуденного солнца.

— Где же собачки? — спросила Сара. — В клетке их нет.

— В вольере, — поправила Джорджи. — Так звучит веселее. У этих собачек не такая плохая жизнь. Многие люди позавидовали бы им. Наверное, Пирс их дрессирует.

Войдя в дом, Сара и Джеми кинулись прямо в большой зал, который использовали как огромную гостиную. Стеклянные двери зала выходили на сложенную из кварца террасу. Газон, который еще не успело спалить июньское солнце, спускался к деревянном пирсу, выдававшемуся над водой. Узенькая речка текла почти на уровне газона. Течение было слабым, и поверхность казалась абсолютно гладкой. Справа неровной линией росли величавые тополя. Прибрежная полоса была усыпана осколками раковин. Тополя служили естественной границей, отделявшей Райкрофт Лодж от владений Пирса.

— Вот они, — закричала Сара и бросилась вперед, туда, где показался Пирс с двумя собаками на поводках.

— Немедленно остановись, Сара, — закричала Джорджи. — Стой на месте.

Джорджи бросилась к дочери, неподвижно застывшей посреди дороги.

— Я же говорила тебе, — успокоившись, Джорджи взяла дочку за руку. — Никогда не бегай перед собаками, никогда не убегай от них. Это может их перевозбудить. Так случаются несчастья.

Млея от жары, они направились навстречу Пирсу. Эбеново-черные шкуры собак лоснились от пота. Собаки лаяли от удовольствия, натягивали поводки. Пирс остановился в нескольких футах от Джорджа и Сары.

— Рад вас видеть, мэм. Как дела, Сара?

Сара протянула ручку к одной из черных морд.

— Доброе утро, Ганнибал. Какие у тебя большие белые зубы. — Другой пес тоже протянул морду к руке девочки. — Доброе утро, Отелло. Какой у тебя длинный розовый язык.

Джорджи рассмеялась.

— Я возьму собак, Пирс, — сказала она. — Хьюго наверху, в доме. Потом он, возможно, захочет поговорить с вами.

Джорджи взяла поводки, и они направились в сторону пирса. Синий сарафанчик Сары был мокрым от пота. Джорджи тоже вся взмокла.

— Черт возьми, — бормотала Джорджи. — Здесь никак не меньше девяноста градусов. А ведь лето еще только начинается.

Они скинули сандалии и спустились к узенькой полоске песка между газоном и водой. Вода напоминала теплый суп. Они взобрались на пирс, который заканчивался сараем для лодок. Собаки стряхивали воду с черных лап с огромными когтями, напоминавшими птичьи.

— Я люблю смотреть через щели в досках на воду внизу, — сказала Сара.

Джорджи отстегнула поводки. Она взяла две раковины, отшлифованные до белизны, и вернулась к краю пирса. Размахнувшись, Джорджи закинула раковины так далеко, как только могла, на газон.

Собаки заскулили, помахивая обрубками хвостов.

— Взять, — резко скомандовала Джорджи.

Доберманы перепрыгнули через полоску песка и кинулись к раковинам. Сцепившись, они два или три раза подкинули раковины в воздух, пока наконец каждая собака не схватила по одной. Доберманы вернулись с добычей обратно на пирс. Сара захлопала в ладошки. Джорджи похлопала две неровно дышащие морды.

— Почему Джеми не любит их, мама? — спросила девочка.

— Они очень большие.

— Но ведь они никогда никого не обидят, если их не дразнить, правда, мама?

— Правда. Но мистер Пирс говорит, что ты никогда-никогда не должна выводить их на прогулку одна. Надеюсь, ты понимаешь это.