Абсолютная Энциклопедия. Том 2 - Гордон Диксон

— И?.. — это прозвучало почти как вызов.

— И для того чтобы выжить, надо прежде всего ясно представлять, чем, вероятно, придется пожертвовать, — сказал Хэл. — Что, по твоему мнению и мнению твоих соотечественников, должно быть сохранено любой ценой?

Амид смотрел на него невидящим взглядом.

— Идея эволюции человечества, — произнес он. — Это ни в коем случае не должно умереть. Даже если будет суждено исчезнуть нам и всей нашей работе, проделанной за прошедшие четыре столетия.

— Так, понятно. Но, я думаю, идеи можно спасти, — сказал Хэл, — только если будет спасена раса, как таковая. Хорошо. Ты бы хотел, чтобы я встретился кое с кем из твоих соотечественников?

Он встал. Амид тоже поднялся со скамьи.

— Я считаю, — проговорил он, — мы недооценили тебя.

— Может, и нет, — улыбнулся Хэл. — Я думаю, прежде всего мне надо переодеться. Вы не подождете меня пару минут?

— Конечно.

Хэл отправился в свою спальню. Он сменил зеленый хитон на одежду, которая была на нем, когда он постучался в дверь консульства экзотов на Гармонии, и вернулся к Амиду.

— Да, мы действительно недооценивали тебя. — Старик окинул взглядом Хэла. — Ты очень, очень повзрослел с тех пор, когда я встретил тебя на борту корабля, направляющегося к Гармонии.

Глава 39

— Так уж случилось, — говорил Амид, ведя Хэла занимательным лабиринтом комнат и перемежающихся открытых площадок, что, собственно, и составляло его дом, — те, кто бы хотел встретиться с тобой, уже здесь. Пока ты переодевался, мне удалось с ними связаться.

— Прекрасно, — отозвался Хэл.

Он шел, стараясь приноровиться к шагу идущего рядом старика, который к тому же был значительно ниже его ростом. Только сейчас Хэл осознал, насколько стар этот человек. Если учесть достижения экзотов в медицине, Амид, несомненно, был гораздо старше, чем выглядел; конечно, ему было далеко не столько лет, сколько Таму Олину, но по обычным человеческим меркам он являлся, бесспорно, глубоким старцем.

— Я абсолютно не представляю, каковы твои знания о нас, — продолжал Амид, — но, полагаю, тебе известно, что на Маре и Культисе, равно как и у дорсайцев, из соображений целесообразности отсутствуют какие-либо органы управления. Решения, касающиеся всех нас, принимаются теми, кто наиболее компетентен в данном вопросе, а остальные соглашаются с этими опытными экспертами, хотя, конечно, любой человек может их оспорить.

— Но, как правило, подобного не происходит? — уточнил Хэл.

— Нет, — улыбнулся ему Амид. — Однако ты должен знать, что эти четверо, с которыми ты будешь разговаривать, не являются политическими лидерами каких-либо групп или территорий. Это люди, специализирующиеся в таких областях знаний, которые дают им возможность лучше всего оценить твои возможности. Например, мой опыт изучения Квакерских миров позволит нам не только лучше понять твои поступки на Гармонии, но и спрогнозировать результаты этих поступков. Другие являются аналогичными экспертами.

— В прикладных областях онтогенетики?

— Онтогенетика стоит за всем, чем мы занимаемся — Амид прервал свои объяснения. Они подошли ко входу на балкон. Над изящными невысокими столбиками балюстрады виднелось лишь небо да в отдалении верхушки каких-то лиственных деревьев. Никакой мебели — кроме нескольких кресел — не было.

— Мы пришли слишком рано, — Амид обернулся к Хэлу, — так что у нас есть немного свободного времени. Пойдем-ка со мной.

Он повернулся и направился к комнате, расположенной прямо напротив балкона; Хэл, слегка озадаченный, последовал за ним. Все это сильно походило на специально подстроенную ситуацию с целью ознакомить его с чем-то важным. Конечно, это могло быть и простой случайностью, как это хотел ему представить Амид; но, вполне вероятно, Амид намеревался еще до начала разговора сообщить ему нечто, о чем хотели поставить его в известность экзоты, но так, чтобы у него потом не было слишком много времени на раздумывание.

— Я должен кое-что объяснить. Пусть тебя не удивляет, если ты вдруг заметишь, что кто-нибудь из пришедших на встречу с тобой почему-то не доверяет тебе. — Амид закрыл за ними дверь и стоял, глядя Хэлу в глаза. — Насколько я помню, ты говорил, что Уолтер обучил тебя по крайней мере азам онтогенетики?

Хэл ответил не сразу. Если бы его спросили об этом, когда ему было пятнадцать лет, он бы без промедления заявил, что имеет гораздо более глубокое представление об онтогенетике, нежели просто азы. Но сейчас... Прежде всего он уже давно вышел из этого возраста, к тому же, оказавшись здесь, на Маре, лицом к лицу с экзотом, он ощутил в себе какую-то сдержанность.

— Так, кое-какие сведения, но не более, — подтвердил он.

— Тогда ты, наверное, знаешь, что онтогенетика в основном изучает личности с точки зрения их влияния на исторический процесс в прошлом и настоящем, ставя перед собой задачу выявить модели воздействия, способные, в свою очередь, развить и усовершенствовать человеческий вид, как таковой.

Хэл утвердительно кивнул.

— И тебе известно также, — продолжал Амид, подходя к небольшому, совершенно пустому квадратному столику со столешницей, вырезанной, очевидно, из какого-то светлого камня, — что, не считая предоставления статистических данных и биологических выкладок, она носит чисто теоретический характер. Мы ведем наблюдения и пытаемся применять их результаты. Чем больше у нас будет накоплено практических знаний, тем скорее мы приблизимся к разгадке, пока в конце концов перед нами не предстанет четкая модель воздействия, ведущая к эволюции человечества.

Он помолчал, остановившись рядом со столиком, и снова посмотрел на Хэла.

— Надеюсь, ты понимаешь, насколько мы были заинтересованы в концентрации такого рода знаний и поэтому приняли решение внести большую часть средств, необходимых для создания Абсолютной Энциклопедии; сначала это был институт в городе Сент-Луис на Земле, а затем она приобрела тот вид, в котором существует сейчас, вращаясь на орбите вокруг этой планеты. Хотя, как ты опять же должен знать, в настоящее время Абсолютная Энциклопедия не принадлежит ни экзотам, ни кому-либо еще.

— Да, — отозвался Хэл.

— Хорошо. Итак, существует бесчисленное количество методов, с помощью которых можно построить графики потенциальных возможностей личности.

Амид провел кончиком пальца справа налево по каменной столешнице, и на ее светлой поверхности появилась черная полоса. Затем пересек начерченную им линию другой, под прямым углом к первой.

— Один из наиболее простых методов построения графика неизмеримых потенциальных возможностей расы в любой заданный момент, — Амид изобразил еще одну горизонтальную линию, слегка загибающуюся вверх, — дает нам нечто вроде медленно восходящей кривой. Однако в действительности эта линия представляет собой некое среднее значение ряда точек, разбросанных как ниже, так и выше основной линии, где положение точек выше этой линии относится к историческим преобразованиям, указывающим на действие или действия каких-либо личностей...