Серебряный путь (СИ) - Эл Лари

Но Мак был даже рад, что всё рассказал своему другу — теперь сегодняшнее изменение внешности его вряд ли удивит.

Так и произошло. Перед приёмом Джас только пару раз ухмыльнулся, глядя на ныне зеленоглазого с идеально прямым носом Мака, затем понимающе покосился на тёмно-синий медальон у того на шее, и так ничего и не сказал.

На приёме было многолюдно. Им пришлось минут двадцать пробираться сквозь толпы придворных к возвышению, где стоял трон Абамвера и небольшое подобие трона для его дочери. Трона королевы не было — мать Арианы королева Риена покинула этот мир четыре года назад. Для императора Айсиро и принца Даеннира была оборудована специальная золотая ложа на том же возвышении, но пока в ней было пусто.

Наконец они дошли до подножия трона и склонились в приветствии. Король Абамвер расплылся в радостной улыбке в сторону внушительной фигуры Джаса. Затем слегка удивлённо, но всё же одобрительно покосился на целителя, вылечившего его дочь, видимо, восприняв изменения в его внешности как желание выглядеть идеально на королевском приёме. Зато Ариана смотрела излишне внимательно — похоже, её посетили некоторые догадки относительно того, что за облеченные властью люди охотятся за бесконечным резервом светлой магии Мака…

Выглядела принцесса в тронном зале совершенно иначе… Так, как подобает принцессе. На ней было длинное с лёгким зелёным оттенком белое платье, вышитое речным жемчугом по рукавам и подолу. Гладко расчёсанные белые волосы с лунным отливом, были разделёны посередине пробором с нитью жемчуга в нём. Мак уже видел девушку такой в её же воспоминаниях, когда лечил… Но сейчас в Ариане что-то неуловимо изменилось.

Лицо принцессы больше не было идеальным овалом — щеки осунулись и чётко обозначились скулы. Зелёные глаза, казалось, теперь были больше и сидели глубже. Брови приобрели волнующий изгиб… Черты лица стали изящнее, а фигура тоньше. Мак понимал, что всё это последствия недавних событий… Возможно даже, под глазами Арианы сейчас есть едва заметные темные круги, которые замаскированы слоем белил или чем-то другим…

Однако, Ариана не выглядела подавленной или несчастной. Напротив, она была спокойной и уверенной… Нет, не как раньше. Сейчас девушка казалась гораздо более уверенной, чем в своих воспоминаниях. Мак даже подумал, что она выглядит настолько уверенной в чём-то, что известно только ей одной… как будто ничто в мире просто не способно сломить эту уверенность. Как будто изнутри её освещает какой-то свет….

Он с трудом сдержал желание пялиться на Ариану беспрерывно, любуясь этим светом и не отрывая от девушки глаз… Усилием воли перевёл глаза на роскошную позолоченную ложу для императора и его сына, похоже, ещё и инкрустированную по периметру алмазами, которые сейчас неясно мерцали при свете миллионов свечей в огромных люстрах.

Зато прибывший под восхищенные всхлипывания толпы принц Даеннир, сдерживаться не стал. Едва появившись у входа в тронный зал, двигаясь медленно по коридору, созданному стражниками, теснившими толпу, он, казалось, смотрел только на принцессу в жемчужном одеянии. А теперь, когда принц с отцом сидели в императорской ложе на золочёных тронах, приподнятых даже на ступеньку выше, чем трон Абамвера — чёртов придворный этикет и традиции! — у Даеннира был какой-то потерянный вид… такой, словно он только что сделал важное открытие.

Лицо его как-то вытянулось и расслабилось, утратив выражение решительности и непоколебимости, свойственное принцу, широкие брови уползли куда-то вверх, а чёрные глаза смотрели на Ариану так, словно не было сейчас ничего важней для Империи, чем пялиться на эту девушку, переводя взгляд с чуть волнистых волос на зелёные глаза и бледную кожу, а потом на губы и скромный вырез платья…

И этот блуждающий взгляд совсем не понравился Маку!

Совершенно отстраненно и будто утратив всякие чувства, он зафиксировал, как черная буря внутри готовится разнести в щепки его дружеское расположение к Даенниру, хранившееся в ячейке воспоминаний об Ивлегане.

Джас, видимо, что-то почувствовал, потому что, повернувшись к побледневшему Маку, сделал какой-то знак глазами…

Видимо, это был посыл держать себя в руках.

Очень вовремя! Потому что как только Мак предпринял несколько попыток успокоиться и более-менее совладал с бушевавшими бурями, убедив себя, что это всего лишь взгляд, а наследный принц имеет право смотреть куда хочет… тут и началась официальная церемония.

Сначала король Абамвер рассказал о том, как был ликвидирован государственный переворот. Ему уже давно сообщали о том, что герцог Тулианский ведёт двойную игру… Герцог имел отдалённое родство с королевской семьёй и считал, что это даёт ему права на престол. Постепенно Алистер Тулианский и его сын Ениан собрали вокруг себя тех, кто затаил на нынешнего короля давние обиды… Таких оказалось немного, но достаточно для того, чтобы сформировать собственную небольшую армию. И вот, пять дней назад заговорщики нанесли королю удар, который, как они думали, станет решающим.

Они знали, что подошло время выплаты долга Северного Предела перед Империей. Согласно магического договора, после выплаты долга — после того, как принцесса Ариана вышла бы замуж за принца Даеннира, Империя, благодаря этой родственной связи, стала бы союзником Северного Предела. И тогда государственный переворот потерял бы смысл — ведь мятежники просто не смогли бы справиться с императорской армией. Поэтому они предприняли попытку помешать выплате долга, а именно… тут король запнулся и посмотрел на свою дочь, а на лице его отразилось страдание. Так вот, мятежники попытались вывести из игры принцессу Ариану — сделать так, чтобы выплата долга в этом году была бы невозможна.

Но они просчитались. Король, обнаружив пропажу Арианы, послал ворона Джазегамару, командиру отряда чёрных магов, которые ещё не успели далеко уехать от Северного Предела, где выполняли поручение короля… Доблестные чёрные маги отбили принцессу из рук разбойников, которым сдал её Ениан, сын мятежного герцога… А благодаря целителю из отряда чёрных магов принцесса сейчас жива и здорова. Король с благодарностью посмотрел на Джаса и Мака, стоявших у подножия трона. И он, король Северного Предела Абамвер, умеет быть благодарным, поэтому сегодня все, кто встал на сторону короны и помог ему, получат то, что им полагается.

Далее король перечислил имена лордов и герцогов, которые помогли схватить главных заговорщиков. А передал короне информацию о месте нахождения мятежников и полный список их имён — Ениан Тулианский, сын главного заговорщика, герцога Тулианского. Хоть этот юноша и приложил руку к участию в заговоре, но сейчас король рад объявить, что доброе имя Ениана восстановлено, хоть и посмертно, потому что тот погиб, сражаясь за короля…

Услышанное повергло Мака в шок. Выходит, заговор был ликвидирован благодаря тому, что у бывшего возлюбленного принцессы, красавчика Ениана, который сам же сдал принцессу в лапы разбойников, в конце концов, проснулись остатки совести…

Значит, Ениан не сбежал ни в какие скалы после нападения чёрных магов на шайку Щегла… А он отправился тогда к королю Абамверу, чтобы передать тому имена заговорщиков и раскрыть тому все их планы. Сам, по собственной доброй воле, зная, что по головке его после содеянного никто не погладит… И что помощь королю вряд ли вернёт ему его расположение и расположение Арианы… И всё-таки, несмотря ни на что, у Ениана хватило душевных сил сделать правильный выбор. А ведь это одновременно был выбор пойти против собственного отца…

Мак посмотрел на Ариану. Принцесса оставалась спокойной и безмятежной на протяжении всей речи короля. И даже на слова Абамвера о Ениане никак не отреагировала. Возможно, этого требует придворный этикет — члены королевской семьи обязаны держать лицо в любой обстановке, и не важно, что происходит вокруг. Или Ариана сейчас видит видения?.. Вполне возможно, что всё о чём говорил король, она могла просто увидеть — посмотреть в деталях, как именно это происходило. И, может, вот прямо сейчас она видит в своей голове, как Ениан делает выбор во имя собственной совести и любви к ней… Потому что не любить её невозможно…