Девять женщин моего мужа (СИ) - Кубышкина Светлана

Он встал и вывел Эмму из комнаты.

– Мы просто работаем, в командировках. Как ты собиралась объяснять ей: почему мама с папой вместе не живут?

– Сказать правду, – язвительно ответила Эмма, – что у папы завелась новая мама.

– У меня никого нет.

– А где же ты ночевал сегодня?

– В гостинице. Я снял гостиницу. Поживу там, пока не решится вопрос с разводом и квартирой.

– Ты должен оставить её нам. Нас двое, – прошипела Эмма.

Тут из комнаты показалась Лиля.

– Я готова! – продемонстрировала она надетый на плечи рыжий детский рюкзачок.

– Хорошо, тогда скажи маме: «Пока», и поехали.

Эмма крепко обняла дочку.

– В субботу я к тебе обязательно приеду! А может и раньше, если выходной дадут.

Лиля крепко обняла маму и начала хлюпать носом. Потом переползла на руки к папе, и они вышли из квартиры.

Эмма расположилась на кухне. «Ну вот я и осталась совсем одна. Жутко», – очень хотелось плакать, нет, рыдать, так, чтобы сердце разорвало к чертям собачим, и оно больше не болело! Но, подумав об этом, она решительно взяла себя в руки. Новая жизнь – с чистой квартиры. Эмма встала, нашла тряпку и таз с водой и начала летать по квартире, сосредотачиваясь на каждой черной точке, лишь бы не думать, не думать.

К вечеру квартира блестела, как новенькая. Эмма вполне успокоившись, позвонила Борису:

– Как Лиля, всё нормально?

– Да, отвез. Всё хорошо. Я уже в Москве. Может, встретимся, поговорим?

Эмма задумалась. Всё-таки стоит выслушать его версию. До сих пор он молчал, даже не пытаясь что-то объяснить.

– Давай. Где встречаемся?

– Выходи, я у подъезда.

– Через пятнадцать минут.

Эмма быстро привела себя в порядок, обновила макияж и, надев короткое облегающее платье – пусть видит, что потерял – спустилась вниз. Борис сидел у подъезда.

– Куда пойдем? – спросила Эмма.

– Хочешь, покатаемся по вечерней Москве?

– Опасно! Ругаться за рулем?!

– А ты попробуй не ругаться, а спокойно поговорить.

– Ты ведь знаешь, что я так не умею.

– Надо учиться.

Кивнув, Эмма согласилась и забралась в «Мерседес». Теперь её ждет только метро, так как водить она категорически не умела, да и не любила. Борис завел мотор и плавно выехал с парковки.

Просто давил на газ. Мимо проносились огни, машины, мосты и эстакады. А они ехали молча и слушали музыку. Минут через тридцать Боря выключил магнитолу.

– Ну, спрашивай, что хотела.

– Какие у тебя планы на Настю? – с места в карьер выдала Эмма, наконец-то задав вопрос, так долго висящий на языке.

Борис медленно, тщательно подбирая слова, рассказал, как Настя появилась в его жизни. После одноразового секса она, естественно, посчитала, что мужчина теперь её. Боря пытался объяснить ей, что просто дал то, о чём просила, никаких серьезных отношений нет и быть не может. Она же в ответ разболтала подругам на работе обо всем, что произошло между ними. Коллектив, конечно, судачил, но это Борю не волновало. Беспокоило то, что Настя угрожала позвонить Эмме и описать ситуацию в подробностях. Тут пришлось проявить настойчивость и пригрозить увольнением. После чего фотки улетели в сеть. Настя сделала их в тот единственный раз пока Боря спал.

Конечно, она теперь будет уволена либо по собственному желанию, либо по статье «о несоответствии занимаемой должности». Этим вопросом сейчас занимается Славка. Она понимает, что если уйдет по статье, дорога в подобные конторы будет закрыта. Так что, вроде бы, как уверял Слава, Настя включила мозги и написала заявление, в ближайшие дни передаст дела и уйдет.

– Ты собираешься и дальше жить в гостинице?

– Пока подыскиваю вариант съемной квартиры, да.

– А нашу квартиру оставишь нам с Лилей?

– Посмотрим. Суд через месяц, ещё много воды утечёт.

– Борь, – Эмма очень хотела спросить, есть ли возможность помириться, но прекрасно знала ответ на этот вопрос – нет, она никогда не сможет его простить, да и доверять не будет.

Она обернулась на мужа. Тяжелая мужская рука лежала на подлокотнике. Так хотелось взять эту большую ладонь, прижать к себе, и никуда никогда не отпускать такого родного красавчика.

– Что? – Боря съехал на обочину, притормозил. Обернулся и слегка наклонился к Эмме, она потянулась к нему, и их губы слились в жарком поцелуе. «Пусть это будет последний раз, но я его запомню навсегда», – пронеслось в голове. Они жадно обнимались, лаская друг друга, запутываясь в волосах. Борис прошептал:

– Хочешь, я покажу тебе, где живу?

– Да.

Он мягко отстранился и надавил на педаль газа. Через несколько минут они притормозили около большой и красивой гостиницы. Поднялись в номер. Закрыли дверь. Не раздеваясь, начали целоваться. Каждый понимал, что больше всего на свете хочет сейчас стать с любимым одним целым, забыть всё плохое и полностью отдаться взаимности и страсти. Эмма утянула мужа на кровать, решив продемонстрировать ему всё, о чём узнала на недавнем тренинге. Получалось с трудом – сказывалось отсутствие тренировки. Но Борис оценил и это:

– Ого! Где ты этому научилась?

– Секрет! Тебе нравится?

– Очень!

– Тогда просто молчи и наслаждайся.

Она проявила всё своё мастерство, стараясь, чтобы этот секс был лучшим в жизни Бориса, и все оставшиеся годы муж, вспоминая о нём, жалел, что подобное невозможно повторить.

Страстно сплетаясь друг с другом, полностью растворяясь, старясь впитать каждую клеточку, они танцевали, не сдерживаясь, не стесняясь, отключившись от остального мира. Эмма проявляла  чудеса эквилибристики так, как не получалась даже на самых экстремальных демонстрациях. Борис улавливал тончайшие нотки жены, пытаясь доставить ей максимальное удовольствие. Менялись позы, сбегали мысли. Вокруг не было ничего: только ночь и они.

Уже после, лежа в обнимку с сопящим мужем, Эмма, подумала: «А может быть, он врёт и вчера был здесь со своей Настей? Как узнать? А впрочем, не надо об этом. Есть только ты и он. Здесь и сейчас. Наслаждайся моментом», – и она еще крепче обняла любимого мужа.

Глава 9. В гостях у сказки

Утром Эмма, еще не открыв глаз, почувствовала, как её крепко обнимают горячие руки мужа. На мгновение возникла мысль, что всё произошедшее – лишь дурной сон! Но с трудом разомкнув веки и окончательно вернувшись в окружающую действительность, поняла, что муж – кобель, а Настя – стерва, и холодная колючая пурга с новой силой закружилась в душе. Аккуратно вынырнув из-под руки мужа, Эмма тихонько оделась и, взглянув на прощание на неблаговерного, выскользнула за дверь.

Всю неделю она работала не покладая рук и ног многочисленных клиентов. Пусть время течёт своим чередом, постепенно жизнь наладится и боль забудется. Найдет ещё себе мужа в сто раз лучше прежнего. Даже, чуть из чувства мести, чуть из поднятия самооценки, Эмма начала присматриваться к подопечным спортсменам. Но ни одного достойного на глаза не попадалось. Все либо занимались только своими кубиками, либо пялились на её шарики. И ни один не дотягивал до желаемого уровня, никому не хотелось себя, звезду такую, подарить.

К пятнице звезда почти совсем угасла, стала тусклой и жутко скучающей по семье. Жить одной было необычно: можно спокойно принять ванну с маслами и пряностями, и никто не будет дёргать (эх, где тот муж, что заходил порой потереть спинку и ещё кой за чем?); можно съесть внеочередной тортик (стоп! завтра же всё это сбрасывать на тренажерах!); можно просто весь вечер посвятить романтической женской комедии (а как приятно было во время просмотра фильма задрёмывать на теплой широкой руке любимого мужа…).

Утром в субботу Эмма не выдержала и позвонила Борису:

– Алё, привет. Ты в Чехов когда поедешь? Я хочу увидеть дочь!

– Как раз собираюсь.

Эмма задумалась. Как она появится пред светлые очи любимой свекрови? Та ж её с потрохами сожрёт – ярая защитница сохранения семейного очага всеми разрешенными и запрещенными способами!