На пороге Тьмы. Империя Теней - Ксения Близнюк

Сейчас было все равно, идти домой или остаться здесь. Эти существа ринулись в бегство, значит у них еще есть время прийти в себя, после случившегося.

Над девушками возникли два человека.

Один из них вознес над Софьей длинный серебристый клинок и приготовился к удару.

— Нет! Не трогайте нас! Прошу вас! — плакала Даша, вытирая слезы.

Софья неотчетливо различала два силуэта. В голове почему-то налился свинец. Все как-то резко помутнело и превратилось в единое расплывающееся пятно.

— Зак, успокойся, это обычные люди… — отдаленно прозвучало в ответ.

Софья попыталась сфокусировать свое зрение на этих незнакомцах, но ее ослепил яркий свет, и она ничего больше не видела, кроме него. Этот было похоже на внезапную вспышку звезды, которая потом медленно потухла…

Глава 4

Та самая ложка дегтя

Внезапно накативший приступ тошноты заставил Софью резко встать. В глазах все расплылось, а потом начало медленно собираться в четкий образ. Тяжелый свинец снова ударил в голову.

Она лежала на белой больничной кушетке. Вокруг пахло лекарствами.

Софья попыталась вспомнить, что произошло, но картина произошедшего выдавала только обрывочные фрагменты в беспорядочной последовательности.

Она медленно встала с кушетки, вытащив из руки иглу от капельницы и пошла босиком по холодной серой плитке. На часах было три часа ночи.

Волк открыла дверь. Олеся уснула, сидя на небольшом кресле, расположенном около пышного фикуса.

Софья подошла к ней. На лице крестной отпечаталась тревожная маска, которая не сходила даже во сне. Внутри все тяжело заныло, и Софья готова была разреветься.

Она не хотела, чтобы все так вышло.

— В чем дело? — раздался осведомленный голос доктора, вышедшего из кабинета.

Софья испуганно вздрогнула. Еще не хватало до кучи выслушивать его нотации. Она виновато посмотрела на светило врачебной науки. Доктор Ланге — высокий худощавый мужчина, с прилизанными волосами и большими карими глазами, сердито смотрел на девушку. На его моложавом лице даже появились хмурые морщинки.

Это немец просто выводил ее из себя. Год назад он ухлестывал за Олесей, но из этого ничего не вышло, и слава богу.

— Детка! Ты? — Олеся проснулась, и ее в глазах загорелся радостный огонек.

— Девушка, будьте добры, объясните, что вы делаете вне стен своей палаты? — с наигранной фамильярностью произнес Ланге. В своем белом халате он был похож на постаревшего ребенка.

— Я… — Софье совершенно нечего было сказать в ответ, но Олеся сгребла ее в охапку и потащила в палату, как провинившееся дитя, дабы спасти от гнева доктора.

Доктор вызвал медсестру и Софье снова поставили капельницу.

— Олеся, проследи, пожалуйста, чтобы эта непоседливая молодая леди набралась терпения и больше не бродила по больнице.

Крестная умоляюще посмотрела на Ланге, и тот сбросил с себя всю напускную грозность.

В ответ Олеся улыбнулась.

— Не смотря на то, что у нее самая легкая степень сотрясения, я считаю, что не следует пренебрегать общими нормами. Она должна быть в покое, и, по крайней мере, побыть дома хотя бы дня три. — Удрученно говорил он.

— А когда домой? — осведомилась Софья, внимательно следя за доктором.

— Ты только сегодня ночью к нам поступила, а уже домой собралась… Побудешь здесь два дня, потом посмотрим. Все-таки сотрясение это не шутки, тебе еще нужно у нас понаблюдаться…

Софья хотела возмутиться, но у нее не хватило на это сил. Тем более, не хотелось подводить крестную, которая поскупилась своей гордостью и выбила ей место в частной клинике. Все-таки знакомство с Ланге, полезная вещь, как бы сварлив он не был.

— Спасибо, Август… — поблагодарила крестная.

— Не за что, ты ведь знаешь, что я не откажу тебе в помощи.

Доктор вышел из палаты, оставив Олесю и Софью наедине.

Софья презрительно фыркнула. Вся нежность Ланге, была похуже растаявшего шоколадного мороженого в тридцатиградусную жару. Отвратительно!

— Перестань, детка… Я сама знаю, что он переигрывает… — иронично засмеялась Олеся, прочитав на лице крестницы что-то вроде немого гнева.

— Я домой хочу… — заныла Волк, обиженно уставившись на свои перемотанные ладони.

— Даже не думай… — отвлеченно произнесла крестная, печально смотря на Софью.

— Гоша же сам сказал, что у меня самая легкая степень! На мне все заживает, как на собаке! Я не хочу валяться здесь! Это же глупо!

Олеся отрицательно замахала руками, не желая слушать Софью.

— Ну в самом деле? Чего ты так сопротивляешься? Это же не камера пыток! Да и как ты его назвала? Гоша? — Олеся закрыла ладонью рот, чтобы уберечь клинику от своего смеха.

Софья едва улыбнулась.

— Август слишком величественно… Он подсознательно старается себя выставить лучше перед людьми, чтобы соответствовать своему имени. Гоша ему больше подходит… — разъяснила Софья.

Олеся хихикнула:

— Я как-то об этом не думала…

Софья на секунду задумалась. В сердце что-то больно кольнуло и разлилось по всему телу, отравив тревожным ядом. Перед глазами появились расплывающиеся фигуры, послышался крик Даши, яркая вспышка и все исчезло. Софья почувствовала, как ее начало трясти.

— Софа? — обеспокоенно произнесла Олеся.

Паническая атака, ослабела и Волк снова вернулась в реальный мир.

— А… где Даша? — неуверенно раздельно произнесла она, посмотрев на крестную.

— Она дома… С ней все хорошо…

Железные клешни внутри отпустили, и дыхание стало приходить в норму. С этой клиникой, она совершенно забыла про сестру. Но с ней все было нормально, а это самое главное.

Олеся замялась:

— Может, сейчас не стоит… Это тебе решать. Но что произошло?

Софья нахмурилась, пытаясь вспомнить. Но те обрывки, которые всплывали в голове, вряд ли сошли бы за реально произошедшую историю.

— На нас напали… я не помню, как это произошло… и темно еще было… — она не врала, было действительно темно, последовательность событий она не могла никак собрать правильной мозаикой в голове, на них напали, но было не обязательно знать кто именно. Сейчас разгуливало достаточно преступности, так что история о злобных зубастых тварях была бы путевкой в приют для душевно больных.

— Даша сказала тоже самое. — для себя заметила Олеся.

Софья облегченно вздохнула. Хоть частично лгать они умеют одинаково.

В душе разлилось спокойствие. Возможно, влияла капельница, потому что спать захотелось ужасно. Софья закрыла глаза, посчитав, что она заслужила немного спокойного сна, после сегодняшнего ужаса.