На пороге Тьмы. Империя Теней - Ксения Близнюк

Уже был четверг — третий день по прибытии Богарта к ним в класс. И третий день подряд не смолкали сплетни и восхищения этим новичком. Софья уловила себя на мысли, что это ее раздражает даже больше, чем стоило бы. Тем не менее, ей снова приходилось терпеть нарастающее паническое давление где-то внутри. Она никак не могла заставить себя не обращать внимания на свой страх. Но внутри все просто трепетало от ужаса.

Богарт прошел мимо и занял свое место.

Снова легкий холод невидимой волной прокатился по позвонку, оставив за собой след мурашек.

Настя за спиной печально вздохнула.

«Похоже, Игорь Корниленко остался без своей обожательницы…» — подумала Софья, выводя в тетради дату.

Прозвенел звонок на урок и Шапокляк вошла в класс медленным размеренным шагом, словно предвкушая будущую экзекуцию над подопытными. Сегодня была тема строения глаза. В последний раз, когда на лабораторную вынесли препарат заспиртованной лягушки, половину вывернуло только от одного запаха.

Вид барахтающихся в растворе бычьих глаз так же не вызвал восторга. Когда препарат дошел до парты Марины, она с ужасом уставилась на некогда принадлежащую быку материю. С минуту происходил этот безмолвный обмен мыслями между глазом и ней, пока глаз не начал вертеться волчком в сосуде, со скоростью сто оборотов в минуту. Марина с визгом вскочила с места и полетела к двери.

Волк растянулась в злобной ухмылке. Хоть что-то она сделала, чтобы поднять настроение Насте, которая совершенно поникла.

Шапокляк сопроводила полет Марины в коридор, совершенно спокойным взглядом и не придала ее выходке никакого значения.

— Насть! — прошипела Аида, наклоняясь в сторону подруги.

— А? — Настя сделала запись в тетрадь и отложила ее в сторону. На ее лице еще остался след от недавней улыбки.

— Ты еще не разговаривала насчет бала с ним? — Аида сделала слабый жест в сторону сидящего за спиной Насти Мирослава.

Глаза Насти округлились, и она отрицательно замотала головой.

— Как? До сих пор? — Кан непонимающе уставилась на подругу.

— А как ты себе это представляешь?

— Ну…

— Вот тебе и «ну»! — недовольно фыркнула Настя.

— А, может, Софа попросит… — глаза Аиды сделались самыми что ни на есть жалостливыми.

Волк ошарашено глянула на свою одноклассницу. Меньше всего она хотела заводить знакомство с человеком, которого панически боялась. А мысль о том, что она должна у него еще и что-то попросить, привела ее в полное замешательство.

— Я? — на лице Софьи появилась некая гримаса удивления и недопонимания.

Настя в ответ оживленно закивала головой.

— А почему именно я? По-моему, это вам невтерпеж завести с ним знакомство! — Шепот Волк едва срывался, так что их услышали несколько человек, сидящих рядом.

Увидев, что Сабыржан, мягко говоря, греет уши, Аида треснула его учебником по загривке и он заскулил от боли.

— Но ведь в этом нет ничего удивительного, он ведь наш одноклассник, и как ни крути, ему придется общаться с нами, по крайней мере, этот год! — начала оправдываться Настя, с укором смотря на Софью.

Волк глянула за спину подруги. Кажется, Богарт даже не обратил внимания, на дискуссии, развернувшиеся у него под носом. Он заинтересованно делал записи в тетради, пока девочки увлеченно его обсуждали.

Софья облегченно вздохнула и продолжила:

— Может вам самим тогда заняться этим? Я не пример общительности, вы же знаете!

— Девочки! — воскликнула Шапокляк, поправляя очки на носу.

Все разом умолкли и уткнулись в тетради.

Софья закончила описание строения глаза и сделала соответствующие пометки в тетради по лабораторной работе. Вывод получился немного глупым. Она его несколько раз перечитала и попыталась кое-что подправить, но получилось еще глупее. Оставив попытки улучшить результат своей работы, Софья недовольно отодвинула от себя тетрадь.

В дверь кто-то постучался, и Елена Дмитриевна вышла в коридор. Обеспокоенная медичка пришла уведомить классного руководителя одиннадцатого «В», что одну из учениц выворачивало в туалете.

Кто-то больно ткнул ручкой в спину Софьи.

— Ну, так ты поможешь? — прошептала Настя, вопрошающе посмотрев на свою подругу.

— Издеваешься? Сдался он тебе?

— Ну, Софочка! Это ради общего дела!

Когда в ход шло уменьшительно — ласкательное «Софочка», то можно было не сомневаться, что выхода никакого не было.

— Ладно! — злобно рыкнула она, отвернувшись от девочек и в сердцах захлопнув тетрадь.

Звонок прозвенел совершенно неожиданно. В голове Софьи творился настоящий хаос.

Она, человек, которому уже много лет было чуждо чувство страха, боялась заговорить с каким-то новичком! Причем она владела такой силой, о которой ему и не снилось! И все ради чего? Ради каких-то танцулек?

«Бред…», — думала она, шагая следом за подругами.

— Не бойся, все будет отлично! — воскликнула Аида, радостно посмотрев на Софью.

В ее глазах читалось сомнение, но она тщательно старалась его скрыть.

Единственное, что настраивало девочек еще более оптимистичнее, это то, что при удачном раскладе, они смогут сократить так называемое невидимое расстояние между объектом своих тайных мыслей.

— Волк, в столовую идешь? — осведомилась, заметно приободрившаяся Настя.

— Эмм… думаю, что нет. Не хочется… Сами идите, я буду ждать в кабинете.

Следующей по расписанию была литература.

Софья шла, мысленно составляя план, по которому будет действовать.

Первоначально, она должна была как-то расположить к себе Богарта. А здесь очень кстати поможет магия. Потому что обычное: «Привет! Как дела?» вряд ли вызовет у него неописуемый восторг, особенно от такой, как она.

Кабинет литературы, вопреки ее ожиданиям, был совершенно пуст. Большая перемена выманила пол школы на улицу, к еще не совсем увядшим клумбам и зелени.

Встретить здесь Богарта, было по меньшей мере настоящей глупостью. Он наверняка сейчас развлекался со своими друзьями. Если конечно он их успел завести в новой школе.

Софья подумала, что вероятно это и к лучшему. Заводить разговор с этим человеком она не хотела.

Она мысленно представила, как Богарт стоит на трибуне и говорит: «Эта школа — самое ужасное, что могло со мной произойти! Я не намерен здесь оставаться и покидаю вас, так как считаю, что вы все не достойны моего внимания! Моя красота слишком ценна, чтобы я оставил ее пропадать в этом захолустье! А мои прекрасные волосы и улыбка, вы не достойны того, чтобы видеть их!»

Вокруг стоят ученики рядом учителя с транспарантами, на которых жирным шрифтом написано: «Богарт Мирослав — суперзвезда!» Девочки кучками навзрыд ревут: «Не уходи! Мы без тебя жить не можем!» И одна Софья аплодирует и радостно кричит, в поддержку его намерений.