Я - Хюррем! (СИ) - Наталья Коралевских

Валидэ прониклась моим скромным поведением и почти каждый день заходила в гости, помогая (хих!) мне в изучении Корана. По настоянию Сулика я приняла ислам и теперь носила имя Хюррем, хотя очень настаивала на возможности самой выбрать себе имя. Потому что Хюррем… Ну не Хюррем я!

При очередном заседании в библиотеке я наткнулась на имя Турхан в каких-то свитках, и очаровалась им по самое не балуй, но…

Но раз Сулейман решил, что меня будут звать Хюррем, значит — я буду Хюррем. И тут мое мнение никого не волновало.

За время моей беременности Сулейман успел сходить в поход на Венгрию и слегка попугать короля Лайеша, который имел наглость прислать ему в меду голову османского посла, отправленного для истребования задолженности по налогам. Сулейман при виде «подарочка» взревел белугой и кинулся собирать войско, в чем я его горячо поддержала.

Вообще, идеи по поводу того, каким должен быть идеальный и сильный правитель, Сулейман стал чаще слушать мои, чем своих пашей и Великого Визиря. Последний на меня вообще старался лишний раз не смотреть, продолжая крутить шашни с Хати. Та была довольна, словно слон после купания, и даже попыталась наладить со мной псевдо-дружеские отношения. Пришлось делать вид, что мы с ней и не ссорились.

Я, конечно, периодически вздыхала, глядя на смазливого визиря, потому что половая жизнь с султаном была достойна скорее фильма ужасов, чем любовного романа. Его мужская мощь и любовные умения были сильно преувеличены хорошо «подмазанными» подарочками и украшениями женами и наложницами, в связи с чем, оказавшись с ним в постели, я испытала глубокое разочарование и не испытала оргазм.

Впрочем, до темы оргазмов мы еще дойдем. Как-нибудь позже.

Но… Два раза в месяц?! По 10-15 минут?! Лучше бы я застрелилась…

А идею научиться делать куннилингус султан с негодованием отвергал, с чем я пыталась бороться, но пока еще безуспешно. Приходилось стискивать зубки, напоминать себе, что власть порой бывает привлекательнее… И периодически хотеть выломать дверь к Ибрагиму в покои, поимев его в хвост и в гриву.

Но не будем о грустном.

Будем о смешном. То есть о повернувшейся на колдовстве Махидевран.

Однажды, будучи месяце на шестом, я озлилась (гормоны взыграли), и принесла к ней под порог надоевшую мне до икоты землю. На следующий день по всему гарему понеслись слухи о «славянской ведьме».

Я разозлилась еще больше, и заказала Нигяр дохлую кошку. Кошку не дали (священное животное!), дали маленькую собачку, насмерть подавившуюся косточкой. Я поплакала над собачкой и приказала Сюмбюлю положить ее трупик под порог к Махидевран.

Утром был дикий визг, вопли и обвинения во всех грехах. Я только моргала, на вопросы Сулеймана делая недоуменные глаза. Потом не выдержала нудных расспросов, и попросила не лезть в наши женские дела. Сулейман все понял и дал мне полную свободу действий, про себя посмеиваясь.

Через день баш-кадина обнаружила под порогом дохлую же овцу, потом — ворону, потом — крысу… Потом я поняла, что у меня появился подражатель, и озадачилась. Потому что с утра баш-кадина начала находить у себя на пороге кучу всевозможной дохлятины, в число которых однажды попала и задушенная кем-то наложница Повелителя Айше, и немой евнух Аббас, и даже хорошо полежавшая в Босфоре подруга Махидевран по Манисе — Амина Хатун!

Вот тут я и заподозрила Сулеймана — большого шутника с неограниченными возможностями. Баш-кадина попросилась от греха в Старый Дворец, при каждой встрече теперь глядя на меня круглыми от ужаса глазами. Видимо, труп подруги ее изрядно доконал.

Сулик же будто только этого и ждал, так что в данный момент Махидевран пребывала в Старом дворце, а я спокойно носила ребенка и ни о чем не думала. За что и поплатилась.

Но обо всем по порядку…

Глава 17, в которой некоторые тайны Хюррем узнает султан

-Госпожа! — в покои просочился Сюмбюль, согнутый в три погибели. Тысячу раз пыталась объяснить, что передо мной кланяться не надо — так и не дошло. Субординация, мать ее. Я с трудом, придерживая живот рукой, поднялась с диванчика и подошла к евнуху. — Повелитель ждет Вас у себя!

-Как срочно? — недовольно поморщилась я. Идти к Сулейману на ковер не хотелось. Опять начнет тряпки навешивать сундуками и нудить, что нарядов у меня мало и вообще одеваюсь не по-царски. Надоело. Как хочу — так и хожу. Мне и в моем «беременном» платьице удобно.

-Приказано сопроводить, — вздохнув, отозвался Сюмбюль. Под глазами у евнуха залегали темные круги от бесконечного недосыпа.

-Сама дойду. Иди поспи лучше, весь серый уже, — похлопав евнуха по плечу, посоветовала я. –Надорвешься же.

-Спасибо, госпожа! — опять пытается полу платья целовать. Да за что ж мне это, Аллах-Аллах!

К слову, быть мусульманкой я привыкла быстро. Как будто подсознательно всегда к этому тянулась, и это было моим. Но разбираться в собственном подсознании сейчас было не в приоритете, и поэтому я особо на данную тему не задумывалась. Просто была Хюррем — правоверной мусульманкой, по несколько раз на дню встававшей на молельный коврик, заслышав крик муэдзина.

Что ж. Человек быстро ко всему привыкает.

Сулейман ждал меня в кабинете — это была большая комната, отделенная от его спальни чем-то вроде театрального занавеса. Я с поклоном вошла и вопросительно воззрилась на своего господина и Повелителя.

-Мне нужен твой совет, Хюррем.

А вот это уже неожиданно.

-Я слушаю?

Моя наглость пока что еще его очаровывала. Но это пока что. Поэтому я все больше старалась брать в общении уважительный и слегка покорный тон, чтобы не обижать всемогущего Повелителя мира. Это он еще про США с их политикой захвата власти не слышал, тоже мне, Повелитель…

Однако я отвлеклась.

Следующий вопрос Сулеймана застал меня врасплох.

-Подскажи, как лучше поступить с Лайошем.

Вот, блин!

Я сделала большие круглые глаза.

-Сулейман… я же женщина. Откуда мне разбираться в военных делах?!

-Хюррем, — с мягким нажимом отозвался гражданский супруг. — Я знаю, что ты очень необычная женщина. И поэтому спрашиваю совета именно у тебя.

Приплыли. Небось мама никак со своей шпионской теорией не уймется, теперь и его накрутила. Ну, что ж…

-Тогда введи меня в курс дела, — присаживаясь в кресло, попросила я.

Довольная, как у обожравшегося сметаной кота, улыбка Сулика была мне ответом.

-Хюррем… -спустя час султан смотрел на меня еще более влюбленными глазами, чем после первого минета. — Ты мой гений, посланный самим Аллахом!

Не знаю, причем тут Аллах, но за то, что я выросла в семье военных, благодарить надо отнюдь не его.

-Ты меня смущаешь, — мило улыбнувшись, отозвалась я. — Эта стратегия собьет венгра с толку, благо, что он с такими еще не сталкивался. Поэтому эффект неожиданности, на котором все и построено, должен быть в приоритете.

Как обычно, понял меня Сулик с трудом.

-Ох, Хюррем, твоя ученость скоро превзойдет любого улема, — привлекая меня к себе и кладя руку на живот, любовно произнес Сулейман. — И что мне тогда с тобой делать?

-Хм…- сделала я вид, что задумалась. — Может быть, назначить своим тайным советником?

Султан окаменел. Я поняла, что сболтнула лишнего.

-Женщины такого у меня еще точно не просили.

-Ты сам говорил, что я необычная женщина, — окрысилась я. В душе всколыхнулось забытое чувство страха. Теперь я боялась не только за себя, но и за ребенка, которого убили бы вместе с матерью, не раздумывая, сочти меня султан шпионкой.

-Хюррем… Я понимаю, что прошу слишком многого…-неожиданно сменил тон Повелитель. –Но … расскажи мне тайну своей жизни. Ты и вправду необычная женщина, и эта необычность порождает …. Много неприятных вопросов. И подозрений. Я обещаю, что эта тайна не пойдет дальше меня.

-Ты все равно не поверишь, — тихо отозвалась я. — В такое я и сама до сих пор не поверила.