Классные и внеклассные приключения необыкновенных первоклассников - Евгений Велтистов

Картина прекрасно наблюдала все сверху, слышала летящие голоса и делала вид, что ничего не замечает. Конечно, можно и поиграть с девочкой и мальчиком. Но разве это решит самую важную для нее проблему? Как побороть в себе десятилетия гордого одиночества? Как быть полезной людям? Как стать счастливой?

Картина думала, думала и ничего не могла придумать...

Иру окликнули, она ушла домой.

Дыркорыл долго стоял посреди двора и смотрел на Ирины окна. Ему казалось, что она вот-вот выйдет и снова начнется веселая карусель бега. Но Ира не вышла.

Хлеб Дыркорыл прозевал: магазин закрылся.

Отец, конечно, сделал выговор Одноуху. Тот, лежа на диване, приоткрыл один глаз, сказал:

- Я не виноват. Просто Дыркорыл влюбился.

Дыркорыл подпрыгнул на месте, покраснел до самого кончика хвоста.

- Я пробежал тысячу километров, пока ты спал, а хлеба нигде нет.

- Влюбленный поросенок, - хихикнул Одноух. - Сотри грязь с пятачка.

- Дохлый заяц! - не выдержал Дыркорыл, дернув обидчика за ухо.

Одноух вскочил, принял боксерскую позу:

- За зайца ответишь!

Драчунов разнял Нехлебов. И объяснил, что влюбленным имеет право быть каждый, кто не дерется, не ругается и вовремя учит уроки. Но сейчас - луна уже светит в окно, а в дневниках еще не нарисовано солнце.

Одноух пробудился от спячки. Он писал в тетради и с тоской поглядывал на луну. Так приятно запахнет скоро свежей зеленью. Покататься бы сейчас по траве, поточить о молодую кору зубы. Может, и ему в кого-нибудь влюбиться, стать благородным и чуть сумасшедшим человеком? Но в кого?

Одноух зевнул, огляделся, увидел пустой балкон.

Сегодня все какие-то шальные. Даже Картина загулялась, не вернулась в свое гнездо.

СЕЛЬСКИЙ ПОЧТАЛЬОН

В Ершах объявился необычный почтальон.

Тридцать лет по сельским дорогам гоняла на велосипеде и мотоцикле с сумкой через плечо тетя Наташа, и веселого быстрого почтальона знал каждый мальчишка.

Но вот не только педали, но и собственные ноги стали тяжеловаты для тети Наташи, она собралась на пенсию.

Ждали нового почтальона из центра. Газеты и письма в Ершах разносили школьники. Тетя Наташа сортировала почту, диктовала в далекие пункты телеграммы по телефону.

В свободные минуты почтальонша сидела у окна и беседовала с большой белой птицей.

Картина облюбовала себе дерево возле почты.

Напротив почты находился универсальный магазин, и из него то и дело неслась бравая музыка. Музыкальную страсть Картины сразу подметила тетя Наташа. Почему-то ей показалось, что белая ворона обосновалась возле почты именно из-за музыки.

- Что больше нравится? - интересовалась тетя Наташа. - Марши или вальсы?

Ворона кивнула.

- А мне гармошка, - призналась почтальонша. - Знаешь, как я в молодости частушки пела? Ты небось видела.

Картина помнила и залихватские переборы гармони, не смолкавшие на деревенской улице до рассвета, и частушки со смехом и притопами.

Из дверей магазина вылетели резкие ритмичные звуки, смешались с грохотом проехавшего грузовика, застряли в шлейфе пыли.

- Верка! - грозно позвала тетя Наташа, и, когда на крыльце показалась ее дочь, потребовала: - Отключи громыхалку. Поставь нам вальс.

Продавец Вера пожала плечами, удалилась за стеклянный прилавок, но пластинку все же переменила.

Волны вальса понеслись по улице, уплыли в небо, и голубоглазая ворона взмахнула белоснежными крыльями.

- В почтальоны не пошла, - критиковала дочь тетя Наташа. - Культурой обслуживания занялась. А какая у нее культура? Один джаз в голове.

- Ну что вы, мамаша, говорите? - отвечала, услышав критику, из открытого окна Вера. - Ценники на виду, все люди грамотные. Нашли кому жаловаться - сороке.

- Я тебе в книге жалоб запись сделаю! Слышь, Верка?! - крикнула, рассердившись, почтальон, но слова ее утонули в новой модной мелодии.

Тетя Наташа залюбовалась дочерью: какая красивая невеста - отражается в разных зеркалах.

Покупателей в эти ранние часы не было. Три Верки, которых видела в зеркалах тетя Наташа, скучали возле блестящих прилавков.

А почта работала. Машина привезла свежие газеты и письма.

Тетя Наташа привычно раскладывала корреспонденцию.

Стучал в соседней комнате телеграф.

Пришла срочная телеграмма - в село Озерки председателю колхоза, и тетя Наташа расстроилась: в Озерках испорчен телефон, а до села километров пятнадцать. Что делать? Как передать срочные слова? Не потащишься пешком по весенней грязи... Сидеть у окна и ждать, когда проедет мимо какойнибудь Озерковский шофер?

Тетя Наташа поделилась своими огорчениями с Картиной. Та слетела с дерева, уселась на подоконнике, стукнула клювом о раму: "Кар!"

- Неужели сама отнесешь? - догадалась тетя Наташа и даже попятилась от такой смелой идеи.

"Кар-р-р!" - решительно подтвердила Картина: кор-респонденцию доставлю, не беспокойтесь, раз такая неприятная сложилась картина.

- Ты Озерки как будто знаешь... - размышляла вслух почтальонша. - По прямой, по воздуху, туда километров восемь будет. И правление колхоза, может, знаешь, где стоит?

Картина кивком подтвердила, что знает: правление, конечно, на площади стоит.

Тетя Наташа хлопнула в ладони, хотела обнять свою спасительницу, но постеснялась.

- Возьми, - она протянула телеграмму и квитанцию. - Расписку не забудь!

Белый почтальон уже летел над крышами, держа в клюве срочную депешу. Сильные крылья беззвучно рассекали воздух, но Картина ощущала его упругость каждым своим пером. Она торопилась, понимая важность поручения.

"Вы что - не видите, что в клюве не простая бумаженция?! Это же "Те-ле-грам-ма"! Срочная бумага! Печатными буквами пишется на тонкой ленте и приклеивается к бланку с двумя "м"! Телеграмма".

"Эх, мелкие птахи! - размышляла про себя белая ворона, встречая крылатых собратьев. - Что вы понимаете в почтовом деле? Как пишется слово "телеграмма"?"

Тянулись поля и перелески. Разбрызгивая грязь, неслись по петлям дорог машины. Картина летела напрямую, заставляя сворачивать встречных птиц.

Три озерка среди ельника.

За ними - большое село.

Самая просторная крыша, блестящая издали на солнце, - это правление, где ждет телеграмму председатель Федосов.

Сквозь стекло Картина с трудом разглядела в продымленной комнате несколько человек и дала о себе знать.

На стук распахнулось окно, из него повалил густой дым. Можно было подумать, что в комнате пожар. Но опытная ворона прекрасно знала, что во время совещаний из служебных помещений струится табачный дым.

- Никого нет! - сказал распахнувший окно человек, равнодушно взглянув на ворону.

Картина настойчиво долбанула раму.