Классные и внеклассные приключения необыкновенных первоклассников - Евгений Велтистов

Не забыл один Яша. Что-то случилось в его жизни в тот день, что-то очень-очень важное.

Позже он прочтет в одной книге народную мудрость: "Не рой другому яму, сам попадешь" - и все поймет. Но к тому времени Яша посадит возле школы множество яблонь.

СМЕХОТРОН

Когда день за днем один урок сменяет другой, кабинет следует за кабинетом, отметка за отметкой, лучший способ отвлечься от умственного труда, сбросить усталость и развеселиться - это устроить смехотрон.

Смехотрон - праздник смеха. Участвовать в нем может каждый, кому присуще чувство юмора. В школе всякий раз смехотрон изобретается заново. Троном для смеха служит сцена, а на сцене, как известно, творятся разные представления.

Семиклассник Игорь, будущий вожатый первого "А", объявил первачкам: "Шалашня, жделайте што шотите - вшех швоих шероев!" Малышня догадалась: надо изображать любимых героев. А говорил Игорь так странно потому, что готовился стать чемпионом мира по боксу и у него не хватало передних зубов, но его понимали всегда с полуслова. И Игорь тоже уловил все просьбы, когда ему рассказали, какие кому нужны технические чудеса для производства смеха.

Одноух и Дыркорыл кроили ножницами картон, мочили в крахмале и клеили на картон вату, действовали кистью и иглой. Получились прекрасные маски. Волка и лисы.

Волком решил стать Одноух. А лисой - Дырк. Они были в восторге от своей выдумки: "Вот удивим и повеселим мы всех!"

В день смехотрона волк и лиса, держась за руки, пришли в школу. Внизу, в раздевалке, все было обычно: дежурный, усмехнувшись, указал на вешалку. Но сверху... сверху неслись звуки бравой музыки, летел смех там, в большом зале, действовал смехотрон, и наши герои улыбались под своими масками.

Войдя в зал, волк и лиса опешили: они увидели поросят и кроликов. Много кроликов, много поросят, и среди них ни одного иного существа! Одноух и Дыркорыл ничего не понимали...

А зал дружно рассмеялся: вот это маски - настоящий волк и настоящая лиса, кто только их придумал!

К вошедшим поспешил Игорь в клетчатой рубашке, повязанной пионерским галстуком.

- Шмехотрон дейштвует, - объявил он волку и лисе. - Што будете делать?

- Играть! - сказал волк, приподнимая маску. - Наши инструменты готовы?

- Готовы? - переспросила лиса, показав вожатому свое лицо.

- Штрументы шдут ваш, - подтвердил Игорь и ловко выкатил на сцену какой-то странный агрегат, состоявший из доброго десятка барабанов. Большие и маленькие, стоящие на одной ноге и подвешенные на крючках, с медными тарелками и без тарелок - это был целый оркестр барабанов и прочих ударных инструментов.

Выходит и садится посреди барабанов волк. А перед ним застыла лисица с флейтой.

"Ха-ха!" - прореагировал зал на первый фокус смехотрона: что будет дальше?

"Ха!" - пискливо рявкнул волк и палкой стукнул по барабану, восстанавливая тишину.

Заговорила флейта, и голос ее сначала был печален. Пожалуй, только волк понимал, о чем спрашивает флейта: "Что здесь происходит? Откуда столько кроликов и поросят? Они что - издеваются над нами?.."

"Да! - отозвался большой барабан. - Да, да!

Сейчас мы им покажем!"

И волк показал, на что он способен.

Загрохотали разом все барабаны. Четыре лапы молотили без устали в толстокожие барабанные шкуры, звенели тарелками поднявшиеся из-за маски длинные уши, хвост отбивал свой ритм. Громы и молнии метал волк на сцене, и некоторые впечатлительные кролики в зале зажали уши ладонями, как вдруг вновь вступила флейта, и зал, узнав знакомый мотив, с радостью подхватил: "Не боимся мы волков, мы волков, мы волков..."

Кроликам и поросятам очень понравилась песенка о волке, и они долго не отпускали артистов.

Одна Тамара Константиновна догадалась, что перед ней самый робкий на свете волк и самая простодушная лиса, и с улыбкой оглядела ряды кроликов и поросят: какие все симпатичные, какие веселые!

Нет, недаром ее первоклашки - все, как один, - изготовили маски Одноуха и Дыркорыла. Они честные, смелые, справедливые - самые лучшие товарищи. Именно Одноуха и Дыркорыла выбрал своими героями первый "А"!

А лиса и волк, покинув сцену, внезапно исчезли. Они сбросили маски и сразу смешались с залом - стали своими среди своих. На сцене разные поросята и кролики смешили друг друга, пели куплеты и декламировали стихи, плясали и читали свои сочинения. Визжали и хрюкали от удовольствия, отбивали лапы и копытца, стуча ими от удовольствия. Смехотрон работал, веселье не истощалось!

Один из зрителей в маске птицы от смеха взлетел даже к потолку, сделал круг почета у люстры. Этот самодеятельный номер вызвал бурные аплодисменты.

Лишь скучный, похожий на старичка мальчик заметил вслух:

- Подумаешь! Это ведь Картина...

Он единственный был без маски и за весь вечер ни разу не улыбнулся.

- Картина? - подхватил его сосед-кролик, ничего не знавший о белой птице. - Кто такая? Что она умеет?

- А ничего, - отвечал мальчик. - Умеет только летать. Даже дважды два не знает.

Как ни странно, Картина в страшном шуме услышала эти слова и обиделась.

Зрители буквально стонали от смеха, когда участник вечера в маске вороны дернул клювом шнур на окне и, с трудом протиснувшись во фрамугу, улетел прочь.

В эту ночь Картина не ночевала на балконе. Летала на большой высоте, борясь с холодными ветрами. Что-то время от времени согревало ее в этом одиноком трудном полете. Она вспоминала смешные маски кроликов и поросят, удивлялась: неужели ее друзья так знамениты? Да, они знамениты, потому что учатся в школе и дружат со всеми! Как важно, значит, быть не одиноким и нужным для других!..

Ворона летала на большой высоте и каркала на всю округу. Наперекор ветру и скучному мальчишке распевала она песенку о страшном волке, которого никто не боится.

ТРОПИЧЕСКИЙ МОРОЗ

В жизни наших героев произошло важное событие: они вышли на лед.

Каждый, кто первый раз выходит на лед, знает, какое это искусство удержаться на ногах, какое чувство уважения испытывает новичок ко всем, кто стремительно летит вперед и не падает.

Когда Одноух шлепнулся, ему показалось, что Земля перевернулась. Он моментально развязал зубами шнурки, скинул ботинки, вцепился когтями в лед. Кто-то подтолкнул неудачника сзади, и он проехал десяток метров, оставив на льду глубокие царапины.

Дыркорыл тоже струсил, снял ботинки и вдруг легко и плавно заскользил на острие копыт.

Ребята ахнули: вот это фигурист, собственные лезвия изобрел!

Дыркорыл катил и катил, никак не мог остановиться. На него надвигалось толстое дерево. Пришлось тормозить четырьмя лапами и пятачком.

Тормозить по-настоящему ребята его научили. И делать повороты. И ехать задом наперед. На коньках, конечно. Не станешь ведь точить каждый день собственные копыта.