Парадокс любви - Светлана Малинкина

На следующий день Мила рассказала свой сон Машке и спросила, что это значит. Машка очень любила разгадывать сны. Мила и Марина даже звали ее «Фрейд в юбке».

Машка, поразмыслив минут пять, выдала расшифровку. Паук в доме — к деньгам, к удаче. Большой паук соответственно к большим деньгам и к большой удаче. Значит, Мила будет энергично и плодотворно трудиться, за что судьба вознаградит ее удачей и материально. Тогда Мила поинтересовалась: к чему бы это у паука голова Художника? И почему ей этот сон неприятен, если все так благополучно звучит? Почему ей страшно? Машка, подумав еще минуту, нашлась что ответить: Миле было страшно, потому что она боялась, что паук ее укусит, причинит ей вред. То есть подсознательно от связи с Художником Мила ждет беды. Но паук ее во сне не укусил, что есть хорошо. Мила его не убила, что тоже хорошо. Потому что пауков убивать нельзя, это к ссоре с возлюбленным. После этих слов Мила глубоко задумалась: а кто сейчас ее возлюбленный?

Все-таки, не получив полного удовлетворения от Машкиных объяснений, Мила залезла в Интернет: если женщине приснился паук, это знак, что в реальной жизни ею владеет страх быть брошенной партнером; она недооценивает свои силы и способности, и это является причиной страха. Мила снова задумалась: ну и кого ей сейчас считать своим партнером?

Подружки встретились в «Кофе-хауз» на Кузнецком мосту. Все они были пожизненными кофе-манками, и здесь для них было райское раздолье вкусов и ароматов.

Девчонки завистливо рассматривали Милины украшения.

— Да-а-а… — протяжно вздохнула Маша. — Красиво.

— Я как увидела их! Они мне сразу понравились! Особенно браслет.

— А сколько стоит? Дорого? — спросила Марина.

— Не знаю, — ответила Мила и тут же запнулась.

Марина удивленно посмотрела на подругу. А Машка выпучила на Милу глаза: подруга, ты в своем уме?

— Не знаю… Для кого как. Для меня, конечно, дорого, — выкрутилась Мила. Ее даже в жар бросило. — Но если сама себе не купишь…

— Это точно. Мой за всю нашу совместную жизнь ничего мне дороже ста долларов не дарил. Жмот редкостный. Зато телеков, видиков столько сменил! Домашний кинотеатр, караоке! На фига нам караоке. Ни слуха, ни голоса у обоих. Гости бывают от силы два раза в году. Машина у нас уже седьмая! Зато мне лекции об экономии читает.

— А у меня ухажеры тоже не слишком щедрые были.

— Ну что вы, девочки, Андрей никогда не ругает меня за дорогие вещи. Наоборот, говорит: хорошо, что ты это купила, тебе очень идет. Он просто сам не покупает. Но совершенно не возражает, когда я трачу деньги на себя. А мне знаете, чего бы хотелось?

— Чего?

— Чтобы, хоть изредка, он баловал меня самостоятельно купленными подарками. Или чтобы мы вместе делали покупки. Ходили бы по магазинам под ручку. Советовались.

Это было чистой правдой. Андрей, как и большинство мужчин, не любил ходить по магазинам. Для него гораздо удобнее дать Миле денег, чтобы она себе купила, то, что ей захочется в пределах данной суммы. Если ее недоставало для покупки приглянувшейся вещи, Мила добавляла сама.

Андрей не знал Мининых заработков. И когда она без предупреждения купила себе двухлетнюю малолитражку «Mazda Carol», он был не то чтобы в шоке, но очень удивлен. А потом стал еще больше гордиться женой, которая, оказывается, сама может заработать на авто. К счастью, Андрей не подумал, что машину Миле мог подарить любовник. Очевидно, он таких прецедентов и таких любовников не знал. Свою машинку Мила обожала. Ей так нравился нежно-голубой цвет, ее забавная «мордашка». На лобовое и заднее стекло она наклеила треугольники с туфелькой. Чтобы за три версты видели: владелица машины — женщина. Впрочем об этом нетрудно догадаться по большому плюшевому мишке сзади и семи маленьким игрушкам на «торпеде».

— Ты знаешь, Мила, я считаю, что нам с тобой с мужьями не очень повезло. То, что они непьющие, это, конечно, большой плюс. Но в остальном… Развиты односторонне: технари до мозга костей. Неряхи. Манеры те еще… А эти ужасные шлепки по заду?! Которые, по их мнению, надо понимать, как приглашение к любовным играм. Искусством не интересуются. Художественную литературу не читают. Писателей не знают. Артистов не знают. Композиторов тоже. Мы вчера со своим посмотрели «Груз 200». Спрашиваю: «Ну, как тебе фильм? Понравился или нет? Что думаешь?» Думала, обсудим. Ведь есть что. Ответ: «Кино как кино». Действительно, это ж не футбол, чего его обсуждать.

— Просто нам с тобой, Маша, больше подошли бы представители творческих профессий. С развитым художественным вкусом. Более тонко чувствующие, понимающие. А нашим мужьям нужны женщины попроще. Мне, кажется, что мы для них слишком «сложные». И оттого кажемся им капризными, слишком много от них требующими.

— Мне вот скоро сорок лет. Старая уже. Но ведь быть счастливой хочется в любом возрасте.

— Почему старая?! Маша, мы же с тобой одногодки. И мне недавно в голову приходила мысль: а не родить ли еще ребенка.

— Ну ты, Мила, даешь!

— Маша, а ты помнишь эту знаменитую фразу: в сорок лет жизнь только начинается!

— А между прочим, Мила, я уже думала: неужели я так и буду прозябать всю свою оставшуюся жизнь? Когда вокруг бушуют «настоящие страсти», как говорит Малахов! Я тоже хочу сгорать от любви.

Марина слушала подружек, переводя взгляд с Маши на Милу и наоборот. «Что-то здесь не так, — заподозрила она. — Про страсти и сгорание от любви — это неспроста. У них от меня есть какая-то тайна…»

— А что, может, кто-то из вас готов отдать мне своего «односторонне развитого» мужа? Ну, раз уж вам с ними все равно не повезло. А, девочки? — решила вклиниться в разговор Марина.

И девочки прикусили языки. Кажется, они наговорили лишнего.

Полной уверенности в том, что у Милы появился мужчина, у Андрея сначала не было. Но стали припоминаться какие-то моменты, которые все больше подтверждали его догадку. Последнее время Мила перестала сама обнимать и целовать его. А временами ему казалось, что жена пережидает его ласки. Просто ждет, когда все закончится. У нее появились новые украшения. Серебряный браслет в виде двух переплетенных змеек, с глазками-изумрудами. И серебряное кольцо. Тоже в виде змейки с зелеными глазками. Змейка держала ртом саму себя за хвост. Может, Мила и сама их купила, а может, и нет.

«А что мешало тебе, чудиле, делать жене подарки? — снова спросил он себя. — У тебя такая жена! Надо было водить ее в ресторан, хотя бы по воскресеньям. На выставки в галереи. Мила это любит. А ты, козел, бокс смотришь и журнал «Транспортные перевозки» читаешь! Конечно, козел! И рога свои ты заслужил. Что же теперь делать? Что делать? Спрашивать ни о чем нельзя! Ни в коем случае! Стоит спросить, и все: обратной дороги не будет! А так есть вероятность, что Мила «перебесится».