Мама, я мальчика люблю! - Татьяна Тронина

Кинеша быстро собирается.

Ей помогает Малимба, ее лучшая подруга. Малимба плачет, но старается поддержать Кинешу:

– Вот увидишь, все будет хорошо! Отец проводит тебя… Ты поедешь в Москву, к своим родным – там ты будешь в полной безопасности!

– Не знаю, примут ли они меня… – вздыхает Кинеша. – Они были против того, чтобы моя мама была женой моего папы…

– Но ты же ни в чем не виновата! Верь – они будут рады тебе…

Кинеша наспех прощается с Малимбой.

Мбамба подхватывает ее сумку, и они бегут по дворцу. Парадные залы пусты, в клетках кричат попугаи, словно предчувствуя опасность.

Мбамба и Кинеша выскакивают из задней двери – там стоит машина. Они быстро едут – сначала по пустым улицам, потом по узкой дороге в лесу.

У леса их нагоняют преследователи. Оглянувшись, Кинеша видит Ортезио в открытом джипе, с ним еще какие-то военные, он стреляет…

Мбамба охает, едва не выпустив руль.

– Как ты, Мбамба? – кричит Кинеша.

– Ничего, только задело… на поляне вас ждет самолет.

Они отрываются от погони.

На широкой поляне маленький спортивный самолет, очень похожий на игрушечный. У самолета Джордан – веселый американец, любитель приключений. Он служит в заповеднике, где живут слоны. Джордану нравится Африка. Он совсем не хочет возвращаться к себе на родину.

– Кинеша, залезай!

– А ты, Мбамба? – оборачивается она.

– В самолете нет места. И меня ждет дочь… Госпожа, вы должны лететь одна!

Кинеша видит, что на рубашке Мбамбы расплывается большое красное пятно.

– Они тебя ранили! – с ужасом кричит девочка. – Я не брошу тебя!

– Джордан, запускай двигатель… – машет рукой Мбамба. Другой рукой он держится за бок и медленно оседает на землю.

Джордан силой пристегивает Кинешу к сиденью в самолете.

– Со мной все будет в порядке! – говорит Мбамба. – Джордан, не медли – они уже близко…

Джордан, уже не такой веселый, как обычно, поднимает самолетик в небо. В глазах его слезы. Кинеша тоже плачет – хотя она знает, что королева не должна терять присутствия духа.

Изо всех сил она хочет верить в то, что Мбамба спасется!

Они приземляются в аэропорту Кении. Здесь надо пересесть на самолет до Москвы. Джордан передает девочке билет и документы.

– Я знаю, ты вернешься… – говорит он.

– А ты?

– Буду пока здесь тусоваться… В Таканию вернусь только в одном случае – если будет установлено законное правительство.

– Это скоро произойдет… – твердо отвечает она и хочет надеяться, что так оно и будет…

– Кинеша, проснись! Ты кричала во сне… – Римма осторожно похлопала Кинешу по плечу.

– Я кричала? Ах да – мне приснилось, как я убегаю от Ортезио… – Кинеша окончательно проснулась и села на постели.

– Ты не забыла – сегодня мы вместе идем в школу? – улыбнулась Римма.

– Такое забыть нельзя…

Сестры быстро собрались.

– А что ты не оделась во все новое? – удивилась Кинеша.

Римма смутилась.

– Потом… как-нибудь потом я это все надену… – сказала она. В самом деле, она еще не была готова к столь стремительной смене имиджа, ей было проще натянуть на себя свой обычный школьный наряд – широкое длинное платье и трикотажный пиджак, который полностью скрывал ее фигуру.

Когда они заходили в школу, на Кинешу с любопытством глазели все встречные.

Конечно, в их московской школе было много ребят разных национальностей. В десятом училась китаянка Лю Минь, похожая на фарфоровую куклу – таким ослепительно белым был цвет ее лица, в пятый ходили двое братьев-монголов, было еще много смуглых, темноволосых, с разным разрезом глаз… но такой, как Кинеша, еще не было никогда.

Когда они с Риммой вошли в класс, воцарилась тишина.

– Это кто такая? – присвистнул Иванов. – Похоже, нас решила посетить сама Уитни Хьюстон…

Кинеша действительно было немного похожа на эту певицу, только волосы у нее были гораздо длиннее.

– Тишина в классе! – вбежала Мария Степановна, учительница биологии. Никто не шумел, но Марь Степанна произнесла эту фразу по привычке.

Она шлепнула на свой стол журнал и с любопытством взглянула на Кинешу.

– Ага, в вашем классе новенькая… Что ж, я в курсе. Садитесь…

Римма покосилась на сестру. Та сидела рядом с ней спокойная, словно она уже не первый день присутствовала на уроках.

Марь Степанна зашуршала страницами журнала, нацепила на нос очки.

– Та-ак… Будем знакомиться. – Она вгляделась в записи и прочитала громко, слегка запинаясь: – Кинеша Леонимба Агассия Маритан Гаритана… о господи, язык сломаешь… Четвертая. Это что, фамилия такая – Четвертая?

Кинеша встала и с достоинством произнесла:

– Нет. Просто в роду Гаританов я четвертая девочка, которую зовут Кинешей. Можно просто Кинеша.

По классу прокатился гул, кто-то даже присвистнул.

– Тишина в классе! Мм… Ну что ж, Кинеша, садись. По-русски ты говоришь очень даже неплохо. Надеюсь, в биологии ты тоже разбираешься. Наша сегодняшняя тема – земноводные…

На переменке вся школа вышла посмотреть на Кинешу.

– Ой, какая же ты красавица! – взвизгнула Оля, а ее подруга Муся просто не могла закрыть рот от изумления. – Ну, как в этих клипах по MTV!

Каткова с Вишневецкой презрительно переглянулись. Теперь в их классе была девчонка, которая полностью их затмила.

Только Егор относился ко всему спокойно – ведь Римма уже предупредила его о своей африканской сестре.

На уроке литературы Асаф Каюмович спросил Кинешу о Достоевском – и она очень хорошо ответила.

– Гм… – одобрительно отозвался учитель. – Вот видите, ребята, – даже в Африке все читали Достоевского. А вы, оболтусы, не можете отличить Раскольникова от Свидригайлова!

Последним уроком была физкультура.

Римма не любила этот предмет – поскольку здесь ее способности были не столь заметны. Мальчишки играли во дворе в футбол, а девчонок заставили лазать по канату.

– У нас новенькая… – заметила Кира Олеговна – строгая подтянутая женщина в спортивном костюме, которая чуть что – свистела в свисток, который висел у нее на груди, – казалось, она даже дома не снимает его и с помощью пронзительных трелей командует своими близкими. – Ну, Кинеша Четвертая, вперед!

Кинеша неожиданно ловко вскарабкалась под самый потолок, а потом легко спустилась.

– Молодец! – Кира Олеговна свистнула. – Так, следующая пошла…

– Конечно, ей-то что… – громким шепотом произнесла Каткова. – Она там у себя, в Африке, небось с пальм не слезала!

– Да! Пливыкла бананы собилать… Я бы так тозе быстло наутилась… – поддержала подругу Вишневецкая.