Мороз по коже - Roxanne01

приговор её сыну, спустив на него Киллер Фрост.

При встрече мать Луиса напомнила мне мою мать. Это расставание — то немногое, что заставляет меня с тоской вспоминать о родном мире. И сейчас мне гадко.

Что у меня за душа, если из всех возможных миров она привела меня к отмороженной злодейке как к девушке мечты? Явно, появись у меня суперспособности, я был бы ближе к тем парням, которые скрываются в тени, чем к тем, кто широко улыбается с титульных страниц Дэйли Плэнет.

— Грин, а почему я?

Я смотрю на Фрост. Если она и волнуется, то мастерски это скрывает. Усевшись на полу, она приняла странноватую для пленницы позу: оперлась на бедро и вытянула свои умопомрачительно красивые ноги. Оторвать от них взгляд почти невозможно. Если этот откровенный наряд нужен ей, чтобы сбивать противников с толку, то работает он просто идеально.

— У таких, как Женщина-кошка и Ядовитый Плющ, толпы поклонников, — лениво продолжает Фрост, изучая меня с напускным интересом. — А ещё больше их у Гепарды, ты знал? Никогда не понимала, откуда у вас, мужиков, столько тяги к тому, чтобы поиметь кого-то, кто так напоминает домашнего питомца.

На Фрост надет намордник, но лишь для вида: замок на затылке не застёгнут, и она в нём свободно говорит.

— Ты красивая, смелая, сильная… — начинаю перечислять я.

— И именно в таком порядке, — пренебрежительно фыркает Фрост. — Ты помешан на красоте? Так и хочется спросить, не мечтаешь ли ты, как те иваны из сказки покойного Луиса, затащить Снегурочку в койку.

— Ты знаешь русский фольклор? — изумляюсь я, уходя от опасного вопроса.

— Только самые морозные его кусочки, — с перчинкой отвечает она. — Было время, я работала на известного русского олигарха. И знаешь, однажды вместо привычного заказа на убийство или взлом он вызвал меня в свою резиденцию и предложил куда более необычное дельце, чем обычно. Представляешь, он захотел, чтобы я надела синюю шубку, заплела косу и под рождественской ёлкой напихала ему во все дыры охлаждённым стеклянным дилдо.

— И ты согласилась? — кисло интересуюсь я. Чувствую, что ответ меня не порадует.

— Ещё как, — хмыкает она. — Он заплатил мне за эту шалость столько, что я целый год на дело не ходила и жила, как настоящая королева. Да что там! Ходят слухи, что сама Чудо-женщина устраивала ему бондаж своим лассо истины.

— Чушь, — отмахиваюсь я.

— Не будь так уверен, — парирует она. — Эти снобы из Лиги Справедливости вовсе не такие, какими хотят казаться. Официально за геройства не платят, но при этом никто из них не бедствует. А богатеи, политики… почти все они — нижние. Стоит помочиться на одного или позволить другому лизнуть анус, и тебя уже осыпают золотом. Думаешь, тот же Бэтмен днём трудится в офисе, чтобы по ночам гоняться за клоунами на дорогих тачках? Или что его «Робины» бегают за ним только ради боевой поддержки? Ну какой в бою может быть прок от ребёнка? Да ещё от ребёнка, одетого в яркие плавки вместо штанишек. Да это товар лицом! По личному опыту скажу, что власть имущие делятся на тех, кто любит, когда девушки и юноши загибают их, и тех, кто любит загибать сам. И как правило, не девушек, а вот таких смазливых мальчиков, как подручные Бэтмена. Так что уважаемый и устрашающий готэмский линчеватель в моих глазах похож на сутенёра в костюме.

Теория занятная, но я молчу. Похоже, Фрост заговорила лишь потому, что всё же нервничает.

В какой-то миг меня посещает осознание: это и правда не комикс. Мне уже известно, что реальность этого мира на деле оказалась куда грязнее, чем всё, что я видел на глянцевых страницах комиксов. Проституция всех сортов, убийства из-за ревности или власти, торговля людьми, принуждение… Всё это здесь норма, едва прикрытая блестящими костюмами и громкими лозунгами. На деле этот мир пугающе напоминает мой родной. Разница лишь в том, что там не было «суперов». Были кинозвёзды, которые за пределами экрана занимались тем же, о чём с ледяной усмешкой говорит Фрост.

— Ты поэтому так одеваешься? — наконец озвучиваю я вопрос, который терзал меня совсем недавно.

Фрост приподнимает синеватую бровь, и я уточняю:

— Чтобы срубить бабла, по-лёгкому ублажая всяких извращенцев?

— По-лёгкому? А ты попробуй битый час намахивать бёдрами, толкая дилдо в зад всякому извращенцу, — усмехается Фрост. — Эта стекляшка приносит только скуку и боль в растёртой пряжками пояснице. Да и юных симпатяг среди моих заказчиков не найти, скажу тебе по секрету.

— Король акул тоже не выиграл бы ни один конкурс красоты, но тебя это не остановило, — нагло произношу я, осознавая, что играю в опасную игру. Но другой у меня просто нет. — Перед нападением на Аркхем вы неплохо сдружились.

— А это ты откуда узнал? — Фрост щурится, и её взгляд становится подозрительным.

Я ухмыляюсь. Пора показать ей, что я не простой нуб. А для этого нужно применить свои «особые» знания, которые слишком долго пылились на полке.

— Спроси об этом, когда мы выберемся отсюда, — продолжаю интриговать её я. — А пока можешь поверить, что ответ удивит даже тебя.

— Меня сложно удивить, Джон Грин.

— Мне удастся, — уверенно заверяю я, и Фрост начинает коварно улыбаться.

— А ты и правда забавный.

Она вновь потягивается, словно разминая плечи и поясницу, но выглядит при этом дико соблазнительно. Кажется, особые уловки, чтобы повысить свою ценность в глазах союзника, применяю не только я.

Это обнадёживает.

Щелчок замка резко выводит меня из размышлений. Выхватив из-за пазухи шокер, я бегу к двери, готовясь атаковать. Но это Бекки. Она смогла!

В руках у неё ключи с приметным брелком в виде акриловой Бетти Пейдж. Я прячу шокер за пазуху и едва успеваю забрать всю связку, прежде чем Бекки входит и замечает Фрост.

— Что за чёрт, Джон? — выдыхает она и тянется за пистолетом.

Я перехватываю руку Бекки. Позади звякает клетка. Фрост выходит наружу. Дверь открыта, и она может больше не играть роль пленницы.

— Пусти! Это Киллер Фрост!

— Она на нашей стороне, — говорю я, удерживая Бекки.

— На нашей?! Она убийца полицейских, Джон! Отморозила голову Уоллесу, напарнику Дерека!

— Бекки!

— Отойди, Грин, — бросает Фрост, и боковым зрением я вижу, как её руки начинают светиться ледяным сиянием.

— Без Бекки нам холл не пройти, — предупреждаю я.