Влюбленные - С. Стивенс

– Мой агрегат готов принять поздравления в любой форме, если кто-то захочет сделать это в приватной обстановке!

Я закатила глаза и отвернулась, а Келлан чуть ли не пинками погнал Гриффина к их столику. Да уж, у моей сестры явно что-то не так с головой, раз она встречается с этим человеком. Если, конечно, то, чем они занимаются, вообще можно назвать свиданиями.

Когда парни устроились на своем месте, Пит, владелец бара, подошел их поздравить. Со сдержанной улыбкой он пожал руку каждому из четверки. Выражение его лица, конечно, было далеко от несчастного, но он не выглядел и радостным. Келлан как-то сказал, что Пит не слишком хорошо умел подыскивать группы для выступлений в баре – именно поэтому «Чудилы» играли здесь так часто. Пит и его деловой партнер Сэл однажды договорились с ребятами, предоставив им право выступать на их сцене каждые выходные. Так парни получили постоянную площадку, а заодно и надежное место, где можно было хранить инструменты. Питу с Сэлом, в свою очередь, это дало передышку, позволив достаточно долго не заниматься поисками новой группы для развлечения посетителей. Обоюдная выгода от этой сделки стала еще более очевидна, когда «Чудилы» привлекли в бар массу народа.

По слегка нахмуренному лбу Пита в тот момент, когда он пожимал руку Келлана, было ясно, что он начинал понимать: «Чудилы» переросли его бар и, пожалуй, ему вскоре снова придется искать таланты.

Когда Пит наконец оставил ребят наедине с их выпивкой, на прощание похлопав по спине Эвана, бар вернулся к обычной жизни. Большинство посетителей продолжили свои разговоры, и лишь несколько человек подошли к столику группы, чтобы лично поздравить музыкантов. К счастью, какой-нибудь безумной фанатки, готовой поздравить Гриффина так, как он того желал, среди них не нашлось.

Несколько поклонниц продолжали таращиться на Келлана, но не позволяли себе ничего такого, из-за чего мне захотелось бы выцарапать им глаза. Ни одна из них не оказалась достаточно храброй или достаточно пьяной, чтобы приблизиться к его столику, и хотя бы этим я была довольна.

Один за другим «Чудилы» покинули бар. Мэтт просидел час или два, а потом, застенчиво улыбаясь, сказал, что у них с Рейчел есть кое-какие планы на вечер. Гриффин покосился вслед своему двоюродному брату, сделав непристойный жест рукой. К счастью, он и сам ушел часом позже, прихватив с собой какую-то блондиночку. Она так пылко таращилась на него, когда они покидали бар, что я была совершенно уверена: Гриффин наконец получит награду, о которой мечтал. Я лишь покачала головой, не придавая значения тому, что Гриффин уходит с другой женщиной. Такое случалось постоянно. Как-то раз я попыталась поговорить об этом с Анной, но та только пожала плечами и сказала, что ей наплевать. Он был свободен делать, что ему вздумается. И она тоже.

Эван просидел до самого закрытия и ушел вместе с Дженни, когда закончилась ее смена. Келлан тоже остался, чтобы подождать меня. Когда я протирала какой-нибудь из столиков поблизости от него, он наблюдал за мной с восхитительно провокационной улыбкой, а Рита точно так же таращилась на Келлана.

Да, все вернулось на круги своя.

Когда я освободилась, Келлан повез меня к себе, наотрез отказавшись провести еще одну ночь на моей бугристой кровати. На его губах играла мирная улыбка, когда он поворачивал на свою улицу. Я не знала, чему он улыбался: то ли радовался, что возвращается домой после нескольких дней отсутствия, то ли наслаждался тем, что везет домой меня. Наверное, тут было и того и другого понемногу.

Мы подъехали к его крошечному белому дому, и Келлан заглушил мотор. Свет не горел. Когда мы жили здесь все втроем – Келлан, Денни и я, – этот дом казался теплым и шумным, но теперь здесь обитал один Келлан, и дом выглядел слишком уж тихим. Пока Келлан открывал дверь, я подумала, что, возможно, в этом и таилась причина его улыбки: Келлан предпочитал шумные жилища. Я выяснила это, когда однажды спросила, не хочет ли он снова сдать комнату.

Тогда, немного нахмурившись, он ответил:

– Я, вообще-то, думал об этом. Но… не знаю. Понимаешь, это вроде как твоя комната, и я не хочу сдавать ее кому-то еще.

Его слова весьма порадовали меня и согрели, но, когда я стала допытываться, нужны ли ему деньги, которые можно заработать таким образом, он лишь пожал плечами и сказал:

– Нет, я никогда не сдавал комнату ради денег, – и, напевая что-то себе под нос, добавил: – Я просто не люблю оставаться один.

Видит бог, Келлан иной раз прямо разрывал мое сердце.

Я вошла в коридор и оглядела знакомые комнаты. Все в этом доме было чем-то вроде обоюдоострого меча для меня. Мне нравилось находиться здесь с Келланом. Я наслаждалась воспоминаниями о том, как мы с ним устраивались на диване перед телевизором, как занимались любовью в его спальне, но здесь всегда был еще и Денни.

Его призрак как будто завис в этом доме. Вот он прислонился к кухонной стойке, держа в руках чашку с чаем. Вот – развалился на диване, смотря спортивную программу по телевизору. Или принимает душ, возможно, даже вместе со мной. А наша комната? Первое место, где мы поселились как пара, – именно ее Келлан отказывался вновь сдавать кому бы то ни было. В ней присутствие призрака ощущалось еще сильнее. Так сильно, что я не желала туда входить. Я даже на дверь этой комнаты смотреть не хотела, но заметила, пока мы с Келланом шли к его спальне, что дверь эта заперта, и подумала, что Келлан, наверное, тоже туда не входил. Так и есть – обоюдоострый меч.

Оставив в углу футляр с гитарой, Келлан наблюдал за тем, как я сажусь на его кровать:

– Ты в порядке?

Я постаралась улыбнуться как можно шире и оперлась на локоть. Лицо Келлана немного просветлело.

– В полном!

И в основном это было правдой – я чувствовала себя неплохо. Я отпустила Денни и уже понемногу начала прощать себя за неверность. Но все равно мне иной раз тяжело было находиться в этом доме, и Келлан знал это. Наверное, именно поэтому он перестал настаивать на том, чтобы я перебралась к нему. Я просто не готова была каждый день иметь дело с призраком.

Сев рядом со мной, Келлан положил ладонь на мое бедро, и это мгновенно воспламенило меня.

– Я так рад, что ты здесь, – прошептал он.

Выпрямившись, я закинула руки ему на шею:

– А что мне оставалось? Ты ведь не позволил мне сесть за руль.

Келлан хихикнул и наклонился, чтобы поцеловать меня. Тихо смеясь, я запустила пальцы в его встрепанные волосы и откинулась спиной на подушки, увлекая его за собой.

Он тут же завелся, его руки заскользили по моему телу, и он стал укладываться рядом со мной поудобнее. В этот момент я подумала обо всех женщинах, которые горели желанием овладеть Келланом в эти выходные, о тех, с кем он мимоходом заигрывал, с кем просто вежливо знакомился или на кого не обращал внимания, – и меня распирало от гордости. Келлан не хотел ни одну из них. Он хотел меня. Он любил меня. И видит бог, как сильно любила его я.