Латинист - Марк Принс

class="p1">В Бодлианской библиотеке она открыла комментарий Конти и отыскала случайную подробность, которая и вывела ее на Лукрецию: «si pensava che fosse morto a Isola Sacra». «Считается, что он скончался на Изола-Сакра». Что и по сей день звучало забавно, потому что она до конца просмотрела страницу на итальянском и не нашла ничего, что подкрепляло бы версию о месте кончины Мария, — были лишь новые предположения касательно смысла отдельных строк текста, рассуждения о грамматике и ряд отступлений, которыми Конти был знаменит. Какой же козел этот Конти — и какое чудо эта написанная им бредовая невнятица, ибо когда через несколько месяцев Тесса узнала, что Лукреция Пагани будет руководить раскопками некрополя на Изола-Сакра, из памяти почему-то всплыл этот бриллиантик.

Тесса, пожалуй, слишком экспансивно вела себя на первой встрече с Лукрецией. Однако время почти полностью поглотило все тексты Мария, и даже ради самых крошечных крупиц информации Тесса была готова напрочь отказаться от светского лоска. Эти самые пять стихотворений от забвения спас Кодекс Салмасианус — антология малоизвестной поэзии на латыни, в которой творчество Мария датировалось II веком нашей эры. Единственным помимо этого древним источником, подтверждавшим, что Марий действительно существовал, была «Суда», византийская энциклопедия X века, и краткую статью оттуда Тесса давно заучила наизусть: «Публий Марий Сцева. Поэт, писавший холиямбом. Был женат на Сульпиции». В «Суде» содержатся цитаты из многих утраченных источников, равно как и отсылки к ним, так что в некоторых случаях она оказывается уникальным связующим звеном с письменной историей Древнего мира. По просьбе Тессы они с Лукрецией встретились наспех на заре в кофейне рядом с железнодорожной станцией Глостер-Грин — Лукреция спешила на автобус в Хитроу. Тесса рассказала ей про Публия Мария Сцеву и про ссылку у Конти. Может, это все пустое, но про Мария известно так мало, что даже самое незначительное подтверждение, причем любого толка, будет очень кстати. Бежевый чемодан с кожаной отделкой явно выказывал нетерпение, Лукреция же внимала в царственном молчании. Отсутствие дополнительных доказательств у Конти не произвело на нее никакого впечатления. Она не то чтобы вела себя недружелюбно, такого за ней не водилось, но от нее просто исходил дух дорогой неприступности. Кончилось дело тем, что Лукреция сообщила Тессе: ей пора, иначе она опоздает на самолет; пора быстренько сворачивать разговор. Тессе тут же пришли в голову два полезных вопроса: к какому веку относятся захоронения на Изола-Сакра? И каков был классовый состав погребенных?

— А можешь придумать вескую причину того, что ныряльщик не слышит крика птиц? — сказала вместо этого Тесса. Тут Лукреция вдруг улыбнулась, как будто Тесса выпустила ее из темницы очень скучного разговора.

— Просто изумительный вопрос, — похвалила она. — Ныряльщик — в смысле, urinator? Тот, что доставал вещи из воды?

— Да, — кивнула Тесса, подметив, как изменилось поведение ее собеседницы.

Тут Лукреция пустилась в рассуждения, которые поначалу показались не относящимися к делу: известно ли Тессе, что Назаре, древняя рыбачья деревушка в Португалии, — мекка серферов? У самого берега пролегает подводный каньон, он сжимает водные пласты в огромные вздымающиеся валы. Со старого маяка на берегу можно наблюдать, как мужские и женские фигуры точками мелькают на гребнях волн высотой в двадцать с лишним метров. Именно ради этой подводной аномалии в Назаре слетаются серферы со всего мира, да и там их живет немало. Обо всем этом Лукреция узнала из беседы с врачом-лором, который там живет.

Археологи, работавшие на Изола-Сакра, поначалу не обратили особого внимания на миллиметровые утолщения в ушных каналах некоторых черепов из некрополя. Вроде бы мелочь, скорее всего просто дефекты строения кости — так они подумали. Вот только наросты эти попадались снова и снова, причем исключительно в мужских черепах. Уже набралось шестьдесят семь, но это еще не конец.

— Генетические аномалии становятся более частотными в изолированных сообществах, в которых все… Ну, сама понимаешь. — Лукреция не сразу подобрала английский эвфемизм.

— Спят с сородичами? — выпалила Тесса, тоже не придумав лучшего способа обозначить инцест.

— Ага. — Лукреция рассмеялась. — Можно и так сказать. Однако на Изола-Сакра был крупный порт. Это тебе не Папуа — Новая Гвинея. И не британская аристократия.

Лукреция попыталась разобраться и выяснила, что «выпирающие ушные экзостозы» обнаруживали и другие археологи, а в современном мире они встречаются у серферов и спасателей на воде.

— И называется это «ухо серфера».

Ей дали контакты врача-лора из Назаре, специалиста по удалению этих самых экзостозов. Он постоянно обнаруживал их у профессиональных серферов. Длительное нахождение в холодной воде вызывало раздражение мягких тканей в слуховых каналах, а потом образовывались костные наросты. Со временем они, по сути, перекрывали слуховые каналы.

— Мой босс, похоже, считает, что причина их происхождения — термы, бани.

— А у тех, кто не живет на побережье, бывают ушные экзостозы? — спросила Тесса.

— Так я о том и говорю.

— Образ жизни ныряльщиков во многом был похож на образ жизни серферов, — заметила Тесса.

— Вот именно! Я имею в виду длительное пребывание в холодной воде — а кому еще чинить подводные фундаменты? Кому доставать тонны ценного груза, после того как в гавани затонет судно?

Тесса проводила Лукрецию до самого перрона — та все еще говорила.

— Более того, все черепа, в которых обнаружены эти наросты, принадлежат телам, которые легко идентифицируются как мужские. Скелеты до определенной степени обладают половым диморфизмом, если говорить о периоде после пубертата, но уши? Я тебя умоляю.

Лукреция отдала водителю автобуса свой щегольской чемодан, чтобы он положил его в багажник, потребовала в будущем продолжения разговора, поцеловала Тессу в обе щеки, пригласила приехать на Изола-Сакра и прошествовала в салон. Размытая фигура проплыла по проходу, добралась до своего места. Лукреция постучала по оконному стеклу. Тесса помахала рукой. Лукреция попыталась ей что-то сказать, шевелила губами. Тесса шагнула ближе, указала на свое ухо. Судя по движениям губ, Лукреция говорила: ты меня слышишь?

Тесса покачала головой и произнесла:

— Нет.

Лукреция рассмеялась и подняла большие пальцы.

За следующий год они сильно сдружились, обменивались электронными письмами про Мария и Изола-Сакра, встречались за кофе, если Лукрецию заносило в Оксфорд. Лукреция пообещала докладывать Тессе все новости касательно urinatores из некрополя, а также касательно самого Мария — хотя какие именно о нем могли быть новости, оставалось вопросом непроясненным.

За окнами Бодлианской библиотеки сгущались сумерки. Тесс засунула неопрятную стопку проверенных работ в сумку, открыла ноутбук, прочитала письмо от Лукреции с темой: «Приедешь?» Подобные записки приходили довольно регулярно. В этой Лукреция укоряла Тессу за то, что во время предыдущего разговора она бросила трубку, сообщала,