Навсегда в моём сердце - Егор Селявин

Вернувшись в зал, присел на диван в ногах у спящей девушки. В ее позе тоже ничего не поменялось: вытянутые стройные ноги, левая рука, свисающая с дивана, волосы, разбросанные по подушке. Нижняя часть блузки, ранее заправленная в юбку, задралась, обнажив небольшой участок мерно вздымающегося при дыхании живота.

Сергей несмело положил ладонь на открывшуюся часть тела. Погладил. Приятная истома наполнила его тело. Он подсел ближе — и уже вторая рука лежала на ее животе.

Парень от удовольствия зажмурился. Осмелев, он расстегнул пуговицы блузки, кроме верхней, над которой была завязана на бантик черная тесемка. Он хотел развязать и ее, но дрожащие руки лишь сильнее затянули узел.

«Ну и ладно!» — подумал Сергей, распахивая блузку.

Грудь девушки скрывал белый бюстгальтер.

«Странно, — подумал парень, — зачем ей лифчик? Сисек же почти и нет! Когда мы танцевали, и она прижималась ко мне, вроде были! Вот у Юльки, что в вертикальном положении, что в горизонтальном — все на месте! — Сергей, чтобы удостовериться, обеими руками помял плотную ткань чашек бюстгальтера. — Да нет, на месте, — с удовольствием подумал он. — Так даже лучше — аккуратно в ладонь помещаются!»

«Ну а что у нас с ногами?» — Сергей сдвинулся назад.

Обеими руками провел по бедрам спящей девушки сверху вниз. Но вместо того, чтобы плавно скользить по гладкой поверхности капрона, его грубые, обветренные ладони, покрытые ссадинами и царапинами, ежесекундно цеплялись за ткань.

«Ладно, давай попробуем по-другому!» — сообразил он и, найдя под юбкой пояс колготок, потянул их вниз. Стягивая колготки, он не сводил глаз с лица Даши.

Но ни одна мышца ее лица не реагировала на его действия. Лишь кончики пальцев руки, касающейся пола, слегка подрагивали.

— Вот и молодец! — обращаясь непонятно к кому, прошептал Сергей.

Когда же молодой человек перевел взгляд с лица девушки на свои руки, он понял, что вместе с колготками стащил с нее и трусики!

Его сердце бешено колотилось. Он провел ладонями по своему лицу. Сейчас стоит только приподнять юбку и… И он это сделал!

Теперь, когда Даша лежала перед ним обнаженная, не считая мелких, уже ничего не значащих деталей одежды, он гладил ее, пощипывал, мял везде, где только мог себе позволить! А позволить он мог все, пользуясь ее беспомощностью и своей безнаказанностью.

«А не на это ли мне намекал Паша? Заинтересуй ее, говорил, будь смелее! Он прямо сватал ее мне. А Даша? Походу, и она в меня втюрилась. Как она висела на мне весь вечер! Спать хотела? Уж не намекала ли она? Может, со мной спать? Заботливая: вон, про зуб вспомнила. Ужин специально для меня приготовила! Рок любит, музыкантов поименно знает. Любую иностранную песню, говорит, для тебя переведу! И вообще, ты настоящий мужчина, не то, что этот Паша!»

Чем больше Сергей вспоминал и додумывал события прошедшего вечера, тем больше ему казалось, что все было подстроено ради него!

«Даша умница, все учла, вечеринку устроила для меня. Гости — так, для отмазки. Поняла однажды, что Паша — не вариант: нытик, скучный, до приторности сладкий. Таких, как он, мутными называют!»

Он еще раз осмотрел девушку с ног до головы и понял, что джинсы ему стали ну очень тесны! Дрожащими руками он окончательно стянул с девушки колготки и бросил их за подлокотник дивана. Снятые с себя джинсы он аккуратно сложил и разместил рядом. Трусы просто сбросил на пол.

Но самое неприятное его ждало впереди, потому как заниматься сексом на узком диване со спящей оказалось не таким простым делом. Он пробовал и так и сяк: то раздвигал ей ноги, то сгибал их в коленях, то пытался положить девушку поперек дивана. Наконец, он нашел наиболее приемлемую позу и у него получилось!

«Вот видишь, Даша, все как ты хотела! Да? Ты же об этом мечтала? А я докажу тебе, что ты не ошиблась в выборе! Потому… что… я… тебя… люблю… Я… сделаю… твою… жизнь… незабываемой… Я… выполню… любую… твою… просьбу… или сдохну! Клянусь! Да-а-а-ша-а-а!»

Сергей уловил тот момент, когда разумно было завершить акт дружбы между «красавицей» и «чудовищем»! Он встал над девушкой на колени и в ту же секунду «выстрелил» в нее тугой струей спермы, которая попала девушке на лицо, шею, грудь, и последние капли — на живот.

Сергей хищно возвышался над девушкой, глубоко и часто дыша, запрокинув голову к потолку. Пот ручьем стекал по его лицу и шее под свитер, который он забыл снять в порыве страсти.

«Ну вот и все. Теперь ты, Даша, моя лестница в небо! И как бы дальше ни сложилась твоя и моя жизнь, я буду твоим исполнителем желаний! Все, что будет в моих силах, любое твое желание для меня — закон! Стоит тебе только намекнуть — в лепешку расшибусь, но исполню!»

— Убей меня, — произнес кто-то шепотом, еле слышно.

— Что? Не понял, что? — мысли Сергея витали где-то в небесах, далеко от этой комнаты.

— Убей меня, пожалуйста… — все так же тихо произнес кто-то.

Сергей со страхом оглядел комнату и… О ужас: в старом кресле, стоящем возле елки, повалившись набок, сидел Паша!

Сергей сполз с дивана и, не отрывая взгляда от сидящего, быстро натянул трусы и джинсы.

«Когда же этот гад выполз из кухни? Неужели он все видел? И что он будет теперь предъявлять? — страшные мысли крутились у него в голове. — Будет меня шантажировать? Неужели это все было подстроено им? Гости, водка, сказки про разрыв с Дашей? В конце концов он что-то подсыпал ей. И вот достойный финал!»

Сергей пристально, почти в упор смотрел в лицо сидящему. Но нет, Паша спал, никаких сомнений: склоненная голова, отвисшая челюсть, слюна, текущая изо рта.

— Убей меня, — опять послышалось ему.

Сергей резко обернулся, обводя комнату взглядом.

— Кто здесь? Кто? — с ужасом спрашивал Сергей.

Спрятаться в почти пустой комнате было невозможно. Пройти неслышно, как это сделал Паша, — да, но затаиться — нет, нет и нет!

— Убей… Убей… Убей… — монотонно повторял чей-то голос.

Парень схватился за голову, закрывая уши ладонями. Но это не помогало. Этот же голос, казалось, на уровне ультразвука проникал в каждую клеточку мозга, угрожая расплавить его.

— Хватит! Пожалуйста, хватит! — взмолился Сергей.

Голос стих. Парень нерешительно опустил руки. Тишина. Он подошел к дивану с безмятежно спящей на нем девушкой. Нагнувшись, всмотрелся в ее спокойное бледное лицо.

Вдруг, как ему показалось, ее губы дрогнули. Он нагнулся ниже, почти