Навсегда в моём сердце - Егор Селявин

Закрыв диван, Надя взбила подушку и положила в изголовье.

— Клади ее. Только аккуратно!

Юра бережно уложил Дашу.

— Ни фига она спит! Даже не пошевелилась! Я тоже хочу таких таблеток. А то, бывает, ворочаешься полночи, а сна ни в одном глазу! — позавидовал Виталий.

Надя строго посмотрела на парня:

— Значит, не устаешь, раз не спишь! Сидишь целый день со своими бумагами и реактивами, химичишь. На свежем воздухе чаще бывать надо, тогда и сон будет! Мне другое интересно: что за препараты она принимает? Больной она не казалась. Странно как-то!

Надя покосилась на Сергея.

— Да не знаю я! Паша, кстати, тоже спит.

Ксюша, стоявшая в стороне, прошла на кухню.

— Ага, спит, — коротко ответила она, вернувшись в зал.

— Ладно, завтра разберемся, — подытожила Надя. — Какие предложения на сегодня?

— Можно ко мне: посидим, чай попьем, — предложил Виталий, поглядывая на Ксюшу.

— Нет, ребята, вы как хотите, а я домой! — со вздохом ответила Надя. — Проводите?

— Я тебя провожу! — предложил Сергей — Нам в одну сторону.

— Нет, Сережа, ты сперва разбуди Пашу. Приберитесь тут. Хотя бы посуду отнесите на кухню. Дашу не будите, пусть спит. Я завтра приду, помогу ей. И проследи, чтобы Паша после твоего ухода дверь на ключ закрыл. И не пейте больше, а то знаю я вас!

— Хорошо, — согласился он.

Гости прошли в прихожую. Виталий галантно помог одеться Ксюше, придержав дубленку. Юра, последовав примеру Виталия, помог Наде надеть пуховик.

Гости коротко попрощались с Сергеем.

— Я на тебя надеюсь, Пирог! — напомнила Надя, выходя за дверь.

— Да понял я, — со вздохом подтвердил парень.

Дверь закрылась. Сергей стоял в прихожей один.

«И что теперь? — задался он вопросом. — Мне-то что делать?»

Он вернулся в комнату. На диване, не поменяв позы, спала Даша. Правая рука была вытянута вдоль тела, левая, свесившись с дивана, кончиками пальцев касалась пола. Челка, которую она поправляла в течение вечера, сейчас закрывала весь лоб и глаза. Паша по-прежнему спал за столом, положив голову на согнутые руки. Что в зале, что на кухне, несмотря на открытую форточку, воняло паленым пластиком абажура.

Подойдя к дивану, Сергей присел на корточки у свисающей руки девушки, взял ее за запястье, пытаясь нащупать пульс. Но у него ничего не получилось. Да это было и неважно. А вот просто держать теплую, нежную ладонь в своей руке было приятно. Он рассматривал кисть со всех сторон, водил по ней указательным пальцем, как хиромант, изучающий линии, перебирал пальцы с аккуратными, совсем не острыми и не длинными ногтями. И как-то само собой получилось, что он провел по своей щетинистой щеке ее мягкой ладонью. Сергей зажмурился от удовольствия.

«Оказывается, можно быть счастливым от простого прикосновения! Или важно, кто прикасается? Или какие чувства в это прикосновение вкладываются? — размышлял парень. — Хотя о каких чувствах я рассуждаю? Ведь это я сам себя, дурак, жалею! Мой уровень удовольствия — Юлька с ее фальшивыми поцелуями и нежностями! Нужен я ей, как собаке пятая нога! Да и я в ней тоже не особо нуждаюсь!»

Сергей заботливо убрал челку со лба девушки.

«И все же она какая-то странная, — подумал Сергей, в упор разглядывая лицо Даши. — Вроде бы спит, глаза закрыты, а такое ощущение, что следит за мной. И это выражение лица… Вот если сделать так, — парень ладонью прикрыл верхнюю часть лица девушки, — то кажется, что она на что-то обиделась. А если так, — Сергей переместил ладонь, прикрыв Даше рот и подбородок, — кажется, что она смеется! Во сне!»

Сергей наклонил голову и коснулся щеки губами. И еще раз, но уже задерживая прикосновение.

«Почему же она казалась мне такой недоступной и взрослой? Ведь у нас разница в один год! И нужно будет у Нади поинтересоваться, когда и где они познакомились? Ведь она, как и я, “человек не их круга общения”. Или это только для Пашки важно? Еще в мои друзья записался. Да фиг там! Приезжал ты ко мне с одной целью — похвастаться: “Я умен, я крут, я умею жить!” А с девчонкой ты ошибся, Паша! Думал, не уродка, с приданым, с богатым папой! Только Даша оказалась умнее тебя во сто крат! Но почему ты ее так упорно мне сватал? Или я и вправду ей нравлюсь? А что, может быть! Вон она как во время танца ко мне прижималась! И про зуб мой спросила. Переживала, наверно!»

Сергей продолжал рассматривать спящую девушку, не отпуская ее руки. И мечтал, что когда она проснется, обязательно признается в любви! И если Даша отвергнет его, то пусть знает, что у нее есть друг, который будет защищать ее и выполнит любую просьбу!

— Сдохну, но выполню! — в продолжение мысли прошептал он.

Сергей опять наклонился над девушкой и поцеловал в губы. Не поцеловал — лишь прикоснулся. Но даже этого хватило, чтобы кровь взыграла во всем теле. Парень поднялся и присел на краешек дивана, продолжая держать руку девушки.

«Интересно, что ей снится? — размышлял Сергей. — Говорят, что человеку, когда он спит, можно внушить что угодно, как под гипнозом. Может, и мне это удастся?»

— Даша, я тебя люблю, — полушепотом произнес Сергей, пытаясь придать своему голосу уверенности. — И хочу, чтобы ты всегда была со мной! Я исполню любую твою просьбу! Клянусь! Я твоя «лестница в небо»!

Закончив торжественную речь, Сергей наклонился и поцеловал спящую девушку в лоб.

«Да что это я? — тут же испугался он. — Матушка говорит, что в лоб только покойников целуют!»

И поцеловал девушку в губы. Ему вдруг показалось, что Даша вовсе и не спит, а просто лежит с закрытыми глазами и наслаждается его признаниями.

— Даша? — тихо позвал он.

Девушка не реагировала. Тогда он обхватил ее подбородок и слегка потряс. Сомнений не было: Даша спала. Сергей не знал, радоваться этому или огорчаться. Он тяжело вздохнул и, встав с дивана, осмотрел комнату.

В тускло-красном свете торшера зал, покинутый гостями, представлял собой жалкое зрелище: вилка, кем-то оброненная на пол, сдвинутые стулья, стол, заставленный грязными тарелками, пустыми бутылками и салатниками с остатками закуски. И этот тошнотворный запах горелой пластмассы вперемешку с запахом заветренных, недоеденных салатов! Дополняли невеселую палитру красные блики на отражающих поверхностях посуды.

«Прямо этюд в багровых тонах!» — пришло в голову Сергею.

Лишь елка, стоявшая в стороне у стены, украшенная немногочисленными игрушками и нитками дождя, оживляла тоскливую картину.

Гость прошел на кухню. Паша спал в той же позе, навалившись корпусом на стол и похрапывая.

Сергей открыл кран в