Месть Яна - Анна Бартова

Кристофер угрожающе сделал шаг вперед, Конор не шелохнулся. Черные глаза Франсуа впились в небритое лицо молодого разбойника, и железным тоном, который заставлял даже Яна содрогаться, он произнес:

— Немедленно отдай мистеру Эскью его выигрыш.

Глаза Конора трусливо забегали, сам он как-то сжался и отступил.

— Сейчас же, — велел Франсуа, обернувшись к Кристоферу, — верни Конору деньги, что он выиграл.

Под пристальным надзором властных глаз Франсуа противники отдали друг другу деньги. После этого Конор резко повернулся и, бросив на Кристофера убийственный взгляд, ушел. В эту минуту к друзьям подошла Сесилия и поинтересовалась:

— Что произошло?

— Ничего, — буркнул доктор.

— Мэри, пойдем, потренируемся в фехтовании, — безмятежно предложил Франсуа, слегка улыбаясь и мягко беря Сесилию за локоть.

Пожав плечами, миледи Вэндэр направилась в кают-компанию.

Этим же вечером, когда склянки пробили время ужина, Кристофер, удобно устроившись на верхней палубе, с удовольствием вдыхал аромат жареного мяса. Только он хотел откусить жирный кусок свинины, как к шулеру подошел Конор и, не сводя глаз с еды, любезно произнес:

— Приятно подавиться.

— Убирайся, — прошипел Кристофер.

Конор брюзгливо фыркнул и присел рядом с доктором. Крис процедил что-то нелестное и быстро поднялся на ноги. Не успел он еще встать, как Конор подхватил тарелку мистера Эскью и впился зубами в сочное мясо. Кристофер с минуту наблюдал, как молодой авантюрист поглощает его порцию, затем криво усмехнулся и направился прочь. Вскоре Кристофер уже входил в трюм, где висели гамаки.

Кристоферу не потребовалось большого труда, чтобы найти место сна своего врага. Тут же под гамаком находились и вещи Конора. Присев на корточки, он принялся обследовать содержимое небольшого тюка. Крис не собирался ничего красть, он хотел найти нечто такое, что компрометировало бы Конора, чтобы Рыжая Мэри вышвырнула его с «Надежды». Не зная точно сам, что именно он хочет найти, Кристофер высыпал все немногочисленные пожитки Конора на пол. Перебирая вещь за вещью, он складывал их обратно.

Неожиданно позади него кто-то кашлянул. Кристофер вздрогнул и поспешно оглянулся. Позади него стоял Конор и нагло улыбался.

— Так ты еще и вор, — негромко произнес тот.

Кристофер вскочил на ноги, в этот же миг молодой разбойник выхватил из-за пояса кривой нож. Крис замер, правая рука его стремительно шмыгнула в карман. К великому сожалению, там не было ничего кроме длинной отмычки. Решив, что лучше что-то, чем ничего, Кристофер вытащил отмычку, сжимая ее так, будто в руке был кинжал.

Наступила непродолжительная, но мучительно тягостная пауза. Стремительно Конор бросился на своего врага, пытаясь поразить того в сердце. Кристофер, сжав добела руку, ударил зубцами отмычки по костяшкам противника. Конор заскулил, и рефлекторно пальцы его разжались. Закругленный нож со звоном упал на пол, Кристофер поспешно отшвырнул ногой оружие в сторону.

В тот миг, когда Конор готов был ударить медика, в трюм вошел один из матросов «Надежды». Увидев двух разъяренных врагов, он поспешно встал между ними и, посмотрев на Кристофера, сухо потребовал объяснений.

— Тебя это не касается. Уходи, — мрачно процедил тот, не спуская глаз с хитрого лица Конора.

— Касается, — отрезал тот. — Что между вами произошло?

— Уйди, это не твое дело, — еще более мрачно отозвался шулер.

Матрос вопросительно обернулся к Конору. Вместо того, чтобы еще раз повторить слова медика, Конор выдавил жалостную гримасу и жалобно просипел:

— Этот человек мечтал ограбить меня, а когда я это обнаружил, он напал на меня и хотел убить.

В качестве доказательств он продемонстрировал содранную кожу на руке и разбросанные вещи.

— Ложь! — вмешался Кристофер. — Все ложь.

— Вы двое, пройдите к сэру Леводу, — хмуро отозвался матрос. — Он вас рассудит.

— Уж он-то рассудит, — с иронией отозвался мистер Эскью.

— Я согласен, — масленым голосом сказал Конор.

Вскоре Конор и Кристофер стояли перед Эдуардом. Сэр Левод отпустил матроса и, смерив двух одинаково неприятных ему людей взглядом, холодно спросил:

— В чем дело?

— Он хотел меня ограбить и напал на меня, — пояснил Конор.

— Ложь, — отозвался Кристофер, — это он напал на меня.

— Зачем вы, мистер Эскью, осматривали вещи Конора? — тоном судьи осведомился Эдуард.

— Я скажу это только Рыжей Мэри.

Сэр Левод, которому уже надоели препирательства этой парочки и которого задели слова карманника, не выдержал и вспылил.

— Знаете, мне глубоко наплевать, что там у вас произошло! Если бы не Рыжая Мэри, я бы избавился от вас двоих! Если еще раз устроите нечто подобное, я сдержу свое слово.

— Какое слово? — окрикнула Сесилия, приближаясь к собравшимся.

— Мэри, ну наконец-то, — с искренним облегчением выдохнул Кристофер.

— Это твои люди, ты и разбирайся! — бросил сэр Левод Сесилии и, резко повернувшись, удалился.

— Что произошло?

Конор и Кристофер вновь повторили свой диалог. Рыжая Мэри коротко кивнула и, подумав несколько секунд, задала совершенно неожиданный вопрос:

— Так чего вы хотите?

— Избавься от него, пока еще есть время, — отозвался Кристофер, косясь на побледневшее лицо Конора.

— Я хочу справедливости, — заметил тот.

— Справедливости, — желчно усмехнулась Рыжая Мэри. — По справедливости, Конор, тебе веревка полагается.

— Но ведь виновен Кристофер!

Глаза Рыжей Мэри вспыхнули холодным огнем, голос стал твердым, рука легла на тщательно спрятанный эфес кинжала, однако мужчины заметили этот жест. Сдерживая гнев, она негромко заговорила:

— Я знаю Кристофера давно, а тебя всего несколько дней. Если ты дашь мне повод еще раз пожалеть, что ты оказался на «Надежде», поверь, ты долго здесь не задержишься. И если с Кристофером что-то случится, я буду уверена, что ты, Конор, приложил к этому руку.

— М-мэри, ну зачем ты так, — забормотал Конор, струхнувший не на шутку. — Я всегда относился к Кристоферу по-дружески…

Рыжая Мэри презрительно скривилась, Конор выдавил гримасу покорности и быстро отступил назад.

— Убирайся, — приказала Сесилия.

Конор не замедлил воспользоваться этим предложением.

— Спасибо, — благодарно отозвался Крис и нехотя отошел в сторону.

Сесилия проводила медика долгим взглядом. После этого вздохнула и устремила задумчивый взор на морскую гладь, такую мирную и спокойную, что на душе становилось гадко.

Глава 13