Месть Яна - Анна Бартова

Эдуард, уже успевший поругаться с Кристофером и понявший, что Конор ему крайне неприятен, на удивление быстро сошелся с Франсуа. Этот человек производил на командора странное впечатление. Казалось, в нем одновременно сочетаются понятие чести, верность слову, изысканные манеры и вместе с тем — хитрость, заточенный под преступный мир ум и легкое чувство превосходства. Вспоминая первую встречу с Франсуа, Эдуард невольно улыбался. Он прекрасно помнил, как отдавал приказы схватить этого шантажиста, и невольно восхищался его безрассудной смелостью.

Кристофер и Конор находились по разные стороны палубы. Каждый из них втайне побаивался удара ножом в спину от своего врага. Противники с первого взгляда оценили друг друга и, поняв, что принадлежат к одному кругу, старались избегать встреч. На двухпалубном фрегате, среди матросов и солдат, это не составляло труда.

Сесилия осталась одна в кают-компании и, провозившись около двух часов с картами, направилась к Эдуарду. Оторвав его от посредственной беседы с Франсуа, она тихо произнесла несколько слов, и они пошли в кают-компанию. Закрыв на щеколду дверь, Эдуард начал отодвигать к стенам столы и стулья, а Сесилия достала две шпаги. Освободив, насколько это было возможно, каюту от мебели, командор принял у Сесилии шпагу и, слегка улыбаясь, шутливо произнес:

— Миледи Вэндэр, позвольте преподать вам первый урок.

Сесилия усмехнулась, и в ту же секунду послышался лязг металла.

Этим же вечером, когда на небе уже ярко сверкали звезды, а месяц холодным блеском освещал начищенную палубу, Сесилия и Эдуард встали у борта. Миледи Вэндэр, прикрываясь плащом и грустно провожая взглядом безмятежные барашки волн, тихо сказала другу:

— Эд, мне нужно пострелять, у меня давно не было практики.

— Мэри, неужели у тебя еще остались на это силы? Я после целого дня фехтования и парирования твоих ударов уже еле стою на ногах.

— Близится встреча с Яном, и я должна быть к ней готова. Это твои слова.

— Хорошо. У тебя с собой оружие?

— Что за вопрос? — улыбнулась она, доставая заряженный пистолет.

Сэр Левод кивнул и указал Сесилии на небольшую балясину. Мэри прицелилась и выстрелила, пула прошла в дюйме от резной опоры, даже не задев ее. Эдуард вздохнул и понимающе посмотрел на Сесилию.

В этот момент, услышав выстрел, матрос и двое солдат подбежали к месту, откуда исходил звук. Увидев Эдуарда, они остановились и недоуменно посмотрели на своего командира. Сесилия спрятала руку с пистолетом под плащ. Эдуард властно посмотрел на подчиненных и произнес:

— Вольно, не обращайте внимания на выстрелы.

— Сэр, — негромко сказал один из солдат, — если вы решили пострелять, так не лучше ли сделать это утром? Мы найдем мишени…

— Я глава этого судна, и я решаю, когда и где мне стрелять. Вы свободны.

Пожав плечами и удивленно переглянувшись, они удалились. Эдуард взглянул на Сесилию и с грустью произнес:

— Мэри, тебе придется очень многое вспомнить, а времени у нас слишком мало. Стреляй, сколько хочешь, пули и порох я тебе принесу, команда тебя больше не побеспокоит.

— Спасибо, — коротко и несколько осипшим голосом отозвалась она.

Глава 12

Путешествие «Надежды», которая рассчитывала подойти к острову на третьи сутки, затянулось. Каким бы быстроходным не был фрегат, как бы ни были хорошо поставлены его паруса и профессиональны матросы, морской ветер непредсказуем. На третий день пути корабль попал в штиль. Ясная и безоблачная погода, радовавшая разве что Конора, угнетала всех остальных. Сесилия, у которой появилась лишняя возможность для тренировок, пребывала в худшем из настроений. Она понимала лучше других, что каждый час промедления приближает кончину ее близких. Осознание своего бессилия перед стихией и неопределенность будущего были самыми страшными и удручающими.

Чтобы как-то занять себя, решили устроить стрельбу по тарелочкам. В порохе недостатка не было, и около полудня организовали забаву. Почти все солдаты приняли в ней участие, Франсуа, Кристофер и Конор также не остались равнодушными. Только Эдуард и Сесилия стояли чуть поодаль, тихо переговариваясь и наблюдая, как Франсуа разбивает очередное блюдце.

В этот момент к Эдуарду приблизились двое подчиненных и предложили своему командиру поучаствовать. Покосившись на Мэри, сэр Левод спросил:

— Возможно, наша гостья не откажется и составит мне компанию?

— Ваша светлость, вы стреляете? — изумился солдат, восторженно осматривая женщину в темном плаще.

— Да, — заметил сэр Левод, скрывая улыбку, — и весьма недурно.

Через минуту миледи Вэндэр и командор уже стояли на палубе, держа в руках оружие. Кристофер подошел к Франсуа и тихо сказал:

— Ставлю пять фунтов на Мэри.

— Ставлю десять на Эдуарда, — произнес Конор, неожиданно появившийся рядом с ними.

Франсуа принял пари, и все трое, затаив дыхание, посмотрели на палубу. Бросили тарелочки, последовало два выстрела. Мишень Эдуарда была поражена, однако выстрел Сесилии ушел в воздух.

Конор издевательски расхохотался, Кристофер сжал зубы и, поправив очки, сжал кулак так, что захрустели кости. Конор испуганно замолчал.

— Еще раз, — властно крикнула миледи Вэндэр.

— Пять на Мэри, — повторил медик, не отрывая своих пылающих глаз от врага.

— Пять на Эдуарда, — усмехнулся тот.

Последовали два выстрела. Тарелочка Эдуарда разлетелась на мелкие куски, тогда как мишень Сесилии упала в воду целехонькой. Конор довольно улыбнулся и многозначительно посмотрел на доктора. Франсуа перехватил этот взгляд и демонстративно положил руку на эфес шпаги.

— Еще раз, — приказала Мэри.

— Пять золотых на Эдуарда, — громко, так что было слышно на палубе, произнес Конор, хищно улыбаясь.

— Десять золотых на миледи Вэндэр, — еще громче отозвался Кристофер.

Сесилия нервно усмехнулась, прекрасно понимая, что ее авторитет сейчас зависит от одного выстрела. Сэр Левод, ясно осознавая происходящее, твердо решил промахнуться.

Бросили мишени. Последовало два выстрела. Тарелочка Рыжей Мэри была пробита ровно в центре и разлетелась на мельчайшие кусочки, другая мишень раскололась на три крупных осколка. Солдаты зааплодировали, Франсуа довольно улыбнулся и, посмотрев на Конора, деловито произнес:

— Прошу отдать деньги.

— Пусть этот жулик сначала отдаст мне, что должен!

Кристофер угрожающе сделал шаг вперед, Конор не шелохнулся. Черные глаза Франсуа впились в небритое лицо молодого разбойника, и железным тоном, который заставлял даже Яна содрогаться, он произнес: