Наследие Темного Меча - Маргарет Уэйс

— Он не отдаст, — Сарьон покачал головой. — Ты это знаешь, Мосия. Ты ведь знаешь его.

Мосия мгновение поколебался.

— Да, я его знаю. И король Гаральд тоже. Мы очень рассчитываем на то, что Джорам не отдаст свой меч. Мы не хотим, чтобы техноманты завладели этим оружием.

Сарьон, оторопев, заморгал.

— Ты хочешь, чтобы я попросил Джорама отдать меч, и при этом не хочешь, чтобы он его отдал?

— Именно так, отец. Просто попросите Джорама показать, где он прячет меч. Как только мы узнаем это, мы сможем о нем позаботиться. Мы заберем его и будем хранить в тайном и безопасном месте, станем защищать его ценой своих жизней, как все это время защищали Джорама и его семью. В этом можете не сомневаться.

Длинные волосы Сарьона, совсем седые, лежали на плечах, легкие и мягкие, как у ребенка. Он был сутулым, и руки у него часто дрожали. Из-за такой внешности и обычного смиренного выражения лица люди нередко считали Сарьона немощным стариком. Но сейчас в нем не чувствовалось никакой слабости и смирения. Он выпрямился, расправил плечи, в глазах запылал жаркий огонь.

— Вы ведь уже пытались найти Темный Меч, верно? Пытались — и у вас ничего не вышло!

Мосия твердо встретил взгляд Сарьона.

— Для Джорама было бы лучше, если бы мы смогли найти меч и благополучно его спрятать. Тогда техноманты оставили бы его в покое. Поверьте, отец, если вам не удастся выпросить меч у Джорама мирным путем, техноманты все равно отберут его — любым способом.

— А что же Дуук-тсарит? — требовательно спросил Сарьон. Огонь ярости в нем полыхал с прежней силой. — На что вы готовы пойти, чтобы забрать меч себе?

Мосия встал и сложил руки перед собой. Черное одеяние широкими складками легло вокруг его фигуры.

— Знайте, отец, — мы не позволим техномантам завладеть Темным Мечом.

— Почему это? — знаками спросил я. — Что, если они действительно смогут при помощи Темного Меча победить хч'нив? Разве победа не стоит того?

— Хч'нив намерены уничтожить человечество, а техноманты стремятся его поработить. Не самый богатый выбор, не правда ли, Ройвин? И конечно же, для меня и таких, как я, вообще не будет никакого выбора. Кроме того, среди Дуук-тсарит тоже бытует убеждение, что именно мы можем победить хч'нив с помощью Темного Меча.

Мосия повернулся к Сарьону.

— Ну что, отец? Благодаря посредничеству короля Гаральда мы предоставляем вам возможность добыть Темный Меч мирным путем. Если вы не сделаете этого, техноманты отберут меч у Джорама силой. По-моему, выбор ясен.

— А что же будет с Джорамом? — Сарьон тоже встал. — Что будет с его женой и ребенком? Его ненавидит весь мир, больше, чем кого-либо другого. Когда-то Дуук-тсарит стремились убить его, и, может быть, вы сохранили ему жизнь до сих пор только потому, что не знаете, где он прячет Темный Меч!

Мосия побледнел, и лицо его стало суровым.

— Мы будем защищать Джорама…

Сарьон твердо смотрел на Дуук-тсарит:

— В самом деле? А что ты скажешь об остальных наших соотечественниках? Наверняка многие тысячи из них поклялись убить Джорама, его жену и ребенка, как только их увидят!

— А скольких людей убьют хч'нив? — ответил вопросом на вопрос Мосия. — Вы говорите о ребенке Джорама, отец. А вы подумали о миллионах невинных детей, которые погибнут, если мы проиграем войну с хч'нив? А мы проигрываем эту войну, отец! С каждым днем они подступают все ближе к Земле. Мы должны получить этот меч! Должны!

Сарьон вздохнул. Внутренний огонь, бушевавший в нем, угас. Внезапно каталист показался очень старым и слабым. Он рухнул обратно на стул и уронил голову на руки.

— Я не знаю… Ничего не могу обещать.

Мосия нахмурил брови и как будто собрался добавить еще что-то к своим доводам.

Но я поднялся со стула и встал перед колдуном.

— Мой господин очень устал, — знаками объяснил я. — Вам пора уходить.

Мосия посмотрел на меня, потом на Сарьона.

— Сегодня на вашу долю выпало немало потрясений, — сказал он. — Конечно, вам трудно рассуждать спокойно. Идите спать, отец. Сон поможет вам принять решение, а Олмин позаботится, чтобы это решение было верным.

Мы пережили очередное потрясение, когда в комнате, по обе стороны от Мосии, вдруг возникли еще двое Дуук-тсарит в черных одеяниях.

Телохранители, подмога, свидетели… Наверное, все вместе. Они наверняка были здесь все это время — наблюдали, охраняли, защищали. Трое колдунов подошли друг к другу, образовав треугольник, взялись за руки, объединили силы — и исчезли.

Мы с Сарьоном, потрясенные, смотрели на то место, где только что были Дуук-тсарит.

— Они все это спланировали заранее! — знаками показал я, когда в достаточной мере справился с волнением и смог связно выражать свои мысли. — Они заранее знали, что этой ночью к нам заявятся техноманты. Король Гаральд мог бы предупредить нас, чтобы мы успели покинуть дом.

— Но он этого не сделал, — с горечью констатировал Сарьон. — Да, Ройвин, перед нами разыграли весь этот спектакль, чтобы ужас перед техномантами побудил нас встать на сторону Дуук-тсарит. И знаешь что, Ройвин? — добавил мой господин, глянув на стул, на котором только что сидел Мосия. — Мне очень жаль его. Он был другом Джорама в те времена, когда это было очень непросто — дружить с Мертвым. Он был предан Джораму, готов был пойти даже на смерть ради друга. И вот стал таким же, как все остальные. Теперь Джорам одинок. Совсем одинок.

— У него еще есть вы, — сказал я и мягко дотронулся до плеча старого каталиста.

Сарьон посмотрел на меня. В его взгляде было столько страдания, что у меня слезы выступили на глазах.

— Ты так думаешь, Ройвин? Но как я смогу им отказать? Разве я сумею? — Он встал и тяжело оперся о спинку стула. — Пойду спать.

Я пожелал ему спокойных снов, хотя и знал, что это невозможно. Забрав блокнот, я поднялся к себе в комнату и зафиксировал все, что с нами сегодня произошло, — пока события еще были свежи в моей памяти. Потом я лег в постель, но заснуть не смог.

Погружаясь в дремоту, я снова и снова видел, как мой дух отделяется от тела и воспаряет над ним. И боялся, что в следующий раз, если это случится, я не сумею вернуться обратно.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Ты сделал все правильно, сын мой. Всегда верь в это! И всегда знай, что я тебя люблю. Я люблю и почитаю тебя…

На следующее утро, еще затемно, в наш тихий квартал нагрянула целая армия полицейских и окружила все дома по соседству. Вскоре явилась и толпа репортеров в больших фургонах с множеством антенн, устремленных в небо.

Могу только догадываться, что вообразили себе соседи. В который раз я задумался о том, как странно, что во времена кризисов человеческий рассудок цепляется за самые незначительные детали. Пока я подготавливал наше скромное жилище к приему трех высокопоставленных гостей — по существу, трех самых могущественных людей в мире, — меня больше всего беспокоило, как я потом объясню все это миссис Мамфорд, которая жила в домике напротив нас.