Наследие Темного Меча - Маргарет Уэйс

Мосия сел за стол, но от чая отказался. Он все еще изучал медальон, который оставили Дкарн-дарах. Пока закипал чайник и заваривался чай, мы все молчали. К тому моменту, когда я наполнил чашку моего господина, я уже был склонен поверить в случившееся.

— Начни с самого начала, Мосия, — попросил Сарьон.

— Вы не против, если я буду делать заметки? — вмешался я.

Сарьон нахмурился и покачал головой, но Мосия сказал, что не возражает и что из этого, может быть, когда-нибудь получится интересная книга. И добавил с невеселой усмешкой, что, может быть, к тому времени на Земле еще останутся живые люди, которые прочитают эту книгу.

Я сходил в свою комнату за электронным блокнотом и стал записывать то, что рассказывал Мосия.

— Жрецы Темных культов существовали с древних времен, хотя у нас, в Тимхаллане, о них не было известно. Мы знали только тимхалланский Совет Девяти, который представлял девять магических Таинств. Но когда-то на Земле это был Совет Тринадцати. В те древние времена считалось, что в Совете должны быть представлены все маги, даже те, чья мораль была извращенной, и те, кто практиковал темную сторону магии. Возможно, некоторые наивные члены Совета надеялись обратить к свету своих братьев и сестер, шедших по неправедному пути. Если и так, то они не преуспели в этом. И даже более того — наверное, это и стало причиной их собственного падения.

Именно жрецы Темных культов настраивали лишенных магии жителей Земли против всех магов. Для них Жизнь проистекала не от жизни. Жизнь — то есть магию — они черпали в смерти. Они устраивали жертвоприношения, в том числе и человеческие, и верили, что смерть животных и людей увеличит их магическую силу. Жестокие и эгоистичные, темные жрецы использовали волшебство только для собственной выгоды, для удовлетворения личных амбиций, для порабощения и совращения других людей, для разрушения, наконец.

Но земляне не мирились с таким положением вещей. Они устраивали судилища над ведьмами, они учредили инквизицию. Магов отлавливали и истязали до тех пор, пока они не сознавались в преступлениях, пусть и не совершенных, а потом их сжигали, вешали или топили. Среди пострадавших оказалось множество членов Совета, которые использовали свою магию во благо, а не во зло. Потрясенные и скорбящие о потерях члены Совета Тринадцати собрались, чтобы решить, что делать дальше.

Жрецы четырех Темных культов — культа Белого Коня, Черного Коня, Красного Коня и Бледного Коня — все как один стремились к войнам и завоеваниям. Они собирались поднять мятеж и уничтожить тех, кто им противостоял, а выживших намеревались поработить. Представители девяти светлых Таинств отказались даже обсуждать такой способ борьбы. Разозленные темные жрецы в ярости покинули заседание Совета. И уже без них остальные члены Совета приняли решение навсегда покинуть Землю. Но теперь Совет осознал, какую огромную опасность для всех магов представляют темные жрецы. И светлые маги позаботились о том, чтобы их противники не были посвящены в планы Совета.

В тысяча шестисотом году от Рождества Христова, когда Мерлин и Совет Девяти покинули этот мир, темные жрецы узнали об их исходе, но — поскольку все держалось в строжайшей тайне — было уже слишком поздно, они не смогли ни помешать исходу, ни увязаться следом. И остались здесь, на Земле.

Поначалу они радовались переменам, потому что Совет Девяти больше не мешал им действовать как заблагорассудится. Они решили, что станут правителями всех народов Земли, и рьяно устремились к своей цели. Но к тому времени Мерлин сотворил в Тимхаллане Источник Жизни, который вытягивал магию из Земли и собирал ее в пределах Тимхаллана. И жрецы Темных культов обнаружили, что лишились своего волшебного могущества.

Они пришли в ярость, но ничего не могли с этим поделать. Они прекрасно понимали, что происходит, — понимали, что магия уходит в Тимхаллан и остается там. Их магическая сила иссякла и возрождалась лишь в те времена, когда на Земле свирепствовали стихийные бедствия, голод, чума и войны, — смерть, потрясая мир, усиливала могущество темных жрецов. Но и тогда они могли творить лишь малые заклинания, в основном только для собственной выгоды. Но темные жрецы не растеряли своих амбиций и не забыли о том, какими могущественными были в древние времена. Они верили, что наступит время, когда к ним вернутся былая сила и власть.

И все эти века жрецы Темных культов сохраняли свою организацию. Темные магические искусства передавались по наследству, от родителей к детям. Достойных новичков тоже принимали в круг избранных. Опасаясь разоблачения, темные жрецы творили свою магию втайне и держались разобщено. Но они всегда узнавали друг друга по определенным скрытым знакам и паролям.

— Существовала и центральная организация, которой правили хандик-сейдж. Но ее окружали такой секретностью, что очень немногие темные жрецы знали, кто стоит во главе. Раз в год Сол-хьюна, Собиратели, являлись к каждому из темных жрецов и требовали десятину, которая шла на нужды Совета. Совет собирался в полном составе только в тех случаях, когда кто-либо небрежно платил подати или нарушал один из строгих запретов. Тогда жрецы культа Черного Коня — Сол-ткан, или Судьи — устраивали судебное разбирательство и выносили приговор. Сол-хьюна приводили приговор в исполнение.

Но время шло, мир менялся, и постепенно люди перестали верить в колдунов и ведьм. Жрецы Темных культов смогли покинуть тайные подземелья и пещеры, где они когда-то творили магию, и переселиться в личные особняки и городские дома. Они стали заниматься политикой, продвинулись на посты министров и правителей стран. И если того требовали их цели, они развязывали войны, поднимали восстания, устраивали революции. Их всегда радуют страдания и гибель людей, потому что от этого увеличивается их могущество.

А потом настал день, когда был сотворен Темный Меч.

Мосия посмотрел на Сарьона. Каталист улыбнулся, тихонько вздохнул и покачал головой. Хотя Сарьон не сожалел о своем участии в создании Темного Меча, повлекшем за собой падение Тимхаллана, и часто повторял, что сделал бы это снова, он столь же часто добавлял, что хотел бы, чтобы перемены сопровождались меньшими страданиями.

— Темные жрецы узнали о создании Меча, — сказал Мосия. — Правда, некоторые из них утверждали, что знали о нем с того самого часа, когда он появился.

Сарьон пришел в недоумение.

— Но как это возможно? — сказал он. — Они же были так далеко…

— Недостаточно далеко. Нравится вам это или нет, но потоки магии связывали нас, словно тонкие волокна паутины. Если одна нить рвалась, сотрясение передавалось во все концы паутины. Жрецы четырех Темных культов понятия не имели, что именно произошло, но они чувствовали темную силу меча. Их стали посещать странные сны и видения. Некоторые видели тень меча в форме человеческой фигуры, поднимающейся из пламени. Другие видели такой же меч, разбивающий на осколки тонкий стеклянный шар. Они восприняли это как благоприятный знак и поверили, что создание Темного Меча вернет им прежнюю магию. И они оказались правы.