Тайная жизнь гаремов - Ольга Дмитриева

так и в объединяющей силе любви, связывающей соратников на войне (воины Леонида, героически павшие в битве при Фермопилах).

Но как бы ни были сильны гомосексуальные традиции в Спарте, ее граждане-мужчины нуждались и в том, что в других греческих полисах именовалось институтом гетер. Профессиональным же служительницам любви не нашлось места в военном государстве, где мужчины жили отдельно от женщин, однако прагматичный общественный разум Спарты решил эту задачу, и функции блудниц, служительниц Афродиты — всенародно были возложены на свободных женщин. И в этом еще одна из причин узаконенного моралью и законом распутства. Спартанки успешно справлялись с возложенными на их могучие плечи задачами, совмещая, казалось, несовместимое. Они были равноправными партнерами мужчин в свободной любви и, достойно ведя дом, рожали Спарте здоровых детей. Все это в полной мере служило интересам государства, которое оказывало спартанским женщинам почет и уважение, немыслимые дпя добродетельных афинянок. Справедливости ради следует отметить, что смерть от руки врага эти спартанки встречали столь же доблестно, что и мужчины.

КРАСОТА, СЕКС, ЛЮБОВНАЯ МАГИЯ

Лисистрата:

Вот в этом-то и сила, и спасение,

В шафрановых платочках, в полутуфельках,

В духах, румяна, и в кисейным платьицах.

Аристофан. Лисистрата

Все эллинки — свободные от супружеских уз гетеры, обремененные домашними заботами афинянки и атлетки-спартанки — уделяли своей внешности большое внимание. Красота в Греции рассматривалась, прежде всего, как признак культуры, косметика и уход за телом (по Платону) — как предпосылки для достойного человеческого существования, а тело — как зеркало, отражающее единство и совершенство мира. В одежде следовали девизу «Все в меру», не позволяя увлечь себя модной эксцентричностью, которая нарушила бы ее пропорции и гармонию. Греческий философ Ксенофон сказал: «Весьма приятно видеть хорошо подогнанную обувь… и одежду, удовлетворяющую потребностям владельца». Ласкать взор, удовлетворяя этим требованиям, женщины старались, прежде всего, правильно, «в соответствии с потребностями» выбрав ткань и цвет.

Изящные хитоны из тонкого полотна, красиво подчеркивали линии тела, а более грубая одежда из шерсти — пеплос, которую надевали в холодную погоду, украшалась вытканными полосами и орнаментами с геометрическими и фигурными мотивами.

Цвета имели свое символическое значение. Белый был закреплен за аристократией, черный, пурпуровый, темно-зеленый и серый означали печаль. Сельские жительницы (как, впрочем, и в последующие века) носили неброские серые и коричневые цвета, горожанки предпочитали разнообразие цветов, придавая большое значение оттенкам: гиацинтовым, «лягушачьим», аметистовым и шафрановым, которые подбирались к глазам. Огромное внимание уделялось волосам. «Пышноволосых и пышнокудрых» красавиц воспевали в гимнах, посвященных богиням, и в лирической поэзии. Предпочтение отдавалось именно светловолосым женщинам, вероятно, из-за того, что в Греции преобладали брюнетки и шатенки. И божественным блондинкам — Афродите, Деметре, Афине и Гере — пытались подражать смертные женщины, пытаясь изменить цвет волос. Окраска волос не считалась чем-то необычным, носили и парики, что в античности осуждалось и порождало эпиграммы:

1

Лгут на тебя, будто ты волоса себе красишь,

Никилла,

Черными, как они есть, куплены/ в лавке они.

2

Мед покупаешь ты1 с воском, румяна и косы/, и зубы.

Стало б дешевле тебе сразу купить все лицо.

Лукиллий. На женщин, 1–2

Только спартанкам не нужно было прибегать к каким-либо ухищрениям. Их густые гривы вошли в поговорку и служили предметом зависти других гречанок, а одежда — пеплосы, полностью раскрытые на бедрах, — позволяла любоваться великолепным телом. Свое физическое совершенство гордые атлетки объясняли «сорока поколениями предков, которые ходили голобедрыми круглый год в полотняных хитонах», и тем, что у нас назвали бы здоровым образом жизни. Но покорные обитательницы гинекеев не хотели и не имели возможности вести его, прибегая вместо этого к различным ухищрениям.

Именно в античной Греции появились основные типы причесок, которые потом неоднократно повторялись. Вначале волосы, завитые в легкие локоны, свободно падали на плечи, затем их стали укладывать в сложные узлы или косы, положенные вокруг головы и укрепленные гребнями.

Следили и за белизной кожи, предохранить которую от солнца помогали зонтики из полотна, позднее из шелка. Гардероб аристократок был весьма обширен, а украшения изысканны и богаты. В него помимо одежд входили пояса из драгоценных металлов, булавки из слоновой кости и золота, ожерелья, браслеты, перстни. Греки понимали толк в камнях и из военных походов посылали в подарок возлюбленным темные, как кровь, рубины, золотистые хризолиты, ярко-фиолетовые гиацинты, розовые и черные жемчужины.

На ноги надевались сандалии из переплетенных ремешков на кожаной подошве, дома же ходили по большей части босиком. Стремление казаться выше и стройнее заставляло носить обувь на высокой подошве, которую раскрашивали в разные цвета.

Красивая и ухоженная внешность являлась для эллинок залогом успеха у противоположного пола. Мужчины античного мира были гедонистами[10]. Но чувственное наслаждение они предпочитали получать без усилий со своей стороны. Совершенство в области секса было исключительной прерогативой женщин, и те достойно исполняли возложенную на них обязанность. Существовала целая наука о том, как сделать из своего тела искусный инструмент любви, используя специальную гимнастику, ванны, возбуждающие средства и главное — тонкое знание особенностей мужчин, их физических и психологических особенностей. «Расслабиться» нельзя было даже во время жарких любовных утех. Зоркий взгляд античного эстета — и греческого, и римского — требовал, чтобы женщина не только дарила физическую радость, но и услаждала взор:

Женщины, знайте себя! И не всякая поза годится —

Позу сумейте найти телосложению под стать.

Та, что лицом хороша, ложись, раскинувшись навзничь;

Та, что красива спиной,

Спину подставь напоказ.

Миланионовых плеч Аталанта касалась ногами —

Вы, чьи ноги стройны,

Можете брать с них пример.

Всадницей быть — невеличке к лицу,

а для рослой нисколько:

Гектор не был конем для Андромахи своей.

Если приятно для глаз очертание плавного бока —

Встань на колени в постель

и запрокинься лицом.

Если мальчишески бедра легки и грудь безупречна —

Ляг на постель поперек, друга поставь над собой,

Кудри разбрось вокруг головы, как филейская матерь,

Вскинься, стыд позабудь,

дай им упасть на лицо.

Если легли у тебя на живот морщины Луцины —

Бейся, как парфский стрелок, вспять обращая коня…

Овидий. Наука любви. Книга 3

Жрицы любви, обычные проститутки и гетеры, вне всякого сомнения, лучше удовлетворяли жестким требованиям античного любовника. Искусство