Лето, пляж, зомби - Наиль Эдуардович Выборнов

делать нечего. Отца я девчонке вряд ли смогу заменить, но позаботиться, возможно, удастся.

Она двинулась вглубь коттеджного поселка, куда глаза глядят, а мы наоборот, туда, откуда вчера пришли. Я был прав насчет вчерашнего: трупы, которые Ирина оттащила в канаву привлекли зомби. Их было шестеро, у всех рожи оказались выпачканы. Они жрали.

Мы с Валерой переглянулись. Я кивнул и поднял биту, он тоже взялся за свое оружие: здоровенный прут арматуры, рукоять которого для удобства оказалась перемотана изолентой. Вместе мы пошли навстречу тварям, которые уже заметили нас.

И тут я понял, что чего-то не догоняю. С одной стороны, они отожрались мяса за ночь, трупы ведь были сильно поедены, я это хорошо заметил. А с другой — двигались, как самые обычные, даже медленнее, возможно. Вперед вырвался только один, и я подловил его и ударом биты пробил череп.

Удар отдался в мышцах рук и спины болью, но это была хорошая боль, правильная. Да и удар получился, что надо, и это означало, что в мои руки возвращалась былая сила.

Валера обошел тварей кругом, и свистнул, выманивая их на себя. К нему двинулись еще две, трое достались мне. И я отчетливо понял, что справлюсь с ними.

Двое добрались до меня одновременно, и тогда я, недолго думая, врезал одной из них ногой в колено. Послышался хруст, тварь опрокинулась на подбитую ногу. Вторая замешкалась, и я успел вбить древко биты в голову первой, пробив кости ее черепа.

А потом, размахнувшись, врезал второй. Удар пришелся в челюсть, и она рухнула на землю. Но не упокоилась окончательно, а постепенно стала подниматься. Зато третья запнулась об нее и упала. Началась куча-мала.

Перехватив биту обратным хватом, я подошел к ближайшей и врезал ей по голове, словно копье вбил. Послышался хруст и древко глубоко вошло ей в череп. Вторая успела одной рукой схватиться за мой ботинок, но я без особых трудов выдернул его и приголубил уже ее.

Посмотрел на Валеру. Тот со своими двумя расправиться уже успел, но на помощь мне кидаться почему-то не стал. Понимал, что я и сам разберусь?

— Странно как-то, — сказал я, кивнул на валяющиеся перед нами трупы окончательно упокоенных зомби. — Вроде они отожрались, а медленные такие же.

— Так утро, — ответил он так, будто это все объясняло.

— Что утро? — не понял я.

— По ночам зомби буянят, — с таким видом, будто он наконец-то решил снизойти до разговора со мной, стал рассказывать он. — Это мы давно заметили. Но, похоже, что под утро у них силы кончаются, и с рассветом они совсем медленными становятся. Даже те, у которых уже когти и зубы есть. Иногда можно рядом пройти, а они тебя не замечают даже.

— Понял, — кивнул я. — Опыт есть?

— Пару раз вылезал, — сказал он. — Так что да, есть.

Мне хотелось спросить у него, почему он тогда не пошел вместе с Ириной в госпиталь, но я промолчал. Эта страница уже закрыта. А предъявить я ему всегда успею, если что.

— Веди давай, — кивнул я на освободившийся проход. — Ты тут знаешь, что и где. Нам еда нужна, возможно, лекарства.

— Это трудно будет, — сказал он. — Но варианты есть.

И пошел вперед. Я двинул за ним, сжимая в руках биту. На древке уже появились трещины, так что мне по-хорошему нужно заменить ее чем-нибудь другим. Ладно, может быть, магазин инструментов попадется.

Мы двинулись в сторону ближайших жилых кварталов, оставляя позади растерзанные трупы зомби. Валерий шагал уверенно, но периодически я замечал, что он оборачивается, будто боится, что я попытаюсь разбить ему башку битой. Смешной он, все-таки боится. А зря, нет у меня причин его валить. пока что.

А на меня накатило какое-то странное ощущение. Вроде бы вчера я шел тут и шел, и все было нормально, дворы и дворы. Теперь же я замечал все: выбитые окна, распахнутые двери, следы крови, пустые гильзы на асфальте. И зомби естественно. Но они на нас даже не реагировали, и не бродили, как вчера, днем. А тупо пялились в стены.

Но не все. Некоторые, те, что были на открытой местности, смотрели на восток, туда, где всходило солнце. Не отрывая взглядов, и ни на что не обращая внимания. Я посмотрел сам: красиво, конечно, но не понимаю, чего это их туда так тянет.

— Большие магазины давно разграбили, — сказал Валера, не оборачиваясь. — А вот в маленьких подвальчиках, может быть, что-то и отыщем. Вряд ли много, но курочка по зернышку клюет, верно?

— Что-нибудь да найдем, — кивнул я.

Мы пересекли небольшую площадь, скрываясь за брошенными машинами, после чего Валера уверенно свернул во дворы. Здесь можно было разглядеть и следы поспешных сборов: сумки, тряпки какие-то валялись возле открытых багажников машин. И трупы, много. Причем, большинство чуть ли не по косточкам растащены.

Скоро мы увидели первый магазин, у которого не было даже нормальной вывески: просто времянка, развешенная прямо по стене. Когда мы подошли ближе, то увидели, что двери оказались выворочены из створок. Скорее всего, кто-то подогнал грузовик, зацепил и дернул. Сомневаюсь, что мы там что-то найдем.

— Я сам посмотрю, — сказал он. — Ты здесь подожди, карауль.

Он двинулся вниз по лестнице, и я отчетливо услышал хруст разбитого стекла. Потом его сдавленную ругань. Шаги скоро стихли, он ушел в глубь помещения.

Я прислонился к стене, огляделся. В окне напротив, в отблеске мутного стекла, мелькнула какая-то тень. Повертев головой, я ничего не увидел. Показалось что ли? Солнце встающее бликует?

Потом снова услышал шаги и голос Валеры:

— Пусто. Все подчистую вынесли, а что нет, так побили и ногами потоптали, — он поднялся по лестнице, размял шею, огляделся. — Ладно, двинули дальше. Тут еще один подвальчик был.

Мы прошли через двор, миновали проспект, на котором снова были зомби, но они не обратили на нас никакого внимания. Да, раннее утро — это лучшее время для того, чтобы передвигаться по городу. И добрались до еще одного магазинчика.

На этот раз двери были целы, но за ними явно кто-то побывал: замок был сорван, внутри царил полумрак. Валерий достал фонарь, включил его, направил внутрь. Я отметил, что мне тоже неплохо было бы обзавестись чем-то подобным. А еще нужно батареек набрать, как можно много. Именно от таких ведь все работает.

— Пошли,