Тулса (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

— Что такое посвящение? Как его пройти? — Светоч предполагал, но психологически не мог прикоснуться к обнаженной женщине.

В его сознании уже сформировался блок, что секс это между человеком и куклой, а между человеком и человеком это рабочий процесс зачатия, которого может и не быть за всю жизнь. Граница между сексом и подчинением или даже насилием была настолько иллюзорна, что нарушить Устав Гармонии было проще простого.

Танцовщица взяла инициативу в свои руки. От первых же прикосновений к разгоряченному телу женщины, Светоч почувствовал неконтролируемую силу, которую не мог и не хотел обуздать. Он опьянел от выброса гормонов и все, что происходило дальше, ему запомнилось не во всех деталях.

— Одевайся, обряд закончен. — Танцовщица вытерлась непонятно откуда взявшимся полотенцем. — С вступлением в новую жизнь.

Светоч смутился своей наготы. Быстро оделся и спросил:

— А что дальше?

— Продолжай веселиться, а у меня работа. — Она открыла клетку.

Разгоряченная публика встретила Светоча свистом и криками. До пола еще оставалась пара метров.

— Прыгай. От меня все мальчики уходят мужчинами! — Подзадорила его танцовщица.

Светоч спрыгнул. Поднялся и сразу же наткнулся на Блажену. Она держала в руках два бокала пива, а взгляд ее излучал страсть.

— Прими мои поздравления. — Она протянула бокал. — Ты был великолепен.

— А это что, транслировалось? — Светоч залился краской.

— Нет, конечно. — Блажена рассмеялась. — Это просто комплимент. — Выпей пивка, а то ты совсем протрезвел. Нам еще веселиться до половины ночи.

— А завтра что, выходной?

— Да. Веселись и не переживай. — Она сделала большой глоток, подняла руки вверх и изобразила задорные па.

Светоч тоже приложился к пиву. Сделал большой глоток, но понял, что веселиться ему уже не хочется. Однако Блажена завелась и не хотела его отпускать. Он никак не мог понять, почему ее так завел его секс с танцовщицей. Это походило на форму странной ревности. Побывать в постели с двумя женщинами за ночь когда-то было его подростковой мечтой, но потом появились куклы и мечта забылась.

— Не все сегодня прошли посвящение. Парень, выбранный после тебя, сбежал. — Блажена рассмеялась. — А ты, значит, не боишься женщин?

— Как тебе сказать, я до последнего был уверен, что этого не произойдет. Для меня это дико, непривычно и даже преступно. — Признался Светоч.

Блажена снова рассмеялась.

— Я тут уже месяц и меня больше ничего не удивляет. Пусть МАК пасет горожан, а здесь другие порядки, свободные. Скоро ты сам будешь водить сюда новичков, и смеяться над их нелепой неловкостью. Расслабься, Светоч, никто с тебя не спросит и не накажет. Пей.

Светоч выпил до дна и поставил бокал на стойку. Блажена тоже выпила и поставила рядом.

— А теперь танцевать. — Она вытянула руки в приглашающем жесте.

— Извини, но МАК выявил у меня отсутствие хореографических данных. Я смешон в танце. — Признался Светоч.

— Здесь все смешны, пьяны и завтра никто не будет помнить, как ты танцевал. Зато нам будет весело. — Блажена показала сложное па, совпадающее с музыкальным ритмом.

— Красиво.

— Теперь ты.

Светоч коряво подвигался, как марионетка в театре кукол и рассмешил Блажену.

— Плохие танцоры — хорошие любовники. — Со смехом подбодрила она. — Идем на танцпол.

Ей удалось утащить его в гущу танцующих людей. После того, как Светоч понял, что на него не обращают внимания, стал раскованнее дрыгать руками и ногами. Ему даже показалось, что он вошел в ритм и обрел некую гармонию между музыкой и движениями. Так продолжалось минут десять, а потом все вокруг стало меняться. Звук отдалился, обстановка стала нереальной, как будто он смотрел на нее со стороны. Увидел вскользь внимательный взгляд Блажены, а потом услышал крики, и все провалилось в черноту.

Светоч проснулся и долго не открывал глаза. Он испытывал незнакомое чувство, что события вчерашнего вечера не помнит в подробностях, но точно помнил, что случилось что-то серьезное. Открыл глаза и долго пытался остановить вращение комнаты. Неприятное тошнотворное чувство. Снова закрыл и накинул с головой одеяло. Вставать не хотелось. Светоч понимал, что вертикальное положение только усугубит тяжелое состояние. Попытался восстановить в памяти вчерашний вечер, но вспомнилось ровно до того момента, когда он отправился танцевать с Блаженой. А потом все забылось.

Между лопаток появилась непонятная боль. Светоч попытался вспомнить, а не дрался ли он. Не ударили ли его по голове, отчего он потерял память. Ощупал голову, но не нашел ни одного намека на полученный удар. Вспомнил, как пил пиво из рук Блажены.

— Наберите воду из-под крана. В нее добавлены препараты, выводящие токсины из организма. — Произнесла ментаграмма.

— Спасибо, очень вовремя. Еще бы ты умела ходить и принесла мне стакан. — Светоч не хотел шевелиться.

— Когда-нибудь сознание людей и МАКа сольется в едином порыве и вам не будет надобности в удовлетворении физиологических потребностей.

— Появятся другие потребности. Например, жить поближе к розетке, чтобы не умереть от разрядки. И вообще, что за странные идеи ты озвучила. Я первый раз слышу, чтобы МАК слился сознанием с людьми. Разве это цель Устава Гармонии?

Ментаграмма ничего не ответила. Светоч поднялся, свесил ноги с кровати и так просидел пару минут. Встал и прошел к крану, придерживаясь за стену. Набрал воды и выпил ее залпом. В нос ударил запах химии. Подействовала она почти сразу. Состояние начало улучшаться. Светоч подошел к зеркалу и включил снимок голограммы. Через мгновение перед ним появился он сам. Обошел объемную картинку со спины и к своему удивлению обнаружил трехсантиметровый свежий шрам.

Это точно был хирургический шрам. Он не раз видел такие на практике, когда учился на доктора. Откуда он мог взяться на его спине, у Светоча не было никаких вариантов.

— Ответь мне, откуда у меня шрам? — Спросил он у ментаграммы.

— Я ничего об этом не знаю. — Ответила программа. — Поинтересуйся у тех, кто был с тобой на вечеринке.

— Завтра. Сегодня мне надо лежать. — Светоч упал в кровать.

Как ни силился он вспомнить события вчерашнего вечера, ничего не получалось. Ключом к воспоминаниям была Блажена, опекающая его весь вечер. Наверняка это она помогла добраться ему до дома. Только шрам никак не хотел найти себе место и время в этой понятной картине. Светоч закрыл глаза и вспомнил черноглазую танцовщицу, даже до таких деталей, как запах ее кожи. В душе затомилось и захотелось снова увидеть ее. Теперь кукла Миола вспомнилась ему как суррогат женщины. Как он мог вообще думать, что человека можно заменить? Неожиданно пришла мысль, а что если танцовщица специально участвовала в этом развратном спектакле, чтобы забеременеть. Они ведь искали возможности родить и устроить своих детей в Тулсу. Сложная схема, но с новичками, которые шарахаются на внешнем кольце от всего непривычного, прокатила.

От намешанных в воду лекарств потянуло в сон. Светоч уснул и спал до самого обеда, пока не понял, что проголодался. Состояние организма улучшилось радикально. Головокружения не было, интоксикация не ощущалась, болел только шрам и место рядом. Это беспокоило Светоча. Он решил, что у него появился в организме второй «клещ», необходимый на службе по ту сторону барьера. Непонятно только почему его об этом не уведомили. Он бы не стал отказываться. Раз надо, значит надо.

Светоч заказал еду. Рисовый суп с креветками, бутерброд с зеленью и фаршем и лимонный сок с тоником. Очень хотелось кислого, чтобы сводило скулы. Подождал немного, потом пообедал и понял, что полон сил, чтобы выйти на улицу. Хотел встретиться с кем-нибудь из вчерашних посвященных, чтобы обсудить события вечеринки.

В это время улицы оказались немноголюдными. Светоч спустился на тротуар и направился в сторону, противоположную работе. Шел минут двадцать, но не встретил никого, кто мог ему помочь. Свернул к защитному барьеру и пошел по узкой извилистой улочке, расположенной на задах различных предприятий и служб.