Анжелика и Мяу смерти - Эдди Спрут

что их не слышат, так разговаривают друг с другом, как академики. То ли психи, то ли мужики не простые. — ответил Назар.

— Ох, не люблю я академиков. Вечно они носы свои везде суют, а потом синьпозиумы с пьянством и драками устраивают. Совсем на них управы нет. — пожаловалась какая-то бабулька, усатая от пивной пены.

— Так вот, эти типы отвалили за котят маленькое состояние, а потом куда-то смылись. Я было пошёл за Аттикусом, но он тоже словно в воздухе растаял. — добавил Харрис.

— А где их искать? Громил, Аттикуса?

Бомжи пожали плечами.

М-да, задачка. Вроде много всего узнала, но к решению не придвинулась ни на грамм, ни на литр. А что, если попросить у Ильи информацию про Аттикуса, отряды стражей и профессоров? Звучит как план.

— Пьём до дна! — крикнула я и одним глотком осушила свой бокал.

Бабульки закричали что-то веселое, но неразборчивое, и вечер завертелся.

Глава 10

Кто сказал “киборг”?

Мяукалы за старших. — Да, я похожа на отца. — Активация препарацией. — Инвалидная машина. — Котлета в углу. — Спаситель с жёстким плечом. — Мои моральные качества подвергаются сомнению. — Профессора, спасите!

Закутавшись в плед, я сидела на палубе и пила ароматный чай. Котят я оттёрла, почистила, накормила, и теперь они мирно сопели в корзинке, притиснувшись друг к дружке. Солнце уже взошло, но горизонт ещё был окрашен в оранжевые тона. С чувством выполненного долга я смотрела вдаль и грела руки о горячую чашку.

В спальне Алёны, прижавшись друг к дружке так же мирно храпели трое уже хорошо знакомых мне бомжей. Вчера вечером у меня рука не поднялась отправить ночевать их в приют.

Там не так уж и плохо, если верить Алёне, но у меня они хотя бы смогли помыться и переодеться в чистую одежду, которая осталась в шкафу после Ильи.

М-да, слишком я сердобольная стала в последнее время. Смахнув в сторону мысли о своей хорошести, я попыталась сфокусироваться на деле о котёнке. Расслабляясь под плавные покачивания яхты, я перебрала всё, что мне было известно.

Во-первых, среди торговцев разразился нешуточный кошачий бум.

Во-вторых, кто-то и для чего-то всех этих животных скупает.

В-третьих, Егор и Валера, возможно, обзавелись правильными котятами.

И, в-четвертых, у меня теперь дома живут три бомжа и три мяукалы, и я совершенно не знаю, что с этим всем делать.

С моря подул приятный прохладный ветерок, и я подставила ему шейку. Как хорошо! Утреннее солнышко начало прогревать воздух, и запах моря становился особенно сочным.

Когда наслаждаться жизнью мне надоело, то я решила позвонить Петру и спросить, где же искать громил с котёнком. Раз они работают на отца, то Пётр уж наверняка на них следилок навешал.

Поначалу от папиного ассистента я ничего дельного не узнала, он категорически не хотел попасть в замес между мной и отцом. Его легко можно понять, но себя я понимаю ещё легче.

После настойчивых уговоров, угроз, и, в конце концов, подкупа, мне удалось добиться от Петра, что последний раз громилы выходили с ним на связь вчера вечером из одного из заброшенных складов за городом.

Я умылась, оделась, положила новую дубиночку в рюкзак, а потом отнесла корзинку с котятами в комнату, где дрыхли мои гости. Всё, будем считать, что малыши под присмотром. Котят я на всякий случай попросила присматривать за бомжами.

А уже через час я подъезжала на заказном кристалломобиле к складу, где, по словам Петра, находились громилы.

— Расчёт возьмёте у Филина, вот моё удостоверение.

Водитель записал номер с карточки и недовольно кивнул, после чего я вышла наружу. Подозреваю, что отцу прилетит счёт и немалый. Ну ничего, ему иногда полезно вспомнить, что у него есть дочь.

Вокруг склада, который своим видом напоминал старую, помятую коробку, росло очень много деревьев. Растительность всё ближе подступала к зданию, пожирая на своём пути части уже ветхой постройки.

Стараясь не шуметь, я подобралась к ближайшему окну и заглянула в него. В дальнем углу, будто наказанный, стоял носовитый бандит, у которого на голове красовалась шапочка из фольги. Походу, это Упырь. И чем он профессорам снова не угодил? Чуть ближе к окну, за ветхим столом сидели уже знакомые мне громилы и тыкали пальцами в ничего не понимающего котёнка. Малыш жалобно пятился и мяукал, пробуждая во мне материнские чувства.

— У меня больше нет идей. — устало сказал Егор и шмякнул кулаком по столу.

Котёнок было метнулся в сторону, но Валера прижал его своей тяжёлой рукой к столешнице.

— Мне кажется, что это самый обычный котёнок. Хватит мучить животное, отвезём его в город и там выпустим.

— Да ты сам подумай. Мы его купили у торговца?

Егор кивнул.

— Мужик, что нам его продал, был стрёмный?

Егор снова кивнул.

— Ну, значит это наш котёнок, нужно только придумать, как его активировать! А если тебе неясно, как, начнём с препарирования.

Егор с жалостью посмотрел на мяукающий комочек, а потом ответил:

— Валера, в жопу такую науку и резать кота я тебе не дам.

Только его коллега хотел что-то возразить, как я постучала кулаком по сгнившей оконной раме. Как дочь хозяина ИЦ, я хорошо знала, что к мужам науки сзади лучше не подкрадываться, а то ещё препарируют от неожиданности.

Профессора в замешательстве оглянулись, а я подтянулась и запрыгнула в окно. Егор одним движением сунул котёнка себе за шиворот, а Валера вопросительно на меня посмотрел.

Но не только я появилась на сцене. Дверь, ведущая куда-то в глубину здания, заскрипела, затрещала, а затем вывалилась вместе с дверным косяком. В клубах поднявшейся пыли стоял робот.

Хотя нет, это был не робот. Больше всего это мне напоминало инвалидную машину из книг отца, это были такие ржавые и дряхлые механизмы, в которые древние, зачем-то совали своих калек. Только эта машина была словно разрезана, раскрыта, в форме морской звезды, а калека внутри остался, наверное, ещё с тех времён.

Выглядел он паршиво. Сквозь лохмотья одежды кое-где виднелись кости, а чудом сохранившиеся мёртвые глаза бессмысленно глядели, если бы они только могли смотреть, прямо на меня.

А затем мертвец-машина сделал шаг вперёд, раскрыл рот и пронзительно завопил.

Сердце, которое ещё секунду назад спокойно билось, сейчас пустилось галопом, а тело словно окаменело от ужаса. Я хотела закричать, но Упырь завизжал первым.

Профессора среагировали моментально, Егор перевернул стол набок, а Валера за секунду перескочил к напарнику в укрытие.

А потом, я не могу сказать,