Агентство по борьбе с нечистой силой (СИ) - Павлов Александр Борисович

— Что это? — спросил Семён, медленно подходя к сооружению.

— Что-то, что останется после вас, когда успокоитесь, — ответил Антон. — Тел так и не нашли. Могил у вас нету. А если и есть какой-то памятник вашей деревне и её жителям, мы его не нашли.

Семён провёл пальцами по именам, выбитым в мраморе. По именам своей семьи, своих друзей. Да что там, они все были его семьёй. Слёзы на его щеках напоминали ему об этом. И боль в груди.

— Простите, — прошептал он, падая на колени и ложа голову на памятник, — простите. Я должен был вас остановить. Как я должен себя простить? После всего, что было?

— Вы можете попытаться, — сказал Антон, — боль никогда не уйдёт, но стоит отпустить хотя бы её часть.

Семён повернулся к нему и не видя его лица в темноте, спросил:

— Вы теряли кого-то?

Павел сделал шаг вперёд, хотел принять удар на себя, не давать…

— Жену, — ответил Антон, — я потерял свою жену.

— Что случилось?

Антон улыбнулся с болью в глазах. Хорошо, что их никто не видел.

— Я не знаю, — говорить о ней вслух было почти невозможно, без дрожи в голосе, — не знаю, что произошло. Кто-то, что-то убило её. И я не могу понять, что. Не могу найти виновного. Чёрт, вы даже не представляете, как я вам завидую. Как хочу подарить себе то, что подарил вам. Ясность.

Семён встал с колен. Он больше не чувствовал себя одиноким. После стольких лет.

— Спасибо, — сказал он в темноте и слился с ней навечно. Оставив Антона одного, со своей болью.

— Пойдём, — Павел легонько дотронулся до его плеча.

Антон подобрал упавший фонарь Семёна и одновременно с этим, ловко, стёр слезу со щеки.

— Пойдём.

Глава 9

Пацаны

Не замечая ночного холода, так яростно накинувшегося на щёки Алины, она повернула ключ в замке дважды, ознаменовав окончание долгой смены и готовность расслабить тело в ванной у себя дома.

Она быстренько взглянула на телефон. Ни одного сообщения. Алина оказалась никому не нужна. И даже тот парень, что сам подошёл и познакомился, взял у неё номер телефона, не отвечал на её сообщение уже целый день. «Чем он может быть занят» — думала она, стуча каблуками по бетону.

Ночной холод забрался под шерстяное пальто. Алина сложила руки на груди, поджала плечи и втянула голову в воротник.

«Дзинь» — долгожданный звоночек из кармана пальто. Алина опустила туда руку, схватила телефон и вынула так резко, что он выскользнул и полетел на тротуар. «Вдруг телефон разбился?!» — напугалась девушка и наклонилась. «Ещё и экраном вниз, точно разбился!».

Она с нетерпением поворачивает его лицевой стороной. Вздыхает. От облегчения. Не только, потому что экран не разбился, но и парень, тот самый, написал. Она только-только начинает читать сообщение про себя, как слышит шум за спиной. Где-то далеко. Шарканье. Совсем-совсем далеко. И непонятно, приближается оно или отдаляется. Алина поднимает голову, кладя телефон в пальто. Парень подождёт. Она же его ждала.

Дыхание замирает.

Шарк, шарк, шарк. Шарк, шарк, шарк. Шарк, шарк, шарк, шарк.

Оно становится чаще. Значит, приближается? Алина долго не думая, снимает каблуки и идёт по тротуару босиком. Почти бежит. Что бы это ни было, лучше ему не знает о её присутствии.

С каждой секундой ей становиться страшнее. Паника пытается вырваться наружу. Алина сжимает кулаки, пытаясь сдержать её.

Шарк, шарк, шарк, шарк, шарк.

Оно ещё ближе. Ещё громче. Ещё чаще.

Шарк, шарк, шарк, шарк, шарк, шарк, шарк, шарк, шарк, шарк, шарк.

Алина врезается во что-то. В холодную ткань. Она визжит от страха. Её глаза видят только темноту.

— Девушка, девушка! С вами всё в порядке?

Алина поднимает голову и видит перед собой мужчину с озабоченным лицом, в чёрной куртке, в которую она и врезалась.

— Теперь да, — облегчённо вздыхает она, — я слышала какие-то странные звуки, там, позади.

Мужчина заглядывает ей за спину и прищуривает глаза. Ещё мгновенье и его лицо наполняется страхом. Губы дрожат. В другое мгновенье, мужчина уже повернулся спиной и быстро удаляется, сверкая пятками.

Алина боясь повернуться и посмотреть, что же спугнуло его, повторила за ним. Они бежали вдоль дороги, мимо тёмных домов, без единого огонька. Алина не любила этот район, в частности из-за этого. Все будто ложились спасть ещё до десяти вечера.

Машина выезжает из-за угла, освещая улицу, и Алина решается обернуться, на секунду, чтобы увидеть от чего она бежит. Луч света падает на высокую, худую в фигуру с бледным, овальным лицом с огромной, нечеловеческой улыбкой, с большим квадратными зубами. Он бежит за ней. Не убирая улыбку с лица.

— Быстрее! — кричит мужчина, что бежал впереди неё. Он был последней надеждой на защиту.

Они забегают в переулок. И босые ноги Алины бегут по луже. Она наступает на острый камешек. Боль пронзает всю ногу и сваливает её на землю. Мужчина одним движение поднимает её на руки, и они вместе забегают за угол. Перед этим, в последнее мгновенье, Алина успевает увидеть, как фигура с улыбкой заходит в переулок.

— Забор… — выдыхает мужчина.

— Нет…

Мужчина кладёт Алину на землю.

— Звони в полицию. Я попытаюсь его задержать.

Мужчина исчезает за углом. Алина, тяжело дыша, выбрасывает туфли из рук и ныряет в карман. Паника хватает её за горло. Телефона нет. Она быстро проходит по остальным карманам. И там ничего. Но как! Что произошло? Она не заметила, как телефон выпал? Она ведь не слышала даже стука! Если только…он его не забрал.

Фигура с улыбкой выходит из-за угла. За ним мужчина. С её телефоном. А за ним ещё трое. Да и улыбка ненастоящая, а всего лишь маска. Он снимает её. За ней уже обычная улыбка. Обычного бандита. А она в переулке с ними. Дрожит и не может вымолвить ни слова.

— Должна признать, ловко же придумано? — сказал мужчина, за которым она бежала.

Они все посмеялись, а потом он продолжил:

— Есть два варианта. Добровольно или принудительно. Выбор за тобой. Выберешь первый, может быть, останешься в живых.

— Что вы хотите, чтобы я сделала? — Алина проглотила страх, отталкиваясь босыми ногами от земли, двигаясь к забору.

— А сама, что думаешь?

— Нет, — Алина сжала зубы, — пошли к чёрту.

Мужчина выдохнул.

— Значит, принудительно. Нам не впервой.

Алина прижалась к забору, закрыла глаза и прикрыла нижней частью пальто, свои ноги, сжимая руками ткань. Ничто не могло ей помочь. Она пыталась приготовиться к тому, что её ждёт. К крикам, к боли и сильным рукам, сжимающим её запястья.

К ней приближались. Она слышала шаги. Сжимала глаза ещё сильнее.

Вдруг, что-то упало, а может приземлилось на мусорные баки где-то за спинами мужчин. Все обернулись. Алина открыла глаза. Что-то чёрное. Нет, кто-то в чёрном. С ног до головы. Лицо скрыто за маской того же цвета. В руках две небольшие палки длиною в пятнадцать сантиметров. И хоть не было видно его глаз, смотрел он на мужчин.

— Я бы дал вам возможность уйти, но слышал, как один из вас сказал — «нам не впервой». Поэтому я сломаю ваши ноги.

— Ты кто нахер такой? — мужчины вокруг смеялись. Их ведь было пятеро, — типа Бэтмен? — смех стал ещё сильнее.

— Нет. Знаешь почему?

— Ну?

— Я убиваю.

Одна палка полетела в голову. С другой он разбежался, ударил по первому попавшемуся, сломав ему нос. Оставшиеся трое накинулись разом. Они били в его черную броню, получая в ответ лишь глухой стук и боль в костяшках. Сломалась чья-то рука. В таком месиве было не понятно. Кровь захлестала вверх. Открытый перелом. Один, с ужасом в глазах, попытался убежать, пока не получил палкой в затылок и не упал навсегда. Третий лежал с протянутой рукой. Молил о пощаде.

— Как я и сказал. Не Бэтмен.

Алина закрыла глаза, слыша, как хрустнул череп и крики стихли.

Четвёртый и пятый, с которых всё и началось, поднимались на ноги из последних сил. Мужчина, что бежал вместе с Алиной, лишился глаз.