Рождение Дитя тьмы - Артем Романов

уставился на духа, а старая ветка, которой он переворачивал угли в костре начала гореть.

— Ты не простой человек, — дух активно жестикулировал, отчего от его тела отваливались куски. Он впал в ярость и теперь хуже контролирует своё временное тело. — С самого рождения ты стоишь выше обычных людей, как ты этого не понимаешь? Ты есть Дитя тьмы.

Гул'Дара окутало внезапное проявление памяти Элтуриона. Это воспоминание было связано с термином «Дитя тьмы».

— Вы не можете спорить с тем, что «Дитя тьмы» существует, — сказал профессор Долшер на очередном заседании совета магов. — Дитя тьмы был рождён совсем недавно, феномены, наблюдаемые всеми жителями Мидгарда, подтверждают древнее пророчество. Он может оказаться очень опасным и поставить под угрозу существование империи.

— Дитя тьмы — детская сказка, которой пугают буйных мальчишек, — заявил магистр Горм. Его седая борода, словно маятник, покачивалась из стороны в сторону при каждом слове. — Мы же фиксировали волнение Дор'Эзеда, профессор Долшер, и была выдвинута достаточно обоснованная и аргументированная теория о том, что в астральном измерении происходили сильные бури.

— Да, вот только был упущен важный факт, — парировал Долшер. — Нет понимания природы бурь.

— И что вы пытаетесь нам сказать?

— Я хочу сказать, что астральные бури связаны с образованием Ин'Эзеда, тёмного источника магии, — гордо подняв голову, сказал Долшер.

— Вздор и бред! — воскликнул Ролак, магистр тёмных искусств. — Вы считаете, что мы пропустили появление Ин'Эзеда, профессор Долшер? Вот только это невозможно!

— Коллеги, я склонен встать на сторону профессора Долшера в данном вопросе, — сказал Элтурион, доселе слушающий разговор, но не встревавший. — В ночь возникновения бурь, я фиксировал выплеск энергии странного характера.

— "Странного характера"? — переспросил Горм. — Пожалуйста, профессор, уточните странность этой энергии.

— Энергия, вышедшая в наш мир в ту ночь, не принадлежала Дор'Эзеду. Её вибрации были немного другими, — он чуть помедлил, ища пример для сравнения. — Характер этой энергии был схож с Дор'Эзедом, словно проснулся его брат-близнец, но несмотря на схожесть, в ней было что-то иное, что-то чужеродное.

По внешнему виду магистра Горма невозможно было понять: ему скучно или страшно. Он сидел, сложив руки на столе и думал. Магистр Ролак нервно ёрзал на своём стуле, явно сожалея о том, что не он зафиксировал разность энергии. Спустя минуту Горм поднял глаза и уставился на Элтуриона. Тот выдержал взгляд и спокойно стал ждать ответа магистра.

— Вы сейчас чувствуете эту силу? Можете определить местонахождение источника, если он есть? — добавил Горм, показывая, что не до конца верит в слова Элтуриона и Долшера.

— К сожалению, сейчас я не могу узнать местонахождение источника, — постучав пером по пергаменту, ответил Элтурион. — Я провожу исследования в обсерватории, но пока никаких результатов не достиг.

— Ясно, — коротко ответил Горм и перевёл взгляд на Долшера. — Профессор Долшер, мы закрываем данный вопрос до выяснения новой информации об Ин'Эзеде. Как только информация об этом источнике подтвердиться, направьте мне повторный запрос, и мы рассмотрим его в совете.

Воспоминание оборвалось. Гул'Дар закрыл глаза и попытался обдумать всё, что выцепил из памяти Элтуриона. "Дитя тьмы — существо, что связано с Ин'Эзедом и питается его силой. Пока живо Дитя тьмы, тёмный источник будет давать миру свою энергию. Ин'Эзед необходим для стабилизации энергии в мире. Дитя тьмы, как проводник тёмной энергии должен подпитывать источник, если этого происходить не будет, то источник погибнет", — мысленно подвёл итоги Гул'Дар.

— Я не первое Дитя тьмы? — ветка, которой юноша переворачивал угли, окончательно сгорела и распалась.

— Нет, за последние две тысячи лет было около трёх таких же, как ты, — ответил дух.

— И с моей гибелью, Ин'Эзед тоже погибнет?

— Не погибнет, — покачал головой дух. — Он заснёт, вновь окажется в астральном измерении и будет ждать рождения следующего Дитя тьмы.

— И что будет, если источника не станет?

— Наступит эра света, что не отбрасывает тени, — сказал дух, осаживаясь ближе к юноше. — Мир должен находиться в равновесии, в балансе. Нет добра без зла, а зла без добра. Нет жизни без смерти, нет нежности без жестокости. Твоя природа заключается в том, чтобы причинять людям вред… Это незавидная судьба, дурная судьба, но она столь же необходима, как и наличие Детей света.

— Детей света?

— Это все те, кто служит добру, — пояснил дух. — Паладины, священники, лекари. Они противостоят злу, защищают живых и сохраняют баланс сил.

— Что будет, если я откажусь от своей судьбы?

— От судьбы не откажешься, — кривая ухмылка исказила лицо духа. — Рано или поздно ты ступишь на тропу, предначертанную тебе, малец, и тогда ты раскроешь свой потенциал. В твоём случае, добрыми поступками ты не сделаешь себя сильнее, не сможешь стать великим.

Внезапно дух поднял взгляд и устремил его за спину юноши, туда, откуда они пришли не так давно. Через мгновение его тело рассыпалось и лёгкие частички земли, пепла и мха, подхваченные ночным ветерком, унеслись прочь с поляны.

Юноша услышал тихие, робкие шаги позади, но не стал оборачиваться. Он уже понимал, тот, кто идёт по его следам не является врагом и уж тем более не может быть охотником. Слишком уж шумно ступает этот невидимый гость. Звуки шагов затихли недалеко от поляны, где расположился Гул’Дар. Он всё также сидел и молча ждал развязки.

— Простите за вторжение, — послышался за спиной юный голосок девушки. Гул’Дар обернулся на звук и увидел худенькую девушку лет двадцати в старом выцветшем платьице. Ярко рыжие волосы её спадали на плечи и были аккуратно причёсаны.

— Вы не вторгались, я услышал ваши шаги довольно давно, — постарался наиболее дружелюбно улыбнуться Гул’Дар. — Проходите к костру, не стойте там.

Девушка всё также робко прошла на поляну и села рядом с молодым человеком. Несмотря на то, что зима ещё наступит нескоро, ночью под открытым небом было уже прохладно. Гул’Дар подкинул немного дров в костёр, отчего тот стал гореть чуть ярче и давать больше тепла. Холод ему был не страшен, однако он беспокоился за девушку.

— Меня зовут Легна, — смотря в глаза юноше, который ворошил костёр, сказала девушка.

— Гул’Дар, очень приятно, — кивнув в ответ, улыбнулся юноша. Затем сел на прежнее место и посмотрел на гостью. — Вы же из деревни, да? Точно, я видел вас среди защитниц… Могу я задать вам вопрос?

— Конечно, — улыбаясь, произнесла Легна. Девушка пригрелась у костра и чуть поуспокоилась, на её лице появился блаженный румянец.

— Зачем вы пошли за мной?

— Вы мне понравились, — кокетливо, без тени сомнения или смущения, произнесла Легна.

— Но со мной быть опасно, — покачал головой юноша.

— А я ничего не боюсь, — хихикнув, произнесла девушка. — Мы, знаете ли, все вот-вот