Воительница: Под полной Луной - Мелани Карсак

Хофунд снова расхохотался.

— Что-то подсказывает мне, что на мне оно будет выглядеть не так прекрасно, как на тебе, Хервёр.

Я фыркнула, но ничего не ответила и направилась к дому.

Странное чувство снова затрепетало в моей груди; это ощущение сбивало меня с толку и раздражало. Но в то же время я вдруг почувствовала, что безумно благодарна Эйдис за то, что она все-таки заставила меня надеть голубое платье.

Глава 9

Зал был полон хриплого смеха, музыки, еды и напитков.

Мать села с Астой, Кальдером, Гудрун и ярлом во главе стола рядом с конунгом Гудмундом, ярлом Ньялом и ярлом Туве. В зале яблоку было некуда упасть.

На площади снаружи жители деревни и солдаты тоже пировали. В этот день, а затем и на следующий все будут есть, пить, праздновать и соревноваться между собой. А завтра ночью, когда луна будет полной, мы отправимся к Оку Гримнира, где почтим наших богов.

Я терпеть не могла скопление людей. Я пробиралась сквозь толпу, сливаясь с тенями, наблюдая, как остальные смеются и переговариваются.

Аста не раз ловила мой взгляд и жестом приглашала присоединиться к ним. Я лишь качала головой и продолжала идти, наблюдая и прислушиваясь на ходу к обрывкам разговоров.

Проходя по залу, я заметила, как Эгил и Эйлиф пьют с Хамнером Одноухим и другими мужчинами, которых я видела вместе прошлой ночью, но беседа их была непринужденной.

В конце концов, я оказалась рядом с Лейфом и его старыми товарищами из Далра. Он рассказывал им о своих подвигах под началом конунга Гудмунда и Хофунда. Я снова наполнила свой рог элем и скользнула на скамью рядом с кузеном.

Остальные кивнули мне. Я хорошо знала их всех, поскольку провела большую часть своего детства, следуя за ними по пятам. Далеко не одному я поставила фингал под глазом или разбила губу, когда мы были детьми, а они упрекали меня в том, что я недостаточно сильная, потому что я была девчонкой, — и позже, когда им пришло в голову попытаться поцеловать меня.

Теперь половина из них имела жён и маленьких детей. Они смотрели на Лейфа с воодушевлением и легкой завистью в глазах.

— Ты останешься в Далре? — спросил Фроде у Лейфа. — Или отправишься с нами в набег этой весной?

— Пока не знаю. Мне нужно поговорить с ярлом.

— Если ты останешься в Далре, мы сможем скоординировать наши набеги, — заметил Хофунд. — Вместе мы будем сильнее.

Лейф улыбнулся новому другу.

— А Хервёр с нами? — поинтересовался Биргер, одаривая меня хитрой ухмылкой.

— А почему бы и нет? — пожала я плечами. — Охочусь я лучше тебя. Стреляю лучше тебя. Да и сражаюсь тоже лучше тебя.

— В этом она права, — сказал Фроде, хлопая своего друга по спине.

Все рассмеялись.

Лейф повернулся ко мне, взяв в руку одну из моих золотистых кос, и начал игриво покачивать ею, пока я не выбила ее у него из рук. Лейф улыбнулся и сказал:

— Я буду просить богов, чтобы ярл разрешил тебе отправиться с нами. Именно с тобой я хочу сражать плечом к плечу, и ни с кем другим.

— Даже не знаю, — покачал головой Хофунд. — Мне впечатлиться твоей верой в умения Хервёр или обидеться на то, что меня так легко заменить?

Я приподняла свой рог с элем в сторону сына конунга.

Он ответил тем же.

В следующее мгновение Эйдис скользнула на колени Лейфа с кувшином в руке. Она снова наполнила наши кубки, а затем повернулась и одарила Лейфа долгим взглядом.

— Итак, скольких бастардов ты зачал, пока был в отъезде? — спросила Эйдис с озорной ухмылкой на лице.

Лейф взял её за подбородок и повернул к себе лицом.

— Ни одного, насколько мне известно.

— Значит, ты не практиковался так усердно, как я тебе говорила.

Мужчины расхохотались.

Я закатила глаза.

Лейф усмехнулся.

— Я оставался верен тебе все эти месяцы, а ты жалуешься?

Эйдис притворно вздохнула.

— Что ж, раз ты отказался от практики, полагаю, придется дать тебе несколько дополнительных уроков, пока ты не уехал из Далра, — сказала Эйдис, проводя рукой по бедру Лейфа и сжимая его промежность.

Учитывая низкий статус в нашем обществе, Эйдис всегда была уязвима для цепких мужских рук. Дедушка отказался даровать ей свободу, но ее положение рядом со мной и моей матерью давало ей некоторую защиту. Однако несколько лет назад между Эйдис и Лейфом расцвела странная привязанность, и я до сих пор не могла уверенно сказать, что они значили друг для друга.

Все снова захохотали.

Усмехнувшись, Эйдис поцеловала Лейфа и поднялась, чтобы уйти. А я заметила взгляд, которым обменялись эти двое. К своему удивлению, я увидела в их глазах настоящую привязанность. Они скучали друг по другу.

Я покачала головой. Как всё запутано.

Эйдис собиралась уйти, но вдруг остановилась и прошептала мне на ухо:

— Конунг Гудмунд расспрашивал о тебе Асту. А насколько далеко зашёл

этот разговор, можно только воображать.

— Зачем ему расспрашивать обо мне? — нахмурилась я.

Эйдис оглянулась через плечо на Хофунда.

— Подумай хорошенько, ты ж неглупая.

Я проследила за её взглядом и остановилась на Хофунде, который смеялся вместе с остальными.

Стоило ему почувствовать на себе мой взгляд, как он повернулся, посмотрел на меня, снова приподнял в мою сторону рог с элем и осушил залпом.

Один Всеотец… Только не это.

Я ждала возвращения Лейфа, молясь Одину днем и ночью, чтобы мой двоюродный брат взял меня с собой в весенние набеги. Я тренировалась с Ирсой каждый день, готовясь к этому. Ничто не привлекало меня больше, чем мысль о моём отъезде.

Хотя…

Я бросила взгляд в сторону Хофунда всего на ещё одно мгновение. Он был красив. И он был сыном конунга.

И тем не менее…

Нет. Меня ожидало другое будущее. То, в котором я не собиралась делить постель с сыном конунга, каким бы красивым он ни был.

Глава 10

Была поздняя ночь, когда наши мужчины, наконец, погрузились в пьяный сон, а гости вернулись в свой лагерь или к той семье, которая их приютила. Ярлы и конунг Гудмунд перешли из зала в личные покои деда, где начали тихо беседовать.

Большинство дам ушли раньше, включая маму и Асту, но я не могла заснуть с беспокойным сердцем. Хотя я и была рада возвращению Лейфа, от моего внимания не ускользнуло, что