Воительница: Под полной Луной - Мелани Карсак

— Она не хотела тебя обидеть.

Хельга вымученно мне улыбнулась, одёрнула руку и бросилась вслед за всеми из залы.

Её холодность окатила меня ледяной волной и смыла любое тёплое отношение. Ну, естественно, даже самые дальние родственники считают меня незаконнорождённой. И глупо переживать по этому поводу.

— Да чтоб их Фенрир проглотил! Пошли, начались зимние игры. Может, посмотрим? Мужчины будут бороться за приз, а это всегда приятное зрелище, — сказала Эйдис, дергая меня за руку.

— А не боишься, что Локи заревнует?

Эйдис рассмеялась.

— Идём! До тебя здесь никому нет дела.

— А нельзя выдать эту горькую правду как-то помягче?

— Конечно, можно, но зачем тратить время впустую? — сказала Эйдис с озорной улыбкой, взяла меня под руку, и мы направились прочь из залы.

Глава 7

Мы с Эйдис спускались по узким деревенским тропинкам к полю на окраине города. За ним раскинулась большая роща, в которой должны были совершаться священные обряды, и где росло священное дерево под названием Око Гримнира. Повсюду были установлены палатки, чтобы защититься от холода; в импровизированном поселении горели костры.

Мы прошли через разбитый лагерь.

На одной стороне поля молодые люди играли в кнаттлейкр. На другой стороне мужчины выстроились в линию, чтобы метать копья через обруч на противоположном конце поля.

Среди мужчин я заметила Торгуда, сына кузнеца. Он примерялся к весу копья в своей руке и мускулы на его плече вздулись, напрягаясь.

Он посмотрел на нас с Эйдис и улыбнулся. Этот весёлый парень никогда не упускал возможности пофлиртовать.

— Пришли посмотреть на мою победу, леди Хервёр? — поинтересовался он.

— Сначала нужно оценить, на что ты способен, — ухмыльнулась я.

Остальные участники отошли в сторону, чтобы он мог подойти к линии. Парень поднял копье, глубоко вдохнул-выдохнул и бросил.

Копье поднялось высоко вверх и, перелетев сверху от кольца, приземлилось в снег. Бросок был хорош. Но недостаточно.

— Видели, как далеко оно улетело? — крикнул мне Торгуд. — Дальше, чем все остальные. Может, поцелуете меня за это?

— Хервёр тебе скорее зубы выбьет, чем поцелует, — добродушно хохотнул один из мужчин.

Я подмигнула мужчине и повернулась к Торгуду.

— Да, улетело далеко. Но следующий раз попробуй попасть в кольцо.

— Зачем Хервёр мужчина, который не может попасть своим копьём в нужную дырку? — подхватила Эйдис, и мужчины захохотали на всё поле. — Следующий раз постарайся лучше, мальчик.

Я толкнула её локтем под рёбра.

Торгуд смущённо кашлянул, а потом засмеялся вместе со всеми. Я кивнула ему, и мы с Эйдис двинулись дальше.

Мы остановились, чтобы понаблюдать за мужчинами, которые участвовали в борцовском поединке. Несмотря на холод, они сняли рубашки и пытались удержать друг друга в захвате.

Судя по всему, ставки уже были сделаны. Рыча и сдавленно хрипя, мужчины катались в грязи, пытаясь победить.

— Может, они и сильные, но после этого будут пахнуть, как свиньи. Жаль, — сказала Эйдис, отворачиваясь от этого зрелища. — Ну ладно, идём дальше.

Мы побрели вдоль ряда торговых повозок и палаток. Там продавали кожу, горшки, корзины и другие мелкие безделушки.

Я остановилась, чтобы посмотреть на украшения, сделанные женщиной и ее маленькой дочерью. У них был целый ассортимент каменных и стеклянных бус, серебряных и стальных колец для волос и заколок, серебряных амулетов в форме Мьельнира и других красивых вещиц.

Среди безделушек я заметила брелок, сделанный из шляпки натурального желудя и кусочка янтаря, отлитого в форме желудя.

— Это..? — я подняла амулет повыше.

— Да-да, прекрасная задумка. Работа моей дочери, — ответила женщина.

Я посмотрела на девочку, которой было от силы лет двенадцать.

— Отлично сделано. Где ты нашла такой великолепный янтарь?

— Вдоль берега, — ответила мне девчушка. — Летом его вымывают волны, особенно после сильного шторма.

Я улыбнулась ей.

— А откуда пришла идея сделать его похожим на орех?

Девочка оглянулась на повозку и издала странный звук. Мгновение спустя оттуда появилось маленькое резвое тельце и запрыгнуло девочке на плечо. Пушистая рыжая белка с тонкими остроконечными волосатыми ушками нервно оглядывалась по сторонам.

— У Сигги всегда куча идей, — усмехнулась девочка, почёсывая белку между ушами. — Хотите её погладить?

— А она не будет против?

Девочка покачала головой.

Я легонько погладила белку. Зверёк нервно оглядел меня, но решил, что я не причиню вреда.

— Будь осторожна. Кто-нибудь может решить, что из тебя получится отличный ужин, — сказала я девочкиному питомцу.

Девчушка рассмеялась.

— Она никогда далеко от меня не отходит.

— Госпожа, — произнесла мать, протягивая мне завернутую в ткань безделушку. Я сунула руку в мешочек с монетами, висевший у меня на поясе. Этот брелок стоил почти всё, что у меня было, но найти такие искусно сделанные сокровища было нелегко. Я не хотела упускать свой шанс.

— Спасибо, — кивнула я, засовывая амулет в карман.

— Это мне? — поинтересовалась Эйдис и невинно захлопала ресницами.

— Нет.

— Ладно, ты всё равно достанешь мне дубовый лист. Идём!

— Дубовый лист? — переспросила я, но Эйдис не ответила.

Аромат овсяных медовых лепешек достиг нас еще до того, как мы увидели женщину, торгующую едой. Эйдис дернула меня за рукав, но прямо не попросила. Хотя ей и не нужно было этого делать. Я прекрасно знала, насколько она любит сладкое.

Я вытащила последние монеты и повернулась к торговке.

— Одну, пожалуйста.

Та кивнула и завернула нам ещё горячую лепёшку. Я протянула её Эйдис, и девушка набросилась на неё, не дожидаясь, пока тесто остынет.

— Подожди немного, а то язык обожжёшь, — посоветовала я.

— На таком морозе она уже через пару минут будет ледяной, а я хочу её съесть, пока она ещё тёплая.

— И как?

— Великолепно, — ответила Эйдис полным ртом.

— Я надеялась, ты дашь мне хоть кусочек откусить.

— Купи себе свою.

— Купить свою? Аста права: я слишком многое тебе позволяю. Я изображаю из себя пугало в этом голубом платье, а ты доедаешь мою лепёшку. И кто у кого в услужении?

— Но отдай мне должное: я не стала просить ту заколку для волос.

— Какую заколку для волос?

— Которая напоминает лист.

Я недоуменно вскинула брови.

— Эйдис…

Усмехнувшись, она больше ничего не сказала, просто продолжила есть свою обжигающе горячую лепёшку. К этому времени я уже поняла: когда Эйдис начинала говорить загадками, происходило что-то неожиданное. Вёльва в роли прислуги — то ещё испытание.

* * *

Эйдис оказалась моей служанкой довольно неожиданно.

Мне было восемь, когда люди ярла вернулись из набега. Мы все отправились на пристань посмотреть, что привезли с собой победившие. Помимо товаров, среди пленников было несколько мужчин, женщин и